Голова кружилась, скорее всего, от потери крови, но куда хуже было ощущение давления запаха — острого, пряного, словно приказывающего вернуться. Что-то внутри меня пыталось откликнуться.

Вместо этого я, шаг за шагом, удалялась с места испытания, думая про себя, что вдовствующая королева Хонора права. Все опасные ритуалы истекают за пару часов, даже самые долгосрочные, а за участницами всё это время наблюдает целый штаб ритуалистов.

— Мио, — стоило нам оказаться внутри, как Лео снова начал догонять меня — оказывается, он всё это время шёл следом. — Обопрись на мою руку, не упрямься, вдруг ты упадёшь в обморок!

Мой бывший жених выглядел неожиданно серьёзным — таким же, каким был в последние дни, когда безуспешно пытался поговорить со мной. В его карих глазах читалось настоящее волнение, а ладони в этот момент сжимались в кулаки. Взгляд то и дело скользил от моего обнажённого плеча к поломанным туфлям и обратно — к свежим царапинам.

— Оставь меня в покое, — прошипела я, как змея, даже не останавливаясь. — Я не знаю, что ударило тебе в голову, но мне это надоело. Я не хочу тебя знать, не хочу с тобой общаться — и семью вашу знать тоже не хочу.

От напряжения и переполнявших чувств меня даже пошатнуло, и, увидев это, Лео резко подошёл.

— Что с тобой, Мио? Я чувствую, с тобой происходит что-то странное. И кронпринц… почему он так на тебя смотрит? Почему ведёт себя так? Что случилось там, на испытании? Я чувствую на тебе его запах!

Продолжения, слава богам, не последовало — за нами вошли двое слуг, выглядевших решительно.

— Лорд де Рокфельт, Его Высочество ожидает вас во внутреннем дворике, на испытании. Мы проводим леди Валаре в лазарет и убедимся, что с ней всё в порядке, — громко доложили они.

Но Леонард лишь неверяще покачал головой. И тогда моё сердце впервые сжала тревога. Неужели он действительно что-то заподозрил? Обо мне… и Каэлисе Арно? В таком случае, что ждёт меня дальше?

— Лорд де Рокфельт, хотите ли вы, чтобы мы сообщили об этом Его Высочеству? — слуги были очень серьёзны и явно настаивали, чтобы Леонард вернулся. — Один из нас в любом случае сопроводит леди Валаре.

— Нет, я возвращаюсь. Этот разговор не окончен, Мио. Проследите, чтобы с ней всё было в порядке, — бросил он слугам, которые, впрочем, уже и так выполняли приказ кронпринца, — и направился обратно.

А я едва заметно выдохнула.

* * *

— Через неделю от царапин не останется и следа. Та, что на шее, — самая серьёзная, — сообщила мне целительница из лазарета, тщательно промыв все мои «раны» целебными отварами и напоив укрепляющими зельями.

Вкусно — да и спать хотелось.

Но ещё сильнее хотелось вернуться назад. Узнать, чем закончилось испытание Камиллы и леди Хис. Что вообще там произошло?

Могло ли всё это — обломки и взорвавшийся горшок — быть нападением на Его Высочество? Уверена, ищейка уже допрашивает всех, до кого может дотянуться. В условиях, когда мы подозревали полноценный переворот, даже такие мелочи могли считаться попыткой убить правящих членов Великого Дома Грейдис…

Но я не верила в это. Просто не верила.

Хотя бы потому, что эти осколки не могли всерьёз навредить принцу — и я сама осознала, какой глупостью было лезть под них. У принца, с его пробуждённым зверем, к тому же гибридным, и кожа толще, и регенерация быстрее, и реакция — он, возможно, успел бы увернуться. Я всё же ритуалист, а не стражник, и моя работа была совсем другой.

Вот только… в тот момент я себя не контролировала. Это был инстинкт — всё произошло за считанные секунды, и моё тело знало лучше меня, где нужно быть и что делать.

— Вам лучше вернуться в свои покои, передохнуть, набраться сил, восстановить резерв, — вновь заговорила целительница, рекомендуя, по сути, стандартную практику.

— Спасибо, я чувствую себя хорошо и хотела бы вернуться назад, если вы позволите, — покачала я головой.

Ни за что я не останусь в своих покоях, словно кто-то, кого смутил ритуал неудачи или испугали какие-то жалкие осколки. Я вернусь — буду самой невозмутимой, самой собранной, а главное — не стану терзаться в ожидании, гадая, что надумал Каэлис Арно и что с ним произошло.

Ни за что я не останусь в своих покоях, словно кто-то, кого смутил ритуал неудачи или испугали какие-то жалкие осколки. Я вернусь — буду самой невозмутимой, самой собранной, а главное — не стану терзаться в ожидании, гадая, что надумал Каэлис Арно и что с ним произошло.

Глава 5. Каэлис Арно из Великого дома Грейдис. Долг

Каэлис Арно из Великого Дома Грейдис

Несмотря на то что он сидел чуть поодаль от остальных, вокруг царила напряжённая тишина — люди чувствовали давление его зверя и буквально втягивали головы в плечи, хотя старались списать это на его гнев из-за происшествия с кувшинами.

Слуги заканчивали убирать капли крови его ритуалистки с земли, чуть ли не дрожа от одного лишь присутствия кронпринца, а Каэлис Арно с усилием попытался подавить действие феромона и не обернуться при всех. Под таким давлением они только допустят ошибки, а ведь и следа не должно остаться, так как кровь является сильнейшим проводником для самых опасных ритуалов.

Он видел, как за закрытыми дверями дворцового крыла творился хаос — придворные в панике пытались понять, может ли подобное повториться с другими участницами.

— Приступайте, — произнёс он ледяным тоном, желая завершить всё как можно быстрее. Если Николас Хаул прав и убийца находится во дворце, никто не должен понять, насколько пристально за каждым наблюдают. Все должны считать что королевская семья спокойна и безмятежна.

Слуги задвигались ещё неувереннее, чуть не сталкиваясь друг с другом, и именно в этот момент Миолина вернулась, несмотря на его прямой приказ.

Не стоило назначать её на эту роль.

Стоило леди Валаре появиться во внутреннем дворике, где проходили испытания, как почти всё внимание переключилось на неё. Не имело значения, насколько незаметно она старалась себя вести или насколько закрыта была её одежда.

Когда он впервые увидел скандально известную леди Валаре, то счёл её одной из самых красивых женщин, что когда-либо встречал.

За эти месяцы, имея возможность наблюдать за ней почти каждый день, он изменил своё мнение.

— Внешность леди Валаре, по моему мнению и мнению многих старших сотрудников дворца, является главной проблемой, — сказал ему лорд Крамберг, когда Каэлис объявил, что выбрал Миолину