укусила вас, вы бы даже не задумывались о других конкурентах!

Старейшина кивнул.

— Нам требуется время, для принятия решения, — сказала он. — Пока можете подождать в холле. Мы вас позовем.

12

Каким же длительным было это ожидание! Доминика думала, что старейшины вообще уже никогда их не позовут. Игнат ходил из угла в угол. Периодически он останавливался, садился на пару секунд, но тут же вскакивал и продолжал свой путь. Влад и Алиса сидели невдалеке на стульях и о чем-то разговаривали с Марией. Украдкой они бросали взгляды на Доминику.

— Думаешь, они от нас отстанут? — неожиданно спросила девушка у черного волка.

Он снова проходил мимо нее и что-то там подрыкивал себе под нос.

— М? — не понял он. — Что ты говоришь?

— Старейшины, — указала девушка на закрытую дверь, — отстанут от нас? Или отдадут меня Амарогу?

— Пусть только попробуют! — снова этот знакомый рык.

Игнат подошел ближе и сел около девушки.

— Игнат, — вздохнула та и принялась гладить его по голове. — Я так устала. Столько событий, для меня одной слишком много.

Игнат молчал. Он был полностью согласен с девушкой. Он расслабился от ее прикосновения. И лишь оттого, что Влад бежал с обалдевшим взглядом в их сторону, пришел в себя.

Он обернулся! Просто. Без каких — либо, обычных для него, опознавательных признаков.

Доминика, продолжая гладить его по голове, удивленно посмотрела на Влада. Затем опустила голову и увидела горящий взгляд серых глаз Игната. Обнаженный парень сидел возле ее ног и внимательно смотрел на нее.

— Ой! — воскликнула девушка, — опять.

Скинув пиджак и отдав его Игнату, чтобы прикрытья, Влад увел того в уборную. Хорошо, что на всякий случай, парень возил с собой комплект одежды. Мало ли?! Вот сейчас, этот комплект, как нельзя лучше и пригодился.

Спустя десять минут, Игнат вернулся к Доминике. Девушке было немного некомфортно в его присутствии. За последнее время, что они снова проводят вместе, в облике волка видеть его было привычнее.

— Я снова напугал тебя, — Игнат опустился рядом на стул, — прости.

— Все нормально, — кивнула девушка. — Я….

Договорить она не успела, так как дверь, за которой шел увлеченный спор старейшин, открылась. Их пригласили в комнату.

— И так, — начал тот самый мужчина, который разговаривал с ними ранее, — мы приняли решение. Предупреждаю сразу, данное решение обжалованию не подлежит. — Он хитро улыбнулся.

— Во-первых, — продолжил он, — Доминика, — он обратился к девушке. — Ты точно решила сохранить малышей, которые достались тебе не совсем по твоей воле?

— Да, — сразу же и, не колеблясь, ответила девушка. — Я их оставлю.

— Хорошо, — кивнул старейшина, — Малышей трогать запрещено! Если будут попытки причинения вреда здоровью малышей или их матери, то отвечать за это придется перед нами. Эта девушка и ее потомство неприкосновенны! — провозгласил он первый вердикт.

— Во-вторых, — снова эта улыбка. — Доминика, ты укусила обоих парней? Верно?

— Да, — кивнула девушка, в этот раз уже неуверенно и настороженно.

— Придется тебе сделать выбор, — старейшина пригладил свои черные, коротко подстриженные волосы, — Между этими парнями.

— Это как? — не поняла Доминика.

— Либо ты выбираешь одного из них, — пояснил он, — либо оставляешь себе обоих.

Девушка в ужасе отшатнулась. Как она может выбирать между кем-то. Она и так уже знает, кого выбрать.

— Поясняю, — старейшина вздохнул, — две недели ты живешь в стае серых волков, две недели в стае черных. А еще две недели проводишь со мной. Вдруг я тоже захочу получить укус от рыжей скромницы.

— Что?! — девушка округлила глаза от ужаса, — с Вами?!

— А что, — возмутился старейшина, — мне всего лишь триста семь лет, я еще очень молод. Как видишь и фигурой вышел отлично и лицом.

На вид, он действительно был красив. Черные волосы и черные глаза выделяли его из толпы. Красиво сложенное и подкаченное тело выглядело красиво. Да и выглядел он не на триста семь, а как минимум, на тридцать семь.

— А вам-то это зачем? — тихо произнесла девушка.

— Скажем так, — мужчина скрестил руки на груди, — ранее я говорил о такой волчице как ты. Доминика, ты действительно редкое сокровище! Поэтому, я тоже решил попытать своего счастья.

— Мне придется еще и вас на бой вызывать? — это были слова Игната.

— Навряд ли. — Усмехнулся старейшина, — Зачем тебе это? Девушка вправе сама сделать выбор. Пусть решает.

Доминика в растерянности смотрела то на Алису, то на Влада, то на Игната.

— И еще! — грозно произнес старейшина, — домогательство со стороны парней строго запрещено! Если хоть один из вас попытается принудить девушку, заставить, либо что-то от нее требовать, снова будет иметь дело со мной. И поверьте, — понизил мужчина голос до злого шепота, — пощады не будет никому! На этом всё, — развел он руками. Можете идти домой. И, да, — поднял он вверх указательный палец, — первая неделя будет проходить в стае серых волков. Начиная с завтрашнего дня! Сегодня Доминика едет в дом стаи черных волков. Завтра, в десять часов утра ты, — указал он на парня с серыми волосами, — Амарог, завтра должен забрать ее ровно в десять часов. Ни раньше, ни позже. И вернуть ее им ровно через две недели в целости и сохранности. И не дай Великий Волк, хоть один волосок упадет с ее головы, либо ее волчата пострадают, ответишь головой и ты, и вся твоя стая!

Амарог слегка побледнел, но кивнул. Он был рад такому вердикту. За две недели уж он сможет заполучить эту девушку! Пусть даже и с чужаками в ее чреве, но у него на нее другие цели!

— Я против! — взревел Игнат, — я не отдам свою волчицу! Она моя!

— Официально, — протянул старейшина, — она не твоя. Ты — ее, да! Но, она не твоя. Вот если бы ты сразу поставил на ней свою метку, то мы бы тут даже не собирались!

Игнат был зол! Очень зол. И, в первую очередь, именно на себя! У него был шанс сделать ее только своей. Но эта проклятая гордость и чувство предательства с ее стороны, которое, даже не имело место быть, это его лишь запутало.

Быстрым шагом парень вышел из комнаты.

Алиса подошла к Доминике и, обняв ее, вывела следом. Влад направился за ними. Родители, обменявшись еще парой фраз со старейшинами, вышли следом. Предстояло нелегкое время для всех.

13

Следующим утром, ровно в десять часов Амарог уже стоял в гостиной. Сказать, что он был счастлив, это ничего не сказать. Он просто светился! Его улыбка была настолько широка, что казалось, таких улыбок не могло быть в