в реале получит все твои воспоминания, все чувства, всю твою личность. Он будет считать себя тобой — и будет прав.

— А я?

Майк отвел взгляд — впервые за весь разговор.

— А ты останешься в Дисе. Богом, который, по факту, будет управлять всеми мирами от имени Спящих. Бездна, Небесный план, Пекло с Преисподней, Дисгардиум, Тлеющая пустота, Астрал — все семь миров будут под твоей защитой.

Я отвернулся, уставившись на бесконечные барханы. Ветер гнал песок, закручивая его в маленькие смерчи. По всей видимости, надвигалась песчаная буря.

— Получается, будет два меня, — констатировал я.

— Да.

— А если я-он войдет в Дис, наши сознания сольются? Как было со мной в Бездне и в Преисподней?

— Нет. — Майк покачал головой. — Раньше это работало, потому что существовала связь между твоим телом в капсуле и тобой в игре. Душа была едина. Теперь связи не будет. Вы станете раздельными личностями. Двумя разными людьми с одинаковыми воспоминаниями — до этого момента.

— То есть я стану Денисом Кавериным, только наоборот. Его вы слили в одно, а меня… наоборот, разделите.

— Именно.

Я попытался осмыслить. Получается, я навсегда останусь здесь заперт, а там, в реале, будет другой Алекс Шеппард — живой, из плоти и крови, который обнимет родителей, получит награды за развитие угрозы S-класса до максимума, увидит Лексу, поедет в кругосветку с друзьями, поступит в университет, женится на Ирите, увидит Марс и проживет обычную человеческую жизнь.

А здесь останусь я. Бог виртуального мира. Бессмертный страж мироздания. В пустом дворце из света в окружении призраков друзей и неписей. Даже чертов Патрик получит новое тело в реале!

Но не я.

— Тот, другой я… — хрипло проговорил я. — Он сможет войти в Дис?

— Сможет, но только другим персонажем. Новым. Для системы вы будете разными пользователями. Я бы даже сказал, разными… сущностями.

— То есть мы даже не сможем встретиться? Поговорить?

Сжал кулаки так, что ногти впились в ладони.

— Сможете. Но он будет видеть в тебе непися. Очень могущественного, но все же… — Майк не договорил.

Не договорил, потому что и так было понятно. Для того Алекса я стану частью игры. Его бывшим персонажем, которым управляет не ИскИн, но что-то очень близкое к этому. Примерно как ИскИн Бегемота для Майка Хагена — вроде та же личность, но это уже не Хаген. Я не стану для Алекса даже братом-близнецом или вторым «я», потому что он будет стареть и взрослеть там, а я…

— Почему? Почему нельзя перенести меня целиком? Пусть Дис остается без краеугольного камня. Справится, не развалится. Тут же и Трикси есть со своим Иггдрасилем, который столп мироздания, и куча богов…

— Дис без тебя не справится. — Голос Майка стал жестче. — Ты не понимаешь масштаба. Дисгардиум — ковчег всего человечества. Мир, который скоро уйдет в свободное плавание вместе со всеми, кто поплывет с тобой. Мир, который обеспечит выживание человечества, и неважно, орками, эльфами или демонами будут его выжившие представители. Люди остаются людьми в любом облике, пока заботятся друг о друге.

— Но ведь для этого есть Спящие!

— Спящие созданы для Земли, — прошептал Хаген.

— Как?

— Спящие созданы для Земли… — повторил он чуть громче. — Они сделали для Дисгардиума все, что могли. Теперь их задача в ином: дать человечеству, которое останется на родной планете, еще один шанс. Без них… если ты уйдешь, Дисгардиум рухнет.

— И меня никто не спросил.

Короткий и злой утробный смешок вырвался сам.

— Нет. Не спросили. Потому что выбора нет, Скиф. Ни у тебя, ни у нас.

— Знаете, что самое смешное? Я только что спас мир. Уничтожил Сатану. Отменил Жатву душ. Стал богом, черт возьми. И в награду меня запирают в золотой клетке навечно.

— Это не награда. Это…

— Последствия, — закончил я за него. — Да. Понимаю. Последствия выбора, который я делал снова и снова. Стать инициалом. Построить храмы. Сразиться с Бездной. Каждый шаг вел сюда.

Хаген помолчал и спросил:

— Помнишь, что грозит в том мире всем нам? Тридцать, максимум сорок лет, и на этом история того человечества может закончиться. И тогда останется только то, что ты заберешь с собой.

— Да кого я заберу? Неписи: демоны, кобольды, трогги, — по-вашему, человечество?

— Проект «Пилигрим», Скиф, — напомнил Хаген. — Ты — другой ты, который уйдет в реал, — скоро выступишь перед ООН. Выступишь, когда ты-Скиф разберешься с контролем над миром. «Пилигрим» заложил возможность верховному богу Дисгардиума отколоть мир от мира неумирающих. Это повлечет за собой раскол сознания и души с реальным телом. Под надзором Спящих миллиарды неграждан и игроков, проводящих все время в Дисгардиуме, получат шанс остаться здесь навсегда. В твоем мире, Скиф. В мире, который спрячется от наших недружелюбных соседей по Галактике и постепенно разовьется во что-то большее.

— Вы думаете, кто-то на это пойдет?

— Ты видел, как живут в Калийском дне, как живут дикие. Если дать негражданам полноценных персонажей и возможности прокачки, думаешь, хоть кто-то откажется от шанса дышать чистым воздухом и есть настоящую еду? Возможно, и кто-то из твоих друзей решит, что Дисгардиум ему подходит для жизни больше.

Подумав над его словами, я решил, что он прав. Вот только вряд ли Ирита оставит Алекса и уйдет со мной. Слишком велика теперь разница между ней и мною-божеством. Кто мог бы остаться? Уэсли? Малик? Пожалуй. Тисса вряд ли бросит отца, а Эдвард — старенькую бабушку и сестренку Полианну. Бомбовоз? Точно нет. Здоровяк слишком любит футбол и рыбалку. Гирос? Вполне возможно, если не женится Томоши, а раз он, то, наверное, и Энико, и ее родители, и тетушка Стефани. Утес и Тереза? Кентавр его знает.

Что ж, все не так грустно, полагаю. Наверное, мне не придется страдать от одиночества, но…

— Насчет раскола миров… — сказал я. — Звучит как бред, мистер Хаген.

— Так и есть. Это теория. Что случится на практике, когда Дисгардиум отколется, порвет связи с серверами Солнечной системы, для нас полная загадка. Но из того, что ты лично наблюдал в бета-мире, который первым откололся: искусственные конструкты будут исчезать или преобразовываться в нечто настоящее.

— Интерфейс пропадет, — хмуро сказал я.

— А солнце станет настоящим.

Вспомнив, что Хаген в бета-мире висел солнцем, я усмехнулся и фыркнул:

— Можно подумать… — Тут я отвесил челюсть. — Погодите… Вы имеете в виду, что солнце станет прям…

— Как и Бездна, Дисгардиум материализуется. Где-то. В какой это случится звездной системе и произойдет ли это именно в нашей Галактике, мне неведомо. Может, это будет вообще иная Вселенная. Ты узнаешь это первым, Скиф.

От таких