вышке как истукан. И не хочу быть пушечным мясом. Определяй меня в самое боевое подразделение, где нормальные люди служат. Чтобы операции там интересные проворачивать и все такое. А не дороги мести и толчки драить.

— За это можешь и не переживать. Я отправлю тебя в мой личный взвод, там ребята толковые, такие операции проворачивают, что тебе и не снилось. Вот два дня назад вернулись из Европы, такого там шухера навели! — гордо заявил он.

— Из Европы? Да иди ты?! — искренне восхитился я.

— Зуб даю! — ухмыльнулся он в ответ.

— Чермет нынче не принимают. — пошутил я в ответ. — Кстати, полковник, как величать то тебя? А то уже столько времени общаемся, а я ни сном ни духом, а ты уже всю мою подноготную изучил.

— Мои бойцы обращаются ко мне по позывному Стервятник.

— Стервятник? — поморщившись, уточнил я. — Звучит как-то не очень, ты сам придумал?

— Нормально звучит, а придумал не сам. Это прозвище приклеилось ко мне еще на первой войне.

— Типа трупы обыскивал? Трофеи собирал?

— Нет, дело на Африканском континенте было. Мы там частенько разные банды накрывали, которые гордо называли себя повстанцами. Горланили лозунги, все такие в белом, а по сути простые бандиты, прикрывающиеся благими намерениями. Сами грабили, убивали, насиловали и в общем полный букет. Во время наших нападений некоторые, разумеется, убегали, вот мой взвод и специализировался на поимке и ликвидации таких недобитков. Кто-то однажды ляпнул: «стервятники», так название прикрепилось, а я как командир стервятников получил этот позывной.

— Звучит интересно, я бы еще послушал все это. Но меня вот что интересует. — перебил я его ностальгию. — А чем вы, точнее уже мы, чем мы тут вообще занимаемся? Лаборатория эта, они лекарство делают или как?

— Скажу без прикрас, они много чего делают, как непонятного нам, так и полезного, но все это на благо человечества. Касательно нас, сам понимаешь, вирус работает на людях, и испытания нужно проводить на них. Сначала мы были лояльны и ловили только разных там отморозков и бандитов. Но сейчас все иначе, наплевав на мораль и прочее, мы ловим всех, кого только можем, и везем сюда. Да, это же просто грязно и бесчеловечно, но цель оправдывает средства. Мы загубили и еще загубим немало жизней, но спасем куда больше. — пафосно произнес он, словно зачитав текст из методички. И было видно, что он с этим не согласен, но это политика партии, и он как добросовестный воин ее придерживается.

— Как скажешь, надо так надо. — ответил я, пожав плечами.

— И это все? А как же повозмущаться? Или хотя бы что-то возразить?

— А чего возмущаться? Слушай, командор, я уже столько всего повидал, что меня мало что может удивить. В целом я примерно так и представлял деятельность вашей лаборатории. А вот касательно гуманности, тут знаешь ли, я не шибко людей люблю. Я думаю, доброй половине туда и дорога, а некоторым вы или мы просто окажем услугу, чтобы не мучались. Не мы так другие или собаки, ну и зомби. В общем, поработаем ради благой цели. — прямо ответил я, а мысленно уже ликовал, ведь я, кажется, виртуозно завершил первую фазу внедрения, да мне даже Штирлиц бы позавидовал!

— Слушай, меня поражает твое хладнокровие. Что сейчас, что на допросе. Как ты это делаешь? Или ты реально такой невозмутимый, в глобальном смысле? Я заметил, ты бесишься по разным мелочам, но в остальном спокойный как танк.

— Да тут все просто, я принимаю реальность такой, какая она есть. Если мне трут кроссовки, я их выкину и надену другие, но пока не найду замену, буду раздражаться и психовать. Ну а, например, зомби я остановить не могу или вот уйти отсюда тоже. Смысл выеживаться и раздражаться? Тут я бессилен, это нужно принять и плыть по течению, а время покажет. Вот и сейчас сижу перед тобой, а не в камере, так что получается мой подход работает.

— А ты хорош. — в очередной раз улыбнулся полкан. — Раз так, то добро пожаловать. Сейчас тебя отведут к твоим товарищам, там тебе все расскажут и покажут. Если что, обращайся. — добавил он и поднял трубку телефона. — Дежурный, соедини с Филином. — произнес он и потянулся рукой к кружке с остывшим кофе, но тут я услышал, как из динамика послышался мужской голос.

— Слушаю, товарищ командир.

— Дуй ко мне и забирай пополнение, там дальше по плану. — распорядился Стервятник.

— Ил?

— Он самый. — согласно кивнул полкан.

— Благодарю и уже бегу. — ответил ему Филин и положил трубку.

— Так что получается, за меня попросили? — уточнил я.

— Приглянулся ты нашему взводному, говорит, что ты толковый паренек. Но его просьба мало на что влияет. Просто я изучил твои данные, спортсмен, причем неплохой, соответственно, стрелок, к тому же не трус. У тебя есть все данные для нашей работы. А время покажет, ошибался я или нет.

— Это точно. — согласился я.

Через пару минут в дверь постучались, а затем в нее зашел мой знакомый, Александр. Он забрал меня к себе на поруки и повел в их ареал обитания.

— Спасибо, что похлопотал. — оценив его доброту, поблагодарил его я.

— Да не за что. Нам люди нужны, в последней командировке семерых потеряли, а хорошие спецы на дороге не валяются, восполнять нужно.

— Спасибо за прямоту, но с чего ты взял, что я хороший спец? — скептическим тоном спросил я.

— Знаешь, мы люди военные, закостенелые в своих взглядах. Часто мыслим методичками, а ты свежая кровь, вон сколько времени скитался по стране и выжил. Опыта выкручиваться из сложных передряг у тебя куда больше нашего, а остальному мы тебя научим.

Мы прошлись по коридору, в конце которого красовались отполированные до блеска дверцы лифта. Филин нажал на кнопку, и дверцы разъехались. Войдя в кабинку, он приложил пластиковую карточку к считывателю и нажал на клавишу минус четвертого этажа, а кабина покорно начала спускаться вниз.

Мерзкий звоночек раздался из динамика, ознаменовав наше прибытие, и створки разъехались в разные стороны. Мы же оказались в просторном коридоре, вдоль стен которого были установлены высокие шкафы, в которых лежало различное снаряжение, вроде касок, бронежилетов, различных щитков и прочей ерунды, которая позволяет жить на