влезает по четыре пассажира. Те, что приехали к нам, были втроём, а значит, это группа разведки. Двоих мы положили, третий сбежал. Дальше объяснять нужно?

— Но ты ведь не мог знать, сколько их всего в городе, так?

— Ну.

— То есть вы рисковали?

— Не совсем, — покачал головой я. — Это тоже логично. Здесь им ловить нечего. В городе нет ничего такого, чтобы они тёрлись здесь большой толпой. Нам скорее повезло, что они здесь вообще были. Так что на крупное гнездо я не рассчитывал.

— Ясно, — задумчиво кивнула Полина. — И часто вы так?

— По-разному, — вместо меня ответил Стэп. — Иногда можем просто наблюдать за городом всю ночь, а с утра уже охотиться на спящих. Он когда первый раз такое выдал, я думал, от страха кирпичей за шиворот наложу. А сейчас ничего, даже скучно местами. Во, давайте больничку осмотрим.

— Зачем? — не поняла Полина. — Кому сейчас эти лекарства нужны?

— Ну, знаешь… — хмыкнул Стэп. — Обезбол никогда лишним не бывает. К тому же у нас пакеты для забора крови заканчиваются.

— Кстати, а где вы кровь взяли?

— У донора, — буркнул я. — За тридцать серебряников купили.

— Как символично.

Больница выглядела ещё более убого, чем разграбленные дома. Впрочем, она и в лучшие времена наверняка была той ещё дырой. Как-то я лежал в подобной в родных краях, и она мало чем отличалась от этой заброшки. Хотя ладно, полы однозначно были чище, да и дырок от пуль на стенах там не имелось. Однако здание выглядит довольно свежим, словно построено относительно недавно. Неужели за такой недолгий срок оно успело приобрести столь обветшалый вид? А что тогда ждёт нас через пять, десять лет?

— Я в аптеку, — доложил Стэп и нырнул в открытую дверь.

Вскоре оттуда донеслись звуки погрома. А мы двинулись дальше, походя заглядывая в помещения. На первом этаже располагалась поликлиника и приёмный покой, так что ничего интересного мы не нашли. Регистратура при входе тоже мало чем могла привлечь наше внимание, разве что кучей карт больных, которыми только огонь разводить.

— Как думаешь, откуда она вообще взялись? — продолжила тему выродков Полина.

Я же украдкой наблюдал за ней. Находиться здесь, в промозглом, грязном, заброшенном помещении ей явно не нравилось. Дверей она касалась с эдакой брезгливостью, да и в целом вела себя так, будто лишь вчера окунулась в мир, полный хаоса и боли. И мне стало любопытно, кем она была в прошлой жизни. Ведь все эти привычки явно пришли с ней оттуда. Впрочем, ответил я совсем другое.

— Не знаю. Думаю, что это следствие наших копаний в природе человека. Ошибка очередного эксперимента или что-то типа того.

— Значит, военные.

— Да почему военные? — не понял заключения я. — Может, медицина, а может, ещё чего? Не исключено, если это сама природа взбунтовалась и таким образом решила стереть нас с лица Земли.

— А я считаю, что это инопланетное вторжение, — услышав нашу беседу, вкрутил свою версию Стэп.

Из помещения аптеки снова донёсся какой-то грохот, а вслед за ним — восторженный возглас приятеля:

— Ну ни хрена ж себе!

— Что там? — тут же полюбопытствовал я.

— Клондайк! — вернулся неопределённый ответ. — Морфин и другие рецептурные препараты, которые полагается держать в сейфе.

— Зачем это вам? — округлила глаза Полина. — Вы что, наркоманы⁈

— Вот ты иногда как ляпнешь, — поморщился я, — аж ввалить хочется. Ну вот с чего ты взяла?

— Это самая стабильная валюта, — объяснил Стэп, который в этот момент вышел из аптеки, закидывая рюкзак на плечи. — Меня уже начинает пугать этот город.

— Почему? — снова не поняла Полина.

— Слишком много ништяков в одном месте, — ответил приятель.

— Разве это плохо?

— Он имеет в виду вселенский баланс, — пояснил я. — Если где-то круто прибыло, значит, в другом месте сильно убудет.

— Вы серьёзно верите во всю эту чушь? — поморщилась девушка.

— Ага, то есть тот факт, что это тело верит в инопланетян, тебя не смутило? — усмехнулся я.

— А вот ты зря ёрничаешь, — пустился в очередную дискуссию Стэп. — Тебя тогда не было в Нижнем, и ты не видел.

— Не видел что? Летающую тарелку? — продолжил я глумиться над приятелем.

— Нет, то, как МКС падала, — совершенно серьёзно заявил он. — А у нас в крепости мужик один был, с телескопом. Так вот он всё видел. Сказал, в тот момент, когда станция начала с орбиты сходить, он увидел, как рядом с ней что-то необъяснимое проявилось. Как будто защитное поле вокруг чего-то огромного полыхнуло.

— Муха у него перед телескопом пролетела, вот ему и почудилось, — не унимался я.

— Ну а вдруг? — Стэпа вновь понесло. — Вот почему ты даже допустить этого не хочешь? Ведь гипотетически такое возможно. Инопланетные захватчики забросили к нам вирус, и теперь им остаётся просто ждать, когда Земля освободится. Ведь вполне укладывается в логику.

— В фантастику это укладывается и в голливудские фильмы.

— Ну, считать, что мы единственные разумные существа во вселенной, тоже довольно эгоистично, — вступилась за напарника Полина.

— Во, понял? — ухватился за поддержку приятель.

— Но я тоже кое-что слышала, — тут же свернула со скользкой тропы она. — Вроде как всё это является побочным эффектом от лекарства против рака.

— И эта теория мне больше по душе, — кивнул я.

— Чёрт, да где эта долбаная операционная? — выругался Стэп, заглянув в очередную обшарпанную палату.

— Валить отсюда пора, — буркнул я. — Забрели куда-то на отшиб.

— Да, пойдёмте уже, — согласилась Полина. — Ненавижу больницы, особенно этот запах. Офигеть, три года прошло, а здесь до сих пор лекарствами воняет.

— А как же пакеты для крови? — покосился на меня Стэп.

— Придумаем что-нибудь, не последняя больница так-то.

— Ну как хотите. А я бы на местный склад ещё заглянул. Если мы в аптеке такие ништяки нашли, боюсь представить, что на больничных полках можно обнаружить.

— Нам жратва нужна, а не лекарства, — сухо отрезал я.

— Как скажешь, — пожал плечами приятель. — Ты же босс.

И мы развернулись на выход. Может,