открыт для светских приёмов и просто светских гостей, большинство из которых – по мне, так обычные снобы. Если бы я остановился в доме дайны Перфил, ей волей-неволей пришлось бы познакомить меня со своими светскими друзьями. И это в то время, когда я выглядел ужасающе беспомощным. Мало того, что потерял магические силы, так ещё и постепенно терял речь. Для неё всё это стало бы ударом по репутации. Ведь она привыкла иметь всё самое лучшее и считаться идеальной аристократкой. А пока я жил у дина Вилея, в разговоре, если спрашивали обо мне, она могла просто опустить то обстоятельство, что я стал негоден для службы. Дайна Перфил просто упоминала, что я отшельником живу у дяди. Это принималось, потому что в свете немало чудаков. А что до моего магического дара – его отсутствие было известно лишь моим коллегам и начальству. А все мы молчали. Нет, не было требования умалчивать. Но для всех такая ситуация была бы ударом. Поэтому о ней и среди своих, военных, тоже не упоминалось. В большинстве своём – из-за определённого суеверия.

- Но как она согласилась присутствовать на нашей свадьбе?

- После того как она чётко объяснила своё отношение ко мне, я сказал, что я для неё только вещь, которой можно похвастаться. А не сын. Это её задело. – Он снова замолчал и как-то осунулся, словно его собственные слова отозвались болью в его же душе. – Но, боюсь, задело не настолько, как меня. Больше повлияло то обстоятельство, что дайна Феделма оказалась… - Он пожал плечами. – Опасней, чем она думала. Поэтому, когда я сказал, во сколько я еду в муниципалитет, а потом спросил, стоит ли снова приглашать её на бракосочетание, она нехотя, но согласилась приехать. С дином Перфилом таких стычек у меня никогда не было, - усмехнулся Таеган. – Он никогда не противоречил мне в моих, скажем так, целеустремлениях. Так что… Мы просто поставили его перед фактом, что сын женится, и он счёл необходимым присутствовать во время этого неординарного события.

- Сколько всего спрятано за обыденным приглашением на торжество, - прошептала Аня.

- Не переживай, любимая, - попросил Таеган. – Эта страница жизни закончена и перевёрнута. Теперь мы начинаем собственную книгу, и неплохо бы, чтобы в ней были только радостные страницы.

- Согласна. А…

- Подъезжаем к воротам, - насмешливо подсказал Таеган. – Остальное узнаешь позже, Агни, любимая… А пока насладимся часами перед моим отъездом и забудем о том, что может тревожить.

И Аня выкинула из головы вопрос о Конгали. Вспоминая зал торжества, она убедилась, что дина Валентайна там не было, так что, закрывая личную страничку, она остановилась на том, чтобы завтра спросить Онору, что же там, в доме дина Валентайна, произошло и сумели ли вызволить (и от чего!) призрачную девочку.

А пока… Она аж испугалась: а пока она хозяйка довольно большого дома и должна не только встретить, но и занять гостей.

Так что, несмотря на поддержку Таегана, из кареты она выпорхнула обеспокоенной птицей, которая спешит в родное гнёздышко. И простецки вытаращила глаза на двух лакеев, которые стояли у входной двери в гостиную и которые величественно отворили её, впуская в гостиную кучу возбуждённых гостей! Уже обмерев, Аня, сопровождаемая Таеганом, вошла в гостиную – и первым делом метнула взгляд в сторону коридора, ведущего в столовую залу. Моргнула – две её старушки шустро выглянули из этого коридора, но при виде шумных и смеющихся гостей и хозяев, немедленно отпрянули и пропали, явно сбежав в свою комнатушку.

«А кто должен быть в столовой?» - встревожилась Аня, не зная, чем в первую очередь заняться – гостями или инспекцией стола. И… Таеган сказал – дин Вилей привёз свои продукты и вина, но… Из коридора появился Никас, кажется уже сбегавший проконтролировать накрытые столы, и провозгласил:

- Прошу всех в столовую залу!

«У меня тут чёртова аристократка, которая вот-вот начнёт брезгливо смотреть на стол, а я не знаю, что делать, какие тут порядки со столами!» - в смятении подумала Аня, которую Таеган уже держал, железным зажимом контролируя каждую попытку её движения в сторону, чтобы не сбежала.

- Агни… - зашипела Кристал, кивая на коридор и тем подсказывая, что главная пара сегодняшнего дня должна первой войти в залу и повести за собой гостей.

«Только бы не споткнуться… Только бы не споткнуться!» - молилась Аня про себя, на время забыв о самом главном страхе: сумеет ли она угодить своими готовками столь высокому обществу?!

И откровенно обомлела! Вокруг стола, который ломился от блюд и вин, курсировали официанты! Ой… Нет, слуги дина Вилея – судя по уже памятным меткам на их одинаковой форме!

Ведя её ко главе стола, Таеган шепнул:

- Пока за столом, забудь, что ты хозяйка. Сейчас ты должна насладиться каждым мгновением нашего личного праздника!

Ноги подкашивались, но сесть она успела вовремя, потому что упала бы, несмотря на руку Таегана – при виде маленького оркестрика, заказать который также не забыл дин Вилей… А потом, не успели прозвучать первые тосты, ворота оповестили о привычно нечаянном приезде Партхланов, за которыми к воротам сбегали мальчики. И вот тут-то, при виде огорошенных лиц этой легкомысленной парочки, при виде которой Лисса зашипела и зафыркала, а потом начала сползать со стула, чтобы спрятаться под столом, Аня полностью и основательно поняла, что у неё праздник!

И были славословия для новоиспечённой семьи, и были блуждания совместно с восхищённым дином Вилеем по всему дому, и были танцы, от участия в которых не отказалась даже разгорячённая дайна Перфил!

И даже промелькнувшее однажды в мыслях Ани опасение, сколько же ей сегодня вечером придётся перемыть посуды, не сбылось, потому что слуги дина Вилея убирали со стола постепенно – по мере исчезновения с блюд всех яств. И вскоре обнаружилось, что все натанцевались, наелись – так, что даже появившийся на столе десерт не остановил парочку Партхланов втихаря сбежать, пока хозяева не заметили. Ну и оставить свою горячо любимую доченьку в этом весьма гостеприимном доме. А поскольку к воротам их сопровождали Кристал и двойняшки, то, естественно, подростки не стали возражать против присутствия в их доме в эти дни Лиссы, которая уже давно сладко посапывала в своей постели…

Вечер постепенно сворачивался.

Проводив гостей, «свои» собрались вокруг стола в гостиной. Сидели, молчали – улыбаясь и переглядываясь. И мягко теплилось странное впечатление, что в дом вернулся тот, кто давным-давно