А леди Монтрас, по памяти, безошибочно изобразила восемь гербов, выбранных членами комиссии и зрителями. Тем самым она одновременно продемонстрировала глубокие познания в истории, выдающуюся память и талант к рисованию.

Увы, не обошлось и без неловкостей. Так, леди Хис, решившая раскрасить кувшины прямо во время испытания, столкнулась с тем, что краска, оказавшаяся слишком горячей, повредила глину. Один из тонких сосудов лопнул, напугав гостей и едва не задев членов комиссии осколками. Девушка, конечно, проиграла свою дуэль, как и множество других участниц, двадцать из которых сегодня покинут Отбор.

После продолжительных обсуждений комиссия представила обновлённый список фавориток.

1. Леди Барбара ле Гуинн, сервал

2. Леди Ариса Лаэрт, маргай

3. Леди Аделаида Кейн, лесная кошка

4. Леди Кора Монтрас, тигр

5. Леди Мелва Вал-Миррос, каракал

6. Леди Илва Ронкорт, гепард

7. Леди Сафия Ренвиль, рысь

8. Леди Исольда Ферран, оцелот

9. Леди Наэми Жанто, лесная кошка

10. Леди Эсмаэль Друа, ягуарунди

11. Леди Жизель Мукс, манул

12. Леди Анна Парр, лесная кошка

13. Леди Орелия Мэвейр, мангустовая кошка

14. Леди Винн Ро'Маэ, черноногая кошка

15. Леди Камилла Марлэй, пантера

СОРОНСКИЙ ВЕСТНИК— ваши глаза и уши в сердце Левардии.

Я отложила в сторону «Соронский Вестник», думая о том, что Тамилла, похоже, проиграла свою дуэль, а вот Камилле засчитали победу — конечно, потому что леди Хис разбила свои кувшины.

Но ещё… в списке пятнадцати не было ни Селины, ни Лианны — фавориток Отбора, тех, кого отдельно выделял Его Высочество! Похоже, к таким испытаниям, где девушки напрямую соперничают друг с другом, комиссия подходит особенно строго. Проиграла — и про место в пятнадцати можешь забыть, как бы блестяще ни прошли предыдущие этапы.

Прошло шесть дней, и сегодня мы отправлялись в «Кости и Короны», хотя уже через день после возвращения из Ридстоуна я чувствовала себя прекрасно. Тем не менее, мне выдали какой-то облегчённый график ритуалов, и на некоторые из них вновь поставили бледного и старого Рона Моргрейва.

Пожалели бы уж беднягу, зачем так нагружать его, если рядом есть сильный, проверенный и готовый к работе ритуалист? Я. Это, конечно, говорил во мне мой глубинный страх.

Страх, что я могу потерять работу.

За месяцы службы личным ритуалистом Его Высочества я уже накопила почти на восемь месяцев учёбы Финна, хотя, разумеется, все эти средства пойдут на погашение займа в банке, а тот, как известно, требует возврата с ощутимыми процентами.

Но долго так продолжаться не может — все эти дни я не тратила и медяка, однако эта поездка обнажила множество проблем.

Балахоны ритуалистки кронпринца, конечно, добротные, но мне они уже изрядно надоели, и к ужину мне вдруг захотелось спускаться хоть немного наряднее — не иначе, взыграла зависть, когда я глядела на платья Камиллы и Тамиллы, развешанные в моей же гардеробной.

Да и обувь я уже всю испортила, а украшений не было вовсе — а я всё же аристократка. Непорядок.

— Готовы, леди Валаре? — Ищейка оглядел меня с ног до головы, но заметных изменений в моём облике не было — всё тот же привычный балахон.

Иным образом в «Кости и Короны» я бы и не сунулась — этот наряд радикально отличался от того, что я носила раньше в игорном доме, когда была Пиковой Линн. Но волнение всё равно разъедало изнутри — не дай боги, кто-нибудь из гостей меня узнает.

В то, что меня могут выдать работницы игорного дома, я не верила. Половина из нас работала там незаконно, и у каждой была своя жизнь за пределами, как правило такая, которая вовсе не предполагала столь неблагочестивой деятельности.

— Нервничаете? — Николас Хаул улыбнулся, заметив мой кивок. Его цепкий взгляд не отрывался от моего лица, и я ответила ему ехидной улыбкой.

Он никогда не говорил что-либо случайно, каждое его слово было провокацией, обращённой ко всем, включая самих венценосных особ. Похоже, когда его нанимали во дворец, ему выдали негласное разрешение на это поведение — если только оно способствовало расследованию убийства.

Что удивляло меня, так это его стремление вовлечь меня в расследование. Он делился со мной информацией, даже несмотря на явное недовольство принца.

— Вас не задевает отношение Его Высочества? — ищейка шагнул вперёд и хищно втянул воздух, словно стараясь прочесть меня по запаху. — До недавнего времени он был с вами почти груб, а теперь вдруг всё переменилось. Но, думаю, это продлится недолго — будто ему стыдно. Не похоже это на обращение к уважаемому придворному.

— Как же вы любите острые вопросы, стремясь вызвать эмоции у собеседника, — я показательно не расстраивалась, продолжая улыбаться. — Лучше скажите сразу, какая у вас идея, и если я посчитаю её благоразумной, я и так вас поддержу.

— Что же вы, леди Валаре, такая невозмутимая? По вашему лицу и не скажешь, что вы чувствуете.

Это его заявление явно не требовало никакого ответа.

— Скажите мне, что вы думаете о своей подруге — леди Аделаиде Кейн?

Я пожала плечами.

— Я бы не назвала нас подругами. Мы были хорошими знакомыми в академии. Аделаида сдала базовую квалификацию на год позже меня и считалась очень талантливой студенткой, когда мы учились вместе. И она — единственная среди девушек того года — осталась, чтобы получить полную квалификацию.

Судя по его разочарованному лицу, ничего нового я ему не сказала.

— А что насчёт вашей настоящей подруги? Леди Барбары ле Гуинн?

Я хмыкнула:

— Вы подрабатываете в комиссии по Отбору или расследуете убийство?

— Она находилась там, рядом с лавкой «Морр и Сыновья». Именно в этой лавке был покупатель, который принёс сигары Флор де Савиньяк в летнюю резиденцию графу Арвеллару. Сигары, которые всегда предназначались для Его Величества.

— Она даже не заходила в лавку, я наблюдала за ней в тот день. Почему бы вам не расследовать тех двух мужчин, что пристали к Барбаре потом? Возможно, они думали, что она что-то видела. А покупатель… кто он?

— Мы уже проверили всех. Покупатель очень надёжный, он приносил эти сигары королю много лет. Магии у него нет. К тому же я допросил его — и не думаю, что он врёт.

— А вы чувствуете ложь? — я наклонила голову.

— Чувствую. Это можно так назвать… И ещё я чувствую особое внимание тех, кого подозреваю, иначе меня бы не пригласили сюда.

Он смотрел пристально, так, будто считал, что я должна опасаться его — должна бояться тех тайн, которые он может узнать обо мне.

— Так что, вы не боитесь, леди Валаре? Каждому есть что скрывать…

— Что здесь происходит? — голос кронпринца обрушился на