Рахес додумается убить Эрис в собственном доме... А потом он умирал вместе с ними — с истинной и с ребёнком. Он держал их, как мог. Когда Трин чистил Эрис от остатков его сына... он впервые готов был разорвать жену на такие же мелкие кусочки.

Тогда он впервые вспоминал, как так получилось, что они поженились. Рахес — красивая, властная, жёсткая, умная, с уникальным даром... она всегда была в центре внимания, где бы ни появлялась. Получить её в пару мечтали все алланийцы. Многие уважаемые семьи пытались предложить императорскому дому брачные контракты. Все были отметены самой Рахес. Конечно, адмирал знал, каким даром обладает сестра императора. Знал и то, что он сам почти не подвержен его влиянию, как и влиянию дара собственного отца.

Обвинить Рахес в том, что она его «околдовала», он не мог. Ему самому льстило внимание столь уважаемой и желанной многими мужчинами персоны. Они стали парой, несмотря на все протесты семьи Ад-Тэддис. Их отношения всегда были ровными, основанными на полном доверии, безмерном уважении и физической тяге. Довольно часто они оба присутствовали на самых сложных переговорах, и адмирал всегда гордился своей супругой.

Что такое «буря чувств», он узнал, когда впервые инициировал истинность. Он словно попал под сокрушительный удар неудержимых стихий. Ему пришлось искать новый баланс между женой и истинной. Ребёнок мог всё изменить. Дитя в доме принесло бы мир. И он, как одержимый, хотел сына. Он увёз истинную на Лидан — заповедную легенду. Благо, брат даже не сопротивлялся. Им всем очень нужен был ребёнок — первый за много лет... Та прозрачная дрянь чуть не утянула его Эрис на дно. И он понял, что отдал бы жизнь, чтобы спасти истинную. Это понимание оглушило.

Он не привык к проявлению чувств. Возможно, потому что у всех алланийцев они приглушены, будто в тени. Они живут ровно и спокойно, с чистым разумом, не замутнённым ненужными переживаниями. Наверное, поэтому Первый дал им истинных. Без них жить легче, но, если ты познал истинную, жить без неё — пытка. Его душу порвали пополам, когда Эрис сняла его браслет в храме Первого.

Первый дал ему ещё один шанс, позволив вернуть браслет на руку, но и предупредил, что у него не будет другой истинной. Он проследит. Такова его высшая воля и наказание слишком заносчивому адмиралу.

У него не было плана, как вернуть Эрис. Он мог ликвидировать Лайса быстро и без следа, но почему-то ему казалось, что после этого Эрис никогда не захочет остаться с ним. Потерять её навсегда он не был готов. И он просто жил, погрузившись в безвкусную вату дней, похожих один на другой... А ещё он иногда отчётливо слышал её удовольствие с другим. И это было хуже физической боли. Всегда уравновешенный и холодный, он готов был биться головой о стены. Он тщательно выстраивал ментальные блоки. Но отголоски ярких эмоций пробивали и эту броню...

- Мой друг, как я рад тебя видеть! — император раскрыл объятия зятю. Редкий и ценный знак внимания высшей персоны Ал-Лани. Мужчины чуть обнялись, лишь намечая прикосновения рук.

- Взаимно, Найри! — адмиралу, как члену семьи, была дарована вольность называть императора по имени, когда они наедине.

Они вдвоём уже долго гуляли по белым дорожкам, мирно беседуя о куче неважных вещей, когда император, наконец, перешёл к главному вопросу.

- Мой дорогой Ян, я хочу поговорить о твоём прошении. Мне жаль, что ты не захотел сначала посоветоваться со мной... Это было неуважением.

Император мягко давил, пытаясь вызвать у адмирала сожаление о содеянном.

- Простите, Ваше величество, но после потери ребёнка, а затем и истинной только по вине супруги, я не мог поступить иначе. — со всем уважением отплатил ему адмирал.

- Ян... - император тяжело вздохнул и остановился. — в императорских семьях не бывает разводов. Я прошу об одолжении. Уступи мне.

Адмирал, как всегда, выдержал прямой взгляд императора.

- Найри, в истории Ал-Лани не было такого, чтобы члены императорский семьи убивали истинных и их детей. Этому нет ни прощения, ни оправдания.

Император закусил губу и перевёл взгляд на сочную зелень необыкновенной, сверкающей листвы экзотических деревьев.

- Ты же знаешь, это и моя трагедия, моё личное горе.

Адмирал кивнул, соглашаясь.

- Знаю. Но вы, Найри, не ощутили и жалкой доли того, что пережил я, чувствуя, как медленно гаснет их сознание...

Император принимал правоту слов Яна Ал-Тэддис, но был раздосадован. Сегодня зять не желал понимать его.

- Могу я тебя попросить, хотя бы не форсировать события? Слишком долго вы с Рахес были идеальной парой...

- Мне всё равно. Сделайте это, когда будете готовы, Найри.

Император медленно кивнул, больше своим мыслям, чем словам адмирала.

- Спасибо, мой друг. Куда ты сейчас?

- На Сетну.

Император перевёл взгляд на лицо адмирала, прищурил глаза.

- Ты летишь к Эолу? В это время? — ему уже было известно, что Рахес посещала планету брата Яна перед тем, как вернулась на Фрес.

- Хочу убедиться, что он справляется. — адмирал решил не сообщать императору о реальной цели своего визита.

Император кивнул.

- Ты знаешь, что делаешь. Что ж, мой дорогой, я больше тебя не задерживаю. — он отвернулся, не дожидаясь церемонного поклона от зятя, и зашагал прочь.

Императору надо было немедленно выяснить, зачем его неугомонная сестра летала к Эолу.

Адмирал возвращался к своему джету. На посадочной площадке у дворца его ждал полностью подготовленный к дальнему полёту шаттл. Вчера, уже поздно вечером, Лайс связался с искином его дворца и передал пожелание посетить вместе с женой Сетну. Их ждало увлекательное путешествие.

 

Глава 17.

Эрис

 

Лайс подал мне руку, и я, чуть замявшись, вышла из джета. Нас встречает управляющий в сопровождении ещё четырёх алланийцев. Интересно, а где же Рахес? Не удостоила вниманием своего «друга» и министра Ал-Лани?

- Господин Лайс, госпожа Эрис, добро пожаловать во владения господина Яна. Господин ещё не вернулся от его императорского величества. Прошу подождать во дворце. — управляющий широким жестом указал в сторону великолепного творения.

- Благодарим. — за нас двоих коротко ответил Лайс и повернулся ко мне. — Ты хочешь пройти во дворец или останемся в джете?

- В джете. - тут и думать не о чем. Я кивнула управляющему. — Передайте госпоже Рахес благодарность за трогательную заботу.

Управляющий замялся.

- Простите, госпожа Эрис, я не смогу этого сделать. Госпожа Рахес давно не живёт