— А что скажешь ты? — поинтересовался Доббс.

— Я делала свою работу. Быть может, слишком усердно.

— Понятно.

— Он считает иначе?

— Меня не слишком интересует, что говорит этот тип, — ответил Доббс, что удивило Пайн, ведь обычно ее начальник действовал в точном соответствии с инструкциями.

— Он подал на меня жалобу?

— Несомненно, собирается.

— Ну, он еще может передумать, — вмешалась Блюм.

Доббс бросил на нее пристальный взгляд.

— И что ты имеешь в виду, Блюм?

— Шесть лет назад, история со специальным агентом Вурхисом из Тусона.

— У тебя хорошая память, — заметил Доббс.

— Там было достигнуто взаимопонимание. Агент Вурхис сделал то, что следовало. И с тех пор принес немало пользы, — добавила Блюм.

— Что он сделал? — спросила Пайн.

— Скажем, пересек черту, — ответил Доббс, который некоторое время сидел с задумчивым видом. — Как тебе такой вариант: я поговорю с мистером Роджерсом и постараюсь убедить его, что подавать на тебя жалобу ему невыгодно?

— Я не хочу, чтобы вы приняли на себя ошибки, которые я совершила, — сказала Пайн.

— Именно по этой причине я предлагаю тебе такой вариант. Ты хороший агент. Я не хочу, чтобы эта история испортила твою карьеру.

— Вы думаете, Роджерс согласится? — спросила Блюм.

— Когда он попал в тюрьму в прошлый раз, то получил одиночное заключение, потому что попросил о нем, — сказал Доббс. — Если мы отправим его в общую зону с репутацией насильника и убийцы детей, он не продержится там и пяти минут. И он знает, что нам это по силам.

Блюм посмотрела на Пайн.

— Звучит, как хороший план.

— Однако обязательно должно быть внутреннее расследование, — заметила Пайн.

— Ты не воспользовалась оружием. Парень не умер. Роджерс не станет подавать жалобу. Насколько мне известно, мэр в Колорадо готов сделать тебя почетной гражданкой.

— Хорошо, — с сомнением сказала Пайн.

Доббс выпрямился.

— Но я не стану ходить вокруг да около, Пайн. Ты вышла за пределы допустимого. По моим понятиям, у тебя имелся последний козырь, и ты его только что сожгла.

— Из чего следует, что внутреннего расследования не будет? — уточнила Пайн.

— Верно. На этот раз.

Пайн опустила глаза.

— Я это ценю, сэр. Я… мне казалось, что последствия будут куда хуже, — сказала она.

Он погладил подбородок.

— Ты уже очень давно не брала отпуск, верно?

— Отпуск, сэр? Ну, на самом деле, у меня была возможность передохнуть…

— Нет, тогда был не настоящий отпуск. Ты это знаешь, и я знаю. Во время отпуска людям обычно не грозит смерть, причем несколько раз.

— Да, у меня давно не было отпуска.

— Я каждый год отправляюсь ловить рыбу на мушку. Ни разу ничего не поймал, но всегда получаю огромное удовольствие.

— И насколько долгим будет отпуск?

Доббс встал, застегнул пиджак и направился к двери.

— Настолько, насколько тебе потребуется, Пайн. Кстати, как прошел твой визит в тюрьму особо строгого режима Флоренс?

— Не слишком продуктивно.

— Ну, возможно, ты сможешь использовать свой отпуск с большей пользой. — Он замолчал и опустил глаза. — Мерзавец Роджерс напомнил тебе кого-то?

— Да, но только в одном аспекте.

— Дэниел Тор, вероятно, на несколько уровней выше.

— НБА против команды колледжа.

— Ну, он там на пожизненном. А ты нет. Однако, в некотором смысле, ты в таком же положении. Что ты сама думаешь?

— Я… очевидно, мне есть над чем поработать.

— Хороший ответ.

— И я полагаю, мне следует быть рядом, чтобы оказывать необходимую помощь, — вновь вмешалась Блюм.

Они посмотрели на нее.

— Это решать, Пайн, — медленно проговорил Доббс.

— Кэрол, ты не должна… — сказала Пайн.

— Нет, должна, — возразила Блюм.

— Ну, тут уж вы сами разбирайтесь. — Доббс кивнул женщинам и вышел.

Блюм смотрела на Пайн, а та на свою помощницу.

— Это произошло много лет назад, Кэрол, — сказала Пайн. — Очень много лет назад.

— Я видела, как ты раскрывала все дела, которые попадали на твой стол. Быть может, пришло время покончить и с этим.

— Я уже трижды навещала Тора, — напомнила Пайн.

— Однако полной уверенности в том, что он имеет отношение к исчезновению твоей сестры, нет, — заметила Блюм.

Пайн посмотрела на свои руки.

— Я… не знаю, способна ли на это, Кэрол.

— Ну, если ты позволишь, я считаю, что ты должна. Как сказал агент Доббс, ты только что сожгла свой последний козырь. И ты не можешь покинуть Бюро — так или иначе. Тебе было суждено стать агентом ФБР.

— Но это не твоя проблема, — сказала Пайн, вставая из-за письменного стола.

— Я твоя помощница. И намерена тебе помогать. Так и будет.

Пайн улыбнулась.

— Ты очень добра, — сказала она, и ее взгляд стал задумчивым. — Ну, в таком случае, нам нужно сложить вещи в дорогу.

— В дорогу? — Удивилась Блюм.

— Назад во времени, Кэрол. Назад во времени.

Глава 4

— Я не забыла, что мы собирались вернуться назад во времени, — сказала Блюм, — но у меня такое ощущение, будто мы действительно шагнули в прошлое.

Пайн вела взятый напрокат внедорожник, Блюм сидела рядом, на пассажирском месте. Они прилетели в Атланту, затем немногим больше двух часов ехали на юг, в округ Самтер, точнее, в Андерсонвилль, штат Джорджия, с населением в 250 человек. И сейчас проезжали по потускневшей главной улице маленького городка.

— Когда-то, в семидесятые, мэр и его соратники решили превратить Андерсонвилль в туристический город, вернув ему вид времен Гражданской войны. Мы на Черч-стрит, которая тогда была центральной улицей. Железнодорожные пути пересекали ее под прямым углом, по ним доставляли пленных в тюрьму Андерсонвилля — последнее путешествие для многих.

— Тюрьма находится где-то рядом? — спросила Блюм.

Пайн остановила машину и указала вдоль улицы.

— Видишь следы ног, нарисованные на асфальте? Они символизируют последнюю четверть мили, которую заключенные проходили до тюрьмы. Вероятно, самая длинная прогулка в их жизни.

Блюм содрогнулась.

— Как ужасно.

— Город выделил участок площадью в семь акров, носивший название Ферма Пионеров, — продолжала Пайн. — У них имелась кузница, тюрьма, коптильня и завод по переработке сахарного тростника, среди других аттракционов. Вот указатель, сообщающий: «Добро пожаловать в Андерсонвилль, городок времен Гражданской войны».

Блюм прочитала и кивнула.

— А еще парк жилых автофургонов и ресторан, — добавила она.

— В год городок посещают около восьмидесяти тысяч человек, так что план мэра оправдался, — сказала Пайн. — Скоро здесь состоится одно из главных событий года.

— И что же это будет?

— Инсценировки сражений Гражданской войны. Реконструкции, так их называют. Потом будет парад с марширующим оркестром, которой пройдет по главной улице. Солдаты, одетые в синее и серое. Будут играть другие оркестры, танцы под музыку кантри, хороводы, много еды и выпивки. Шумное веселье. На празднике продают форму,