Порто-Франко-контроль, заход на посадку по схеме, курсом двести семьдесят, давление тысяча десять миллибар, ветер триста градусов, шесть метров в секунду.

Ясно, заходить на полосу придется со стороны моря, с «круга» возле аэродрома. Ничего, это мы уже не раз отработали… Джим, сидящий рядом, не вмешивается в мои действия, только контролирует ситуацию и прослушивает переговоры с диспетчером. Пассажиры практически весь полет спали, наверное, ночь напролет праздновали завершение удачной сделки, утром они еле смогли забраться в самолет, пришлось им помогать вручную. Несколько раз приходилось даже приоткрывать форточку и проветривать кокпит, иначе через пару часов уже оставалось бы только закусить, таким могучим перегаром от них «перло». Надо будет доплату потребовать «за вредность», что ли.

— «Рэдлайн», я Вышка, полоса свободна, посадка по готовности.

— Вышка, я «Рэдлайн», захожу на курс.

Все нормально, посадка в штатном режиме, закрылки, газ, скорость… Потихоньку снижаемся к началу полосы, касание получилось «зачетное», и после небольшого пробега самолет опускает переднее колесо. Джим молча показывает поднятый вверх большой палец, и мы слышим по радио:

— Отличная посадка, «Рэдлайн», разрешаю руление на стоянку к вашему ангару.

— Вышка, я «Рэдлайн», принял.

Не торопясь, заруливаю на место возле ангара, через открытые ворота которого в глубине виднеется старичок «Бивер». Новый двигатель для него обещают привезти «ну прямо вот-вот», но пока что техники только сняли старый. Хозяева надеются на быстрое возвращение ветерана в строй, мы все им искренне сочувствуем. Летчики должны летать, а не на земле сидеть «по техническим причинам».

Заглушив двигатель, выбираюсь из кабины, пора будить клиентов.

— Эй, господа пассажиры! Наш летающий вытрезвитель совершил посадку в международном аэропорту Порто-Франко, при выходе из салона не забывайте свои вещи, большое спасибо, что сохранили чистоту в кабине во время полета…

Пассажиры с трудом продирают глаза, смущенно ухмыляются.

— Мы вчера немного попраздновали, сделку отметили. Перестарались…

Они закидывают свои вещи в подъехавший джип — когда-то представительный, но сейчас просто изрядно потрепанный и запыленный «Мицубиси Паджеро», это их персонально встречают, и окончательно рассчитываются, причем даже накидывают пару сотен «сверху». А я что — против, что ли? Сейчас кабина проветрится, и закатим «птичку» в ангар, только техников позовем. Вон они, уже идут со стороны вышки. Нет, двери в кабину придется приоткрытыми оставить, наверное…

Как там Джинджер, интересно? Не успеваю об этом подумать, как лежащий в кармане сотовый телефон начинал сигналить. Взглянул на высветившийся номер, и стало теплее на сердце.

— Привет, Джин! Надо же, не успели на стоянку к ангару зарулить, а ты уже позвонила!

— Привет! Ты еще долго на аэродроме будешь?

— Да сейчас самолет в ангар закатим, с техниками все обговорим, и поеду.

— Я уже скоро дома буду, ну и ты особо не задерживайся.

— Хорошо, приеду как только тут закончим!..

Обещание придется выполнять, но кружку пива с Джимом в баре выпить, это обязательно! Не каждый день я выполняю первый полет по такому длинному маршруту! Пусть инструктор (хотя, сейчас он скорее «проверяющий») и сидел рядом, но за все время он не прикоснулся к управлению, замечаний от него тоже не было.

— Джим, ну как, даешь допуск к самостоятельным полетам?

— Конечно! Только помни, что опыта у тебя еще маловато, пока старайся «через весь континент» не летать, и конечно же, не вздумай «выпендриваться» перед пассажирами или зрителями на аэродроме. Наберешься опыта на ближних маршрутах, тогда и летай куда захочешь.

— Это я знаю и помню… Ну что, по кружке пива за удачный рейс, и по домам? А то мне уже звонили…

Хокинс хитро улыбается и согласно кивает:

— Если звонил тот человек, о ком я думаю, то долго задерживаться точно не следует! — после чего смеется.

А кто же мне еще может позвонить-то, тут и гадать особо нечего…

В баре обстановка не изменилась, разве что народа было поменьше — летчики были «на вылетах», и многие техники ждали их возвращения возле ангаров, это мы сегодня управились чуть пораньше. Вечером тут народа будет гораздо больше. Но нам тут сидеть полдня незачем, меня дома ждут, у Джима тоже дела есть.

Взяв по кружке пива у местной красавицы Нинон, мы присели за столик в углу. Ага, вот и Жако — сразу его и не заметил, сидит с другой стороны бара с каким-то незнакомым мужиком, что-то обсуждает вполголоса. В основном смотрит на свою подругу, которая хлопочет за барной стойкой, но иногда он бросает взгляд в сторону нашего столика. Непонятно, кроме нас тут еще люди есть, и сидим мы в самом дальнем углу… Чем вызвано такое повышенное внимание? Нет, далековато, мне отсюда не очень хорошо видно, но выражение лица у него какое-то не очень веселое, скорее озабоченное. Да, по фиг мне его личные проблемы, домой нужно ехать!..

А на «вилле» меня ожидал сюрприз. Как всегда, на входе погладил встретившего меня пса, и мы вошли в дом. Джинджер, как обычно, сидела в кабинете за столом и работала на своем компьютере, но как только я вошел в дверь, она встала, подошла ко мне и обняла.

— Джин, ты что? Меня же тут не было меньше двух дней…

— Помолчи…

Мы стоим, и хорошо чувствуется, как ее покидает внутреннее напряжение. Глажу ее по голове, тихонько шепчу что-то ласковое, и она немного расслабляется.

— Хозяйка, ужин-то будет сегодня? А то звери сидят, голодными глазами смотрят…

— Будет, скоро…

Через пару минут она отпускает меня — отправляет мыться и переодеваться. Ну да, «пыль дальних странствий» — штука приставучая, как и чужой перегар…

К ужину Джинджер решила переодеться, сменила футболку и джинсы на платье. Не «вечернее», конечно, но все равно выглядевшее празднично. Хотя, может быть, я просто слишком привык к тому, что женщины здесь почти все время носят совсем не «парадно-выходную» одежду?

— Джин, у нас сегодня праздник?

— У тебя был первый рейс, вот и отмечаем. А ты сам не догадался?

— Думал, может еще что-нибудь празднуем, — я на всякий случай решил уточнить.

— А тебе этого недостаточно?

— Вполне. Да хоть каждый день, лишь бы ты улыбалась почаще.

У нее и правда, в глазах улыбка (ну наконец-то!..).

— Как все прошло?

— В общем, нормально, разве что на обратном пути пассажиры были пьяные в хлам, повезло, что спали беспробудно. Чувствовал себя кем-то вроде таксиста, который гостей после гулянки по домам развозит. Джим рядом сидел, но просто смотрел, что и как я делаю. Замечаний не высказал, разве что дал несколько советов. Так что он считает, что меня можно допустить к самостоятельным полетам.

Накормленные звери