– Хана девчатам, – пробормотал я, сразу поняв, что покинуть помещения те не могут, отрезаны. А здание – сплошное стекло, только окна чуть открывались снизу, и всё. Как форточки.

То, что наружка за мной всё ещё следует, я видел, наблюдали, что было в ресторане, но не вмешивались. Так что, загнав внедорожник на газон рядом с пожарной машиной с лестницей, игнорируя попытки полицейского меня остановить, я выскочил, быстро снял форменную рубаху, оставшись в полосатой майке и брюках, и рванул к машине МЧС через отрытую дверь, видя, что там есть альпинистское снаряжение. Нужно действовать быстро, молниеносно. У девчат минут десять, и всё, сгорят или прыгать придётся, а лестница у машины вряд ли дотянется. На глаз прикинул.

– На сколько высоты лестницы хватит? – спросил, добежав до машины, где общались двое, похоже, офицеры, пожарный и спасатель, пожарный и ответил без заминки:

– До девятого этажа.

После этого он с тоской глянул в сторону девчат.

– Поднимайте лестницу до предела и принимайте девчат. Я буду подавать.

Сам я, сбрасывая часть снаряжения на землю из «газели», на что спасатель возмутиться не успел, закинул моток троса через голову наискосок, быстро нашёл нужный инструмент, скалолазанием я занимался, тему знаю, но не более, по причине боязни высоты. Тут же вынужденно к этому вернулся. Подскочив к стене дома, ухватившись за щели между стёклами, тут кулак влезет, я, по сути, на руках, рывком себя бросил вверх, ухватившись за верхнюю раму стекла, и там мощными рывками, больше на руках, стал быстро подниматься. Ну как быстро, до тринадцатого этажа забрался меньше чем за минуту. Слабо. Правда, в одном месте нога, которую я сунул в щель между стеклянными блоками, соскользнула, и я повис на кончиках пальцев левой руки, но удержался и, укрепившись, продолжал подниматься. Здесь поднялся чуть выше открытого снизу окна, достал из кармана инструмент и, вставив в распор между блоками, покрутил ручку, отчего его расширило, и распор встал крепко, так что привязал конец верёвки и сбросил моток, который разматывался на лету. Правильно намотан был. И, ухватив скрещенными ногами верёвку, я отпустил руки и завалился на спину, смягчив падение руками, чтобы о стекло не удариться, вот так и повис вниз головой, чуть дав слабину ногам, раскачиваясь, скользнул к окну, откуда тянули руки кашлявшие девушки. Те задыхались в кашле.

– Так, первая. Ты, грудастая. Я помогу, дальше руками перехватываешь верёвку и спускаешься вниз, вон уже лестницу подняли, и пожарный поднимается, он примет, не скользи, руки обдерёшь, другим скользко будет.

Всё это говорил, подхватив ее, удерживая ногами двойной вес, свой и девушки, и помог ухватиться за верёвку ниже своей головы. Велел той скрестить ноги, чтобы удерживать ими её вес, и ещё раз повторил – перехватывать руками, спускаясь. Несмотря на дикий ужас, та всё же послушалась и стала, перебирая руками, спускаться. Дальше следующую. Тут пощёчину залепил, чтобы слушала меня, послушалась, тоже перебирая, начала спускаться. Дальше третью ухватил за руки, пышечка, тяжёлая, но и её к верёвке, помог уцепиться. Всё руки мои не отпускала. Та и шепнула мне, откашливаясь:

– Там в комнате наш начальник, Ольга Павловна, она в своём кабинете, выйти не может, мы слышали её кашель.

– Понял, разберусь.

Первую девушку уже приняли на лестнице, и та сама спускалась, а пожарный помогал второй. Третья стала скользить вниз, не могла себя удержать, руки слабые. Но, скрестив ноги, всё же замедлилась, там её удержал пожарный. Пока третьей занимались, я ужом скользнул в форточку. Узко, как тут девчата протиснулись? Кашель расслышал, сам не дышал, да и глаза закрыл, чтобы не слезились, и уверено двинул на шум, шаря перед собой руками. Всполохи огня было видно в стороне, но тут пока норма, помимо густого дыма. Нащупал дверь, одним ударом выбил её и, подойдя к женщине, ориентируясь на слух, закинул ту на плечо, похоже, без сознания, и быстрым шагом двинул обратно. Где пройти можно, помнил, поэтому ни с чем не столкнулся. Да и амулет-сканер включил. Он же показал, что остальных эвакуировали. Точнее, сами покинули здание. А так на этом этаже в эпицентре огня обнаружил труп. Огонь, кстати, перегораживал путь к лестнице и лифтам. Поэтому эти четверо и не могли покинуть этаж и здание. Дальше высунул женщину наполовину из окна, повисла безвольно, рядом выскользнул сам, прыгнув до верёвки. А она не у окна, в двух метрах висела, дальше закачался на ней и, сделав амплитуду раскачивания выше, до женщины, ухватил ту и, утащив, забросил на плечо, вверх пятой точкой, и стал быстро скользить вниз, удерживаясь одной рукой и тормозя ботинками, на которые и пришелся весь вес нас двоих. Пролетев мимо лестницы, я у самой земли сжал ноги сильнее и, замедлившись, мягко спрыгнул на землю. Сюда уже медики бежали, так что, скинув ношу, аккуратно уложил на носилки. Медики помогали и сразу стали делать реанимационные процедуры, пульс едва прощупывался, хотя я женщину чуть подлечил лекарским амулетом, пока спускался, чтобы за кромку не ушла, дал ей шанс.

Вот так, отряхивая руки, направился было к машине, когда тот спасатель остановил, с погонами капитана. Я как раз машину открыл.

– Капитан Соколов, – протянул тот руку. – Ну ты, парень, дал. Десантник?

Пожимая ладонь, ответил:

– Старший лейтенант Шевцов. Нет, не десант, у меня акрофобия.

– А это что было? – удивился тот.

Я достал форменную рубаху и стал надевать, поясняя.

– Иногда нужно переступать через свои страхи и делать что должно.

Причём я не лгал, так в действительности и было, боязнь высоты у меня с детства. Думаете, почему я на авиалайнере так легко место у окна уступил? Не я же билет брал, а представители конкурса. Тот посмотрел на мои ботинки, и я поморщился, вес двоих и быстрый спуск перетёр их, верёвка, как пила, вскрыла хорошие ботинки, перерезав место со шнуровкой. Ноги слегка зацепило, уже заживил. Мне они уже были неинтересны, так что, перейдя к корме машины, открыл заднюю дверь и, достав пакет с новой обувью, стал переобуваться. Капитан следом, подивился количеству снаряжения внутри и повернулся ко мне, тогда я сказал:

– Там наверху без жертв не обошлось, горелой человечиной воняло. Нанюхался на СВО, легко опознать.

– Насчёт этого в курсе. Выжившие сообщили, они свидетелями этого были. Там парень, его уволили, пришёл с канистрой бензина, облился и поджёг себя. От этого пожар и начался.

Я же как раз, не глядя, мощным толчком за спину кинул один ботинок, что точно влетел