влезла на стул, обнаружилось, что под одну из ножек что-то попало, и стул опасно шатается. Стоило слезть и установить стул ровнее, но Зоя самонадеянно решила, что как-нибудь справится. Конечно же, в самый ответственный момент стул качнулся, Зоя взмахнула руками, пытаясь удержать равновесие, и крышка чайника, грустно булькнув, утонула в котелке с замоченными сухофруктами. Спасибо, что не в плове, как говорится.

Дальше ничего сложного не ожидалось. Дождаться, пока выкипит вода, проткнуть слой крупы, воткнуть головку чеснока и томить плов на слабом огне. Зоя подкинула в печь еще пару чурбачков, притащила из кладовой большую банку меда для компота и в изнеможении опустилась на подлый стул.

До обеда Зоя успела испечь хлеб, сварить компот, принять душ, выстирать и высушить свое единственное приличное платье и потренироваться в раскладывании плова по тарелкам. Всего два слова, заковыристый жест рукой, и не надо возиться с ложками и поварешками. А что не сразу получилось, так ничего страшного же не произошло. Вот если бы она компот крышкой не накрыла тогда да, неловко бы вышло. Рис и баранина в компоте были бы лишними. А пятно на стене можно будет чем-нибудь прикрыть. Шкафчик передвинуть, например.

В конце концов поводов оттягивать открытие не осталось. Зоя нервно откашлялась, расправила юбку, пригладила волосы и пошла к калитке. Руки дрожали, начал дергаться глаз, во рту пересохло.

За воротами уже ждали. Слышался негромкий гул мужских голосов, кто-то засмеялся, что-то звякнуло. Зоя глубоко вздохнула, медленно вытащила засов из пазов и открыла калитку.

– Здравия желаем, хозяйка!

– О, едой пахнет. Долой сухари!

– Здрасьте, госпожа магичка!

– А добавку тут будут давать? То есть доброго вам дня!

– Мужики, это наш стол, мы тут всегда сидели!

Толпа гомонящих мужчин в кожаной броне заполонила двор. Они болтали, смеялись, здоровались с Зоей и друг с другом и постепенно втягивались в обеденный зал. С перепугу Зое показалось, что их человек сто, и у нее просто не хватит еды, чтобы всех накормить.

Подцепив заклинанием стопку тарелок, она быстро разложила в них горячий плов. Отправила на столы тарелки с хлебом, соль и миски с помидорами и огурцами – все овощи как только сорванные, а ведь всю зиму пролежали! Стражники оживились, заговорили еще громче, кто-то захрустел огурцом, и все нетерпеливо посматривали в сторону кухни.

Повинуясь движению Зоиных рук, перед каждым из них опустилась кружка с компотом, а потом и тарелка с главным блюдом дня.

Тишина в таверне установилась такая, что ее можно было фасовать в корзинки и продавать людям, живущим в панельных многоэтажках. Раскупили бы влет и попросили добавки. Почуяв неладное, Зоя вышла в обеденный зал. Стражники с ужасом смотрели в тарелки, а потом переводили на нее недобрые взгляды. Пожилой дядечка с длинными усами осторожно потыкал в плов ложкой, его сосед, тяжело вздохнув, сунул в карман ломоть хлеба. Пара человек, перед тем, как встать, залпом выпили компот, но к плову не притронулись. Заскрипели по полу отодвигаемые стулья, стражники, кривясь, выходили из таверны. Ничего не понимающая Зоя растерянно стояла в дверях кухни.

Двадцать пять нетронутых тарелок плова так и остались стоять на столах, дразня золотистыми рисинками, кусочками мяса и оранжевыми вкраплениями моркови.

– Да что опять не так? – в сердцах заорала Зоя и грохнула об пол пустую кружку из-под компота.

Глава 15

К ужину стражники явились тем же составом, но с куда более кислыми лицами. Тарелки с пловом опять были дружно проигнорированы, компот и хлеб пошли на ура. Выходя из таверны, посетители странно косились на Зою, но молчали. Что их останавливало от высказывания претензий, Зоя не поняла, но первой заговаривать просто-напросто побоялась. Их вон какая толпа, пришибут еще ненароком в душевном порыве. Молнией от них не отмашешься, а из Бублика охранник тот еще. Если только им в кого-нибудь кинуть.

Выбрасывать плов было жалко до слез, но не оставлять же его было на ночь в тарелках. Итак с обеда до вечера простоял. Накрытый заклинанием, правда, но тем не менее. В казане еще оставалось достаточно плова, чтобы кормить всю эту толпу дня два, и Зоя упрямо решила не готовить ничего другого. Или начнут есть с голодухи, или кто-нибудь словами объяснит, что именно им не понравилось.

Без аппетита поужинав, Зоя вымыла посуду и поплелась в спальню. Бублик, предатель, с ней не пошел, сделав выбор в пользу лежанки возле теплой кухонной печи. Это тоже было очень обидно, Зоя немножко поплакала в подушку, да так и заснула, прижавшись щекой к мокрой наволочке.

Разбудил ее все тот же еженощный звук. Длинный, вызывающий мороз по коже, скрип. Шуршание, словно по засыпанному щебенкой двору тащат чье-то тело. И равномерное деревянное постукивание.

– Еще меня всякие дятлы не пугали! – разозлилась Зоя, натянула платье и тихо спустилась на кухню.

Бублик спал, не обращая внимания ни на какие посторонние звуки. Дотлевало в печке последнее полено, бросая на стены зловещие алые отблески. Постукивание стало отчетливее, и к нему добавилось негромкое монотонное бормотание. Снова раздался протяжный скрежет, Зоя глубоко вдохнула, сосредоточилась, и вот уже на кончиках ее пальцев заплясал комок поблескивающих молний. Что бы там ни происходило – сейчас им всем мало не покажется!

Распахнув дверь, Зоя отчаянным жестом выбросила во двор горсть светящихся шаров. Возле поленницы заметалась темная фигура, Зоя прицелилась было, чтобы шарахнуть туда молнией, и опустила руку, опознав посетителя.

– Заблудился? – холодно спросила она, усилием воли гася боевое заклинание.

– Я тут это… Ну…

– Гулял, – подсказала Зоя.

– Точно, – кивнул Любомир. – Погода хорошая, я из патруля вернулся и сразу гулять. Иду, пейзажем любуюсь, воздухом дышу. Тут ты выскочила и давай светить. Случилось что-то?

– А тачку ты всегда с собой берешь, когда гуляешь?

– Конечно! – горячо заверил ее Любомир. – Кто ж без тачки гулять ходит! Вдруг опасность какая, так я тачку брошу и как побегу налегке!

– Забирай ее и проваливай, – прошипела Зоя. – И дрова свои забери, не нужно мне от тебя ничего.

– Они не подписаны, лежат в твоей поленнице, значит, твои, – ухмыльнулся Любомир. – Давай, докажи, что это не так!

– Надоело мне все, – устало сообщила ему Зоя, зашла в таверну и захлопнула дверь. Нет, ну он нормальный вообще? То орет и ядом плюется, то дрова в поленницу подбрасывает. Третью ночь подряд. И плащ еще этот… И ресницы у него такие длинные и пушистые… Тьфу ты!

Зоя застонала и легонько приложилась лбом о дверной косяк. Во дворе снова заскрипело. Интересно, а