мои догадки. Янис обещал дождаться меня, вот с ним и навещу Низменность. Кажется, это становится нашей традицией.

– Ида! Ида! – раздался за спиной знакомый голос. – Да подожди ты!

Делать этого категорически не хотелось, но я неохотно остановилась и подождала, пока Дарлан поравняется со мной. Маску он тоже успел снять и определить ее на лохматую макушку.

– Куда торопишься?

– Спать.

Дарлан, конечно, сразу распознал эту неприкрытую ложь:

– А если серьезно?

– А если серьезно – не твое дело.

– Ида, мне бы хотелось…

– Дарлан, прекрати, – поморщилась я. – Не знаю, что именно ты делаешь, но прекрати. Стать друзьями у нас не получится, эта ночь все для меня прояснила. Был момент, когда я забыла, кто ты такой, каюсь, но больше этого не повторится. Роксана хотела, чтобы мы работали вместе на благо Александра, и с этим я спорить не собираюсь. Но «вместе» не означает, что мы должны и ходить везде вместе. Будет что рассказать – я расскажу, и надеюсь, ты поступишь так же.

– А может, вообще на письма перейдем? – издевательски предложил Дар. – Спроси у подружки из Храма, она научит, как послания строчить, да людей посылать. Брось… ты же не серьезно. Ничего не изменилось, Ида.

– Кроме смерти семи невинных человек.

– А ты у нас заделалась борцом за чужие жизни? Начала с сивилл и понравилось благодарности получать?

– Думай как хочешь.

Глаза Дарлана светились бешенством, он ведь себя мерзавцем не считал.

– Ладно, – медленно согласился он. – Тогда скажи, как я должен был поступить, чтобы спасительница сивилл Ида одобрила. Подставить под удар принца? Ее драгоценного любимого принца… нет, точно не этот вариант. Тогда как?

– Ты не сомневался. И спасать людей не хотел, они для тебя – что грязь под ногами, которой много вокруг. Как думаешь, твой суд будет справедливым? Или жить тебе в Посмертье вечность?

– Услышать от тебя речи про Посмертье… что-то новенькое.

Выяснять отношения и дальше не хотелось.

– Думаю, мы все обсудили. У меня есть пара зацепок в Низменности, я ими займусь. Если найдешь убийц раньше меня, обязательно напишу тебе письмо с поздравлениями, – с этими словами я поторопилась уйти. К счастью, Дарлан не стал меня преследовать, хотя я физически ощущала его ярость, он хотел еще многое сказать.

Янис ждал меня у выхода из Садов, его чуть сгорбленную из-за неуверенности фигуру легко узнать издалека. А еще он держался в стороне от остальных, чувствуя, насколько его присутствие здесь неуместно.

Гости Черного Парада расходиться не спешили, они сбивались в кучки и обсуждали увиденное шепотом, словно боясь, что их за это накажут. Но обсудить все равно хотелось, вот и шептались. Для себя я решила – не буду ломать голову еще и над уходом Роксаны. Всякие умники и без меня узнают, что это было, глядишь, и мне потом расскажут. Слухи все равно дойдут… а я подумаю над чем-нибудь попроще, например, над убийствами.

Я примкнула к одной из людских кучек и выпросила сигарету. Жестом подозвала Яниса, нечего ему в стороне стоять. Кто-то поделился сигаретой и с ним, мы вместе закурили и позволили себе эту важную паузу, полную дыма и чужого шепота. Роксана ушла, и как ушла… и всем было интересно, умеет ли так же Александр, знает ли он, что утащило его мать в Посмертье.

– Напиться бы, – пригорюнилась я. – Да некогда. А еще одной скучно, – я глянула на Яниса со значением: – Как только все закончится, составишь мне компанию. Отказ не принимается.

– Альтьера, я и не надеялся отказаться.

– Прозвучало обреченно. Сделаем вид, что мне показалось.

– Да нет, вы все поняли правильно, – пробормотал Янис.

– Наглеешь? Молодец, так держать, – я отбросила сигарету в специальную урну и подхватила парня под локоть. – Сохрани эту наглость, мы отправляемся на дело. Будем ловить убийц со всем старанием, чтобы напиться побыстрее. Когда у человека есть стимул, он и мертвого усилием воли поднимет. Так говорят.

– Ваш стимул… всем на зависть.

– Я почти тебя люблю. Перестал бы еще меня альтьерой звать!

Янис смущенно улыбнулся и промолчал.

Мы добрались до Низменности и много времени потратили на поиски нужного дома. Улицы тут носили лишь примерные названия, причем каждый мог величать улицу и вовсе на свой лад, а номера домов присваивались по принципу «как насчитаешь». В трущобах, где сивиллы живут, и то легче ориентироваться, а тут даже Янис терялся, хотя и жил неподалеку.

С пятой попытки мы нашли нужное нам семейство. Открыла нам хрупкая на вид девушка с тонкими волосами и маленьким личиком, она сразу признала родство с Кариком Хорненом. И заранее побледнела, понимая, что новости ее ждут плохие. Их сообщение я доверила Янису, у него лучше получается быть милым, располагающим и выражать сочувствие.

– Папа… как же так, – из глаз девушки ожидаемо брызнули слезы.

– Боюсь, у нас нет времени на ваши слезы, – пришлось вступить в разговор. – Расскажите о себе. Говорят, у вас были проблемы со здоровьем, но потом все наладилось.

Девушка, которая представилась Ларикой, изумленно моргнула:

– Что? Я не понимаю, причем тут…

– Вам и не надо, на вопрос отвечайте.

– У меня были проблемы… местный доктор сказал, что внутри меня растет зараза, она убивает медленно. И сделать ничего с этим нельзя. Такое часто происходит, совсем недавно наша соседка тоже заболела.

– Что за болезнь такая? – удивилась я.

– Ее зовут внутренней чумой, – подсказал Янис. – Девушка права, очень частое явление среди живущих в Низменности. Болезнь не заразна, но она никак не лечится, можно только облегчить симптомы. Считается, что это призыв самой Земли. Посмертью не хватает людей, тогда оно взывает и забирает кого-то особенного.

– Иногда походы в Храм помогают, – тихо прошептала Ларика. – Моя соседка… она все время ходит в Храм, надеется. Ведь я выздоровела, значит, и она сможет. Посмертье ее отпустит и выберет кого-то другого.

– Вас Храм вылечил?

– Я… не знаю. То есть… да, наверное. Исцеление ведь происходит внезапно, я встречалась с другими людьми, такими же, как я. И у всех похожая история. Они просили Храм, просили Судей, и получили награду. Одни из многих, у них получилось. И я оказалась среди избранных, тоже исцелилась.

О болезни я слышала впервые, но история