как назло, не знаю о чём говорить. Что-то в духе америкосов, - "Ты в порядке?", — это глупо.

Стоять, возвышаясь над девушкой неудобно. Стула нет, поэтому я бесцеремонно подвинул девушку и пристроил свой зад на кровати.

— Вот, с трудом нашёл тебя. В больнице не хотели давать твои данные, пришлось задействовать своё очарование.

Мне показалось, что выражение глаз девушки изменилось, потеплело что ли.

- Зачем ты меня искал?

-Ну, как бы..., - я не сразу нашёл слова, но потом возмутился.

- Вообще-то я выловил тебя с глубины и вроде, как спас.

- Зачем?

Этот вопрос поставил меня в тупик.

- Ну я же не знал, что тебе жить надоело, думал несчастный случай. Вот и нырял за тобой, думал кончусь там. Чисто случайно зацепил.

Девушка повернула голову к окну, как-то невежливо, ей богу. Хотя, если человек созрел на свидание с всевышним в таком возрасте, что ему до условностей.

Мне стало неудобно молча сидеть на кровати.

- Слушай, а почему ты лежишь? Где твоя коляска?

Минуту ничего не происходило, потом она опять направила на меня лазер своих глаз. А они достойны описания. Серо-голубые, очень чистые, как хрусталики льда. Вот только выражение их не мне не нравится. Наверное так смотрят приговорённые к смерти, они уже всё для себя решили и земные дела их не интересуют.

- А она в ремонте.

- Что? - я не сразу расслышал тихий ответ.

- Я говорю, что коляска в ремонте. Я же когда падала, столкнула её вниз, вот там что-то и сломалось.

- Понятно, ты разрешишь, я займусь твой коляской?

Опять этот странный взгляд и кивок согласия.

- Ну и договорились, если ты не против, я тебя навещу. Я работаю тут неподалёку, мне не трудно.

- Хорошо, а у тебя книги есть?

- Книги, какие?

- Ну, мне нравится фантастика про попаданцев, про историю.

- Нет вопросов, найду. Тогда я побежал, мне ещё сегодня работать.

Меня взбодрило наше короткое общение, Марина кивнула мне и опять отвернулась к окну.

Директрису я нашёл в конце коридора, она явно ждала меня, - ну и как, пообщались?

- Да, Евгения Викторовна, а что с её коляской?

- А она пока в мастерской, там что-то сломалось.

- Можете меня проводить в эту мастерскую?

М-да, ну и убожество. В тёмной мастерской мне показали пострадавшую коляску, даже на неискушённый взгляд, она тяжеленная и неудобная. Я поговорил с мастером и вышел в сопровождении директрисы:

- Евгения Викторовна, я куплю другую коляску, более подходящую для нашего случая, Вы не против?

- Нет, в нашем положении выбирать не приходится.

- Значить Вы разрешаете мне посещать Марину? Просто, я живу в Москве, а работаю тут, недалеко.

- Ну, не знаю. Давайте договоримся так.Когда Вы захотите к нам приехать, звоните мне. Если Мариночка будут в подходящем состоянии, то милости просим.

На этом мы и распрощались.

Найти подходящую коляску оказалось непросто. Пришлось напрягать нашего главврача. С его помощью меня приняли в одной фирмочке, а там техник начал мучать меня медицинскими подробностями. Оказывается коляски подбираются индивидуально. Для улицы нужна коляска активного типа, она отличается облегчённой конструкцией. Для Марины наверное лучше была бы коляска с электроприводом, но из-за тяжёлой батареи она имеет избыточный вес. К сожалению в России долгое время не думали об инвалидах и для колясок не имеются условия для передвижения. Выходом является приобретение продвинутых изобретений топовых фирм. Например немецкая Meyra Optimus отличается повышенной надёжностью узлов и механизмов, заряд аккумуляторов до 70 км, удобные регулировки под клиента и относительно небольшой вес. Из минусов конечно кусачая цена - полляма рублей. Зато она имеется в наличии в магазине "Медтехника" и специалист обязуется быстро подготовить её к использованию. Мы договорились, что он привезёт коляску прямо в интернат и на месте подгонит.

В комнате коляска выглядит как космический корабль в старом гараже. Тёмно-серый корпус, рубчатые колёса и джойстик управления под левую руку. Пациентка обалдевшим взором смотрит на нас. Мы — это Евгения Викторовна, её сотрудница, техник и я.

Мне надоел этот спектакль, я подхватил на руки почти невесомое тело и усадил её в коляску.

- А я тебя просила об этом? Зачем ты лезешь в чужие дела? То спасать кидается, то коляску притащил.

Народ слинял из комнаты, оставив меня наедине с вспыхнувшей девушкой. Я понимаю, что психическое состояние человека, пошедшего на суицид явно далеко от нормального. Длительное изучение трещинок на потолке перемежается вспышками ярости. Короче жесточайший депресняк и к сожалению у неё имеются на то причины.

Девушка вышла из себя сразу оказавшись в новой коляске. Мне пришлось выслушать пренеприятнейшие вещи о себе. Но вскоре она резко успокоилась и заплакала. Ужасно смотреть на этого ребёнка, познавшего самые худшие стороны жизни. Именно в этот момент я принял решение, что буду пытаться помочь ей. Пусть даже для этого придётся поступиться личным комфортом. Не должно быть так, что столько навалилось на неокрепшее сознания. Взрослый сломается, а эта еще воюет.

Марина также внезапно успокоилась и поёрзала в коляске, - а как её заставить ехать?

Я быстро позвал привёзшего коляску техника, тот с перекошенной физиономией стоял у окна в коридоре. Пятитысячная купюра поправила ему настроение и он в течении двадцати минут не только подогнал коляске под хрупкое тельце девочки, но и провёл ликбез по её эксплуатации.

Ну и ладушки, видя, что Марина увлеклась новой игрушкой, мы удалились из комнаты.

Чтобы понять, смогу ли я помочь девушке пришлось выкраивать время в своём графике и ехать в Москву.

- Вы знаете, в принципе это новообразование вполне операбельно и прогноз положительный. Мы даже поставили Сафину в очередь, проблема в том, что такие больные зачастую не успевают дождаться своей очереди.

- Что значить такие больные? – я сижу в ординаторской неврологического отделения, напротив меня лечащий врач, молодой ещё мужчина.

- А то и значит, платные операции составляют более 70%. Такова реальность, здесь я ничем не могу помочь. Мы и так просунули её вперёд прочих бюджетников. Краниофарингиома гипофиза характеризуется развитием эндокринных, обменных нарушений, синдромом внутричерепной гипертензии. Конечно с этим можно жить продолжительное время, но своевременное хирургическое вмешательство позволит жить полноценной жизнью.

Знал бы врач, что этот диагноз относительно невинный для нас, а вот утром у меня уже состоялась встреча с другим неврологом. Основная наша проблема – это страшный диагноз,