информацию. Интерес к нам нешуточный. Исчезновение массы людей в неизвестном направлении, заставило народ напрячь мозги. Есть разные версии, мне, например нравится, что мы остатки исчезнувшей расы гиперборейцев и забираем людей в свои чертоги, практически Эдем.

Наш актив размышлял несколько дней, в итоге решили заключить договор с церковью. Не самый худший партнёр, могут, конечно, кинуть, даже обязательно кинут. Но потом, когда станут на ноги. А пока будут помогать. Есть несколько моментов, которые нужно включить в договор, но в основном мы «за». От имени Синода договор подписал патриарх Дионисий.

О влиятельности, набирающей силу церкви я понял, когда через десять дней перешёл на ту сторону.

Вокруг нашей базы шла стойка. Несколько единиц тяжёлой техники занимались котлованом под большое здание. Мне даже показали проект. Будущие монахи, вернее монашки, не собираются жить затворницами в старинного типа здании. Нет, на проекте трёхэтажное красивое здание со службами и большим участком. Для нас планируется отдельное здание, похожее на большие мастерские. По крайней мере, в них спокойно пройдут грузовики.

Почему здесь разместят именно женский монастырь я не знаю, нужно будет поинтересоваться.

А пока я перевёл большую группу «паломников» с баулами в Дальний, сейчас формируем санный караван, по льду для переброски в Сувар. Братья монахи не производят впечатление истощённых молитвами. Крепкие ребята с мозолистыми от оружия руками. А в сумках явно не только молитвенники. Бедный папа, мне тебя уже жалко. Беги, бедолага, пока я их придержу.

Зимние морозы сменились оттепелями, на носу март месяц. Мадина уже летает сама, правда боится удалятся. А вот когда мы с Валерой и Леной четвёркой оправились в групповой полёт, моя младшенькая не подкачала. Твёрдая пятёрка, это не я, это Валера похвалил. Мы изучали возможные маршруты передвижения по рекам в сторону Чёрного моря. Сейчас они, конечно, сложные. Из Волги можно через Оку и несколько перекатов попасть в Дон и соответственно Азовское море. Или же опять-таки через Оку и Десну попасть в Днепр и Чёрное море.

Я же решил сам начать исследования порталов. Вспомнили обострённое чутьё на них у Цезаря. И я стал брать с собой различных двортерьеров, гуляя рядом с порталом. К сожалению, ни Барс, ни Байкал особо на них не реагировали. Ожидаемо чемпионом по нюхачеству оказался мелкий кабысдох. Вечно мешающийся в ногах, бес мохнатой рыжей масти. Но именно он сразу среагировал на портал, при чём я ещё не открыл его, силовое поле не сработало, а этот залился лаем на пустое место. На все три портала он реагировал одинаково, хотя не совсем. На большой, тот, что в Дальнем лаял дольше. С этого дня я стал приучать Прошку, так назвали его за попытки выпрашивать вкусняшки, к поиску подобных мест. Заходил с разных сторон и в разное время суток, за удачное нахождение кусочек сушёного мяса. Через месяц этот наглый потц вовсю шантажировал меня и моих собак, шкодил им по мелкому, а потом убегал под мою защиту. Конечно, маленькая собачка — это, как правило, мелкая душонка. Но зато хорош, метров за пятьдесят начинает реагировать на портал. Причём, конечно, не на запах, а на какие-то ещё физические изменения. Округу в радиусе пары десятков километров мы уже изучили, переходов больше не нашли. Начали продвигаться на юго-запад.

В нашу группу исследователей включили ещё двоих ребят. Оба разведчики с хорошей физической подготовкой. Коля и Дима. Первый имел опыт полётов на параплане, второй нет. Но они быстро схватили лётное дело. Так что мы вылетали впятером – Валера с Ленкой, я и два новеньких. В первый же день долетели до Волги в районе современных Чебоксар. 185 километров прошли за три часа. Потом стали лагерем, ребята обживали его, а я с Димой и Прошкой, который благополучно пересидел у меня за пазухой, отправились побродить по окрестностям. Лучше бы не ходили, очень сложный рельеф. Множество оврагов и балок, затопленных весенними осадками. Правый берег реки крутой, левый – пойменный, сейчас затопленный водой. Так что, побродив, вернулись в лагерь. Здесь уже кипит жизнь в прямом и переносном смысле. На треноге булькает уха, снаряженная Валерой. Коля закончил обустройство лагеря, палатки, спальники и всё такое. Ленка старается оправдать доверие, она буквально устроила мне вырванные годы, уговаривая включить в экспедицию. И сейчас демонстративно суетилась, накрывая поляну – кусок брезентухи, служащий нам вместо стола. А там пара жареных курочек и хлеб. Есть конечно продукты долговременного хранения, их мы не достаём.

Все сидят и ждут, когда Валера решит, что ушица готова. Один оборзевший Прошка клянчит у Лены подачку. Знает, что у меня бесполезно. А девушка слаба на вымогателей, думает, что я не замечаю, как она отщипывает от курицу кусочки.

Спать укладываемся пораньше, распределяем дежурства, только Лена освобождена. Она забирает мелкого подхалима и уходит в палатку. Моя вахта вторая, с 23.00 до 1.00.

Проснулся утром от холода в пять. Отправил Валеру спать, сам занялся костром. Минут через сорок начал подтягиваться народ. После завтрака вылетели на запад в направлении Нижнего Новгорода. Приблизительно через три часа нашли подходящую полянку. Повторили вчерашний ритуал, мы на прогулку, народ на хозяйстве. Рельеф здесь куда удобнее. Больше проходимых участков, обошли точку приземления по кругу и начали расширять спираль поиска. Прохор Барбосович носится по лесу и никаких знаков не подаёт. Ну мы и не надеялись. Завтра продолжим. Валера, как наиболее опытный из нас занимается нанесением на карту нашего маршрута и точек привязки. Вечером Николай порадовал нас, подстрелил кабанчика. И сейчас за сотню метров от лагеря чувствуется аромат жаренного мяса. Прошка сразу бросил нас и полетел продавать родину. А вот Дима вдруг поднял руку и присел. Так же молча он показал направление. Метрах в двухстах от нашего лагеря, восточнее нас он заметил двух человек. Они наблюдали за ребятами, нас не замечают. Дима показал мне, что обойдёт их сбоку и пригнувшись, растворился в кустарнике. Я же наблюдаю за ними через прицел карабина. Вроде агрессивности не проявляют, не выцеливают из лука, хотя у одного точно лук в руках, другой вооружён копьём. Дима материализовался неожиданно и оба партизана свалились на землю, это он приголубил их прикладом.

Я подбежал к ним и помог связать руки. Встревоженным товарищам крикнули, что всё в порядке. Перетащив обоих к костру и устроив поудобнее, оба спецназовца растворились в лесу. Надо понять, это два одиноких охотника или часть большой группы. Партизаны очнулись через десять минут. Испуганно глядят на нас,