мостовой кусок мизинца и приставил его к срезу. Следующие десять секунд я смотрел, как под моей лечилкой срастается кожа и кость. Правда, тут было столько грязи. Да все равно!

Фил смотрел во все глаза, закусив щеку от боли. И не смел дёргаться, надеясь, что я верну ему палец целиком.

Следом пришла очередь самого кончика.

— Он собирается еще раз с тобой встречаться? — спросил я, держа кусок пальца в сантиметре от предыдущей части.

— Нет! — быстро ответил Фил. — Но я могу показать, где мы встретились впервые.

— Хорошо, — кивнул я, соединив края.

Фил шумно выдохнул, ведь я не накладывал обезбол на рану.

На самом деле, собирать мизинец не входило в мои планы. Скорее это был научный интерес — получится ли восстановить такое или нет. Оказывается, что можно.

— Веди, пока я не отрезал его заново, — вернув Филу подвижность, сказал я. — И без фокусов!

— Понял! — он сгибал и разгибал палец, морщась от боли. — Нам туда.

Он указал рукой и медленно пошел в сторону переулка пьяной походкой. Мы молча проследовали за ним.

Я шел и думал только о том, как убью Воронова. В мыслях я вспарывал ему брюхо, отрезал каждый палец и разбивал лицо. Все это захлестывало меня волнами злости и безумной ненависти.

«Тимофей Викторович, фиксирую критические показатели вашего эмоционального состояния.»

Алекса, как всегда пыталась помочь, но я отмахнулся от нее, распаляясь все больше.

«Тимофей Викторович, энергетический фон нестабилен. Запрашиваю разрешение на вмешательство.»

Ага, прям взял и разрешил! Не дождешься, милая. Перед глазами появился образ Алексы с лицом Веры. Кулаки непроизвольно сжались.

Убью, гада!

Вокруг меня стали закручиваться спирали силы, по нервам пробежала горячая волна, и злость настойчиво требовала выхода.

— Вот сейчас повернем, — быстро сказал Фил, — и будем на месте. Только, скорее всего, его там не будет.

Он тоже чувствовал давление магии. И страшился ее. Не удивительно, ведь все знают, что этой самой магии у меня нет.

Есть! Есть у меня сила!

Новый виток злости захлестнула меня, и я ощутил, как закололо кожу на ладонях. Еще немного, и снова появится сгусток энергии.

Фил постоянно оглядывался на меня, впрочем, как и Еж. Ветер лишь слегка повел головой, быстро оценивая мое состояние. Маги переглянулись и поменялись местами. Теперь Владимир шел рядом со мной.

— Это здесь, — наконец, сказал Фил.

Я огляделся, надеясь, что это немного отвлечет меня от мыслях о Воронове.

Обычный перекресток двух улиц: маленький трактир, деревья, мостовая. Дома сплошной стеной по обеим сторонам с арками проходов внутрь — ничего особенного.

— Вот в этот трактир он меня и пригласил.

Мне бы сейчас рисунок рожи Воронова, чтобы хотя бы быть уверенным, что именно он послал этого придурка ко мне! Поздно же я об этом вспомнил. Сейчас даже бумаги под рукой нет.

— Что-то тихо тут слишком, — вдруг сказал Еж.

Это замечание щелкнуло меня по носу: за мыслями о мести, я совсем забыл о безопасности.

Повторно закрутив головой, я вызвал Алексу, чтобы она проверила улицу на возможные ловушки.

Знак на затылке начал теплеть: помощнице требовались дополнительные силы, чтобы выполнить поручение. Я пока не ощутил в полной мере все изменения, но был готов к любому повороту событий. Даже к исчезновению магии. Поэтому со мной были и Ветер, и Еж.

— Я могу идти? — робко спросил Фил, держа кисть с залеченным пальцем у груди.

— Нет! — рыкнул я. — Стой и не двигайся.

Я глянул на трактир и пошел к нему, Ветер тенью последовал за мной. Здесь могли знать Воронова. Но надежда, что я его встречу сейчас начала таять, как снег зимой. Злость тоже стала меркнуть под логикой размышлений.

Изнутри забегаловка выглядела, как обычная кофейня в моем мире: три крошечных столика, стулья у барной стойки, музыкальный аппарат. Я такой видел впервые. Мысль вильнула в сторону технологий и магии, окончательно вернув мне возможность здраво рассуждать.

Посетителей было всего трое. Женщина приятной внешности и два молодых человека. Все они сидели за одним столом, упираясь коленками друг в друга. И если парни выглядели бодро, то женщина казалось похожей на зомби с бледным и осунувшимся лицом. Но мое внимание привлекла не ее внешность, а небольшой шарик, на который вся компания смотрела. Сейчас он был прозрачным. Надо потом спросить Алексу, что это.

Я перевел взгляд на стойку и подошел к бармену. Он усиленно натирал чистые бокалы и делал вид, что тут вообще случайно. К слову, он действительно смотрелся чужеродно. Холеное лицо с лихо закрученными усиками, черная объемная рубаха с завязками и причудливым узором по краю. И поверх этого белоснежный фартук.

— Скажи, — я выложил купюру на стойку, — видел ли ты здесь длинноволосого мужчину в неопрятной хламиде? Возможно, зеленый комбинезон.

На самом деле я не знал, в чем ходит Воронов, но эти комбезы были его страстью. Сколько его помню, он всегда и везде умудрялся найти такой.

— Отчего не видел, — деньги исчезли со стойки, я даже глазом моргнуть не успел. — Видел. Появляется здесь иногда. Сразу видно, пришлый. И вроде не бездомный, есть на что выпить. Постоянно приходит с новыми людьми, угощает их. И вон с тем, кто на улице стоит, — он кивнул на Фила, — тоже заходил.

— Не знаешь, где живет, как зовут?

Бармен сделал вид, что не слышит меня. Но я заметил, как дернулись кончики его усов. Не меняя выражение лица, я протянул ему еще купюру.

— Где живет, не знаю, а вот зовут его Ворон, — негромко сказал он.

Воронов! Сволочь!

— Ты меня не видел, я у тебя ни о чем не спрашивал, — еще одна бумажка легла на стойку.

— Что будете заказывать? — он переменился в лице и стал самой любезностью.

— Ничего не нужно, спасибо.

Я забарабанил по стойке, ставя маячок, чтобы в следующий раз не бегать по переулкам в поисках этого трактира. И только собрался уходить, как позади меня раздались удивленные восклицания.

Машинально обернувшись, я увидел, что шар на столе троицы, засиял разными красками. И женщина подняла на меня взгляд, полный холодной решимости.

— Это он, — сказала она тихо, но я смог расслышать.

— Под описание не подходит, — возразил ей молодой человек в дешевом костюме.

— Магоуловитель среагировал! — в тишине ее