Пока Лисандра страдала Вольхе пришлось отдуваться за двоих. Он крутился как юла, атакуя и защищаясь одновременно. Его клинок высекал искры из демонической стали, заставляя меня отступить. Но это были атаки агонии. Со стороны было видно, как черная жидкость, подпитывающая его силы, растекается уже не по венам и сосудам, а остается пятнами на коже. Такой же признак я видел на тех, у кого зелье заканчивает действовать.

И он это тоже прекрасно понимал. Нападая все отчаяннее. Сильнее. Надеясь закончить схватку раньше, чем подойдет к концу зелье. И я воспользовался этой слабостью. Увидев особенно сильный замах, я не стал отражать его щитом, а свернул защиту до состояния обычной брони и поставил жесткий блок.

Столкнувшись с демонической сталью отличный меч зазвенел и пошел трещинами. Вольха не веря смотрел на лезвие, и в этот момент я ударил в ответ. Они назвали меня чудовищем? Пусть так и будет. Когти и кулаки. По-звериному быстро, демонически сильно, неостановимо. Оборотень ударил меня в живот осколками меча, но я лишь со всей силы приложил его в лицо костяшками правой руки, ломая нос и выбивая зубы.

Лже-князь отлетел на землю, и я со всего маха впечатал ему в живот носок стального ботинка, так что сталь смялась, а изнутри оборотня послышался знакомый треск костей. Все же это был именно он — Вольха и этого было достаточно чтобы нанести последний удар — в голову. Но я не стал. С него уже сходило зелье, и он был обречен, в отличие от Лисандры хрипящей рядом.

Я напал на демонессу когда она заливала лицо целебной жидкостью. Края раны нечеловечески быстро стягивались, но я не дал ей времени на передышку обрушив град ударов. Мои кулаки и ее внутренности были почти одинаковой прочности. Демонические ткани во всей красе. И все же поверх у нее была обычная плоть, как и у меня. Она не уставала и продолжала драться, но в отличие от Гуо ей было больно. И я ХОТЕЛ, чтобы ей было больно!

По силе мы были почти равны, как и по ловкости. В выносливости и прочности тела на меня немного превосходила, но ей критически не хватало навыков рукопашного боя. Я успевал сделать несколько сильных ударов прежде чем она понимала, как идет атака и блокировала ее. Когти с легкостью срезали кожу и тонки слой мяса, обнажая черное нутро стража. Синяки покрывали все ее лицо и плечи, но девушка не собиралась сдаваться, понимая, что ей грозит.

О. Она думала, что понимает. Думала, что ее просто убьют предварительно помучив, не хотела страдать. Но она ошибалась, и я был полон решимости доказать ей на сколько. Стоило демонессе приучиться прикрывать голову руками как я провел серию ударов по туловищу, с каждым замахом подбрасывая ее чуть в воздух. Ощущение было словно каменную стену лупишь, или металлическую болванку, и примерно так оно и было.

Когда Лисандра потеряв дыхание скрючилась, я добил ее мощным боковым ударом в голову. От которого у нее в прямом смысле посыпались искры. Девушка упала на каменные полы крыши, и зажалась в углу, явно намереваясь переждать очередные нападки. Но я не собирался ее больше бить. А когда мимо башни, истошно голося, пролетел дварф выкинутый с дирижабля последняя надежда демонессы погибла.

— Что? — Безумно рассмеявшись спросила Лиска. — Вновь заключишь со мной сделку? Сделаешь рабыней нового бога? Ты не можешь мне ничего сделать!

— Ты даже не представляешь. — Улыбнулся я разбитыми губами, все же тварь знатно меня покромсала. — Ты даже не представляешь…

— Вожак⁈ — выкрикнула Дара. Она первая оказалась на крыше, когда Дружок мощным ударом выбил люк, ведущий из детинца наверх. — Как вы?

— В полном порядке. Почти. — Я смахнул ладонью запекшуюся кровь с правого глаза. — Отведите семью князя и его самого вниз. В тронный зал. А эту гадину я приведу сам.

Глава 51

— Теперь они в полной нашей власти. — Удовлетворенно потер руки Владимир. Он тоже не сидел без дела и его кирасу покрывало несколько новых рубленных царапин, да и шлем он свой где-то потерял. — Признайте меня своим правителем, передайте права и…

— Не пойдет. — Оборвал я его радостную речь. — Мы повенчаем тебя с княжной самым простым и проверенным способом. Сейчас.

— Ты что, хочешь, чтобы я взял ее тут? Нет, не по-людски это. Мы сыграем свадьбу.

— Нет. Ты возьмешь ее. Немедля. Прямо здесь. При всех. Тогда у них не останется выбора. — Я говорил спокойно, не обращая внимания на рев женщин и воинственный взгляд младшего княжича. — Пока она не является твоей — она опасна. Она может сбежать к твоему братцу, ее могут убить. Она сама может наложит на себя руки. Нет. Меня такое не устроит.

— Я не буду насиловать ее на глазах у всех. — Набычился Владимир.

— Если хочешь стать правителем всей Славии — будешь. А если не станешь, я найду на должность правителя другого князя. Например, твоего брата. Мне нужен только один из вас.

— Ты… хуже демонов… — сказал князь, скидывая с себя доспехи и кафтан. Женский визг в комнате стоял такой что на него можно было меч вешать. Княгиня причитала, обнимая дочку, та ревела понимая, что будет дальше. Младший брат с кулаками был готов защищать обеих, и только лже-князь сидел совершенно опустошенный.

Владимир вырвал княжну из рук матери. Та потянулась было следом, но Вольха остановил ее. И мне оставалось лишь горько хмыкнуть. Стоны и вой заглушали все происходящее. Присутствующие стыдливо отворачивались. Мне даже пришлось применить заклятье усиления на женихе, чтобы у него все получилось. По-своему мне было жаль девушку. Она и была то почти не причем. Жертва большой игры.

На ее месте могла оказаться любая другая княжна. Но Вольха выбрал именно этот город. Лиска выбрала именно этот город. Они были виноваты в том, что сейчас происходило. А мне только и нужно было чтобы владыка Новыша тяжело дыша закончил свое грязное дело. Подтверждение брака, позор, который нельзя смыть даже кровью. Теперь ее не возьмет в жены даже боярин.

— Доволен? — Устало спросил Владимир слезая с девушки.

— Почти. Меч! — я протянул руку и Крег тут же вложил в нее клинок. Это нужно сделать. И быстро. Я чувствовал себя полной мразью. Но это нужно сделать. Власть в