Когда услышала, как мужчина резко выдохнул через нос, открыла глаза и увидела, что Кайден как-то подозрительно ерзает, а кулаки у него снова сжаты.

— Мастер, вам больно? Мне Алан ничего не оставил, но может быть вы сами знаете, что нужно принять?

— Да лучше б мне больно было! — сквозь зубы процедил он. — Спина просто невыносимо чешется.

Я подошла к мужчине и осторожно коснулась кожи возле корки. С виду та была вполне здоровой, без признаков воспаления. Попробовала аккуратно почесать участок возле шеи, почти не нажимая, и уточнила:

— Не больно так?

Он дернулся, по телу прошла волна дрожи.

— Почеши! — взмолился Кайден.

— Я убрала руки и с нажимом повторила:

— Вам больно от моих прикосновений?

— Нет! — буквально простонал он.

— Что нет?

— Почеши! Пожалуйста. Ну, пожалуйста!

Он снова дернулся, на этот раз всем телом, как будто хотел вырвать из стола ремни. Я поняла, что внятного ответа в таком состоянии добиться не удастся и решила рискнуть, просто делая все максимально осторожно.

Спокойно лежать мужчина при этом не мог, пытаясь извиваться и подставлять под пальцы особенно сильно зудящие участки, но ремни ограничивали движение. Ниже поясницы у меня опять возникла заминка. Это ведь не корочка, которая не чувствительна.

— Не останавливайся, — практически простонал Кайден.

— Мастер, это уже перебор, вы все-таки голый, а это уже не спина.

— Не останавливайся. Пожалуйста, не останавливайся… — Он дрожал, мышцы на руках вздулись от напряжения, инстинктивно пытаясь сдвинуть тело вперед, чтобы мои пальцы сместились ниже. — Ну чего ты хочешь? Чтобы я тебя умолял?

— Не нужно, — тут же отреагировала я. Уйдет он из академии или нет еще бабушка надвое сказала, а вот то, что такого унижения до конца жизни не забудет — точно.

Пальцы двигались вниз, постепенно смещая ткань простыни. Мне одновременно было неловко от того, что я вижу преподавателя обнаженным, и при этом хотелось посмотреть на своего внешне довольно привлекательного врага, потому что другого такого шанса точно не представиться.

— Стой, стой, стой… — передумал Кайден.

Я тут же убрала руки и накрыла его простыней до поясницы. Когда возвращалась к креслу, он неожиданно вывернул кисть и коснулся моих пальцев своими. Удивленно посмотрев на руки, перевела взгляд на его лицо. Мужчина тут же собрал пальцы в кулак и отвернулся. Я решила, что от меня не убудет, если немного поддержу пациента и, обхватив его пальцы своими, чуть сжала их, прокомментировав:

— Я так понимаю, это было спасибо.

— Вроде того, — снова повернул ко мне лицо Кайден. — Алана просить мне совесть не позволяет, он и так со мной целыми днями возится и фраза «почеши спинку» вообще как издевательство прозвучала бы. А чешется зверски просто.

— Ничего себе, у вас таки есть совесть! — развеселилась я.

— Ну, знаешь! — обалдел от такой наглости мастер.

— А чего вы хотели от своего врага? Чтобы я вас пожалела? Не дождетесь! Я для этого слишком вредная, а вы для этого слишком сильный.

— Знала бы ты, каким я был раньше… — с тоской произнес Кайден.

— А вы расскажите, — попросила я. Он раскрыл ладонь, обхватил мои пальцы и, слегка поглаживая их, ушел в свои мысли. Пришлось отобрать руку, чтобы вернуться в кресло. — Так что, расскажете?

— Я всегда был лучшим, Таль. Не только в магии — очень во многом. Сначала перспективный адепт, окончивший академию экстерном за четыре года, потом магистратура, звание самого перспективного мага столетия… При этом мне еще и фехтование нравилось, так что к тридцати я входил в десятку лучших на турнирах. С внешностью у меня и сейчас все неплохо, а уж в те года… какое-то время я служил в боевых магах, но это быстро надоело — скучно, сплошная муштра с редкими вкраплениями реальных заданий. Тогда я решил выйти в свет и стал обзаводиться связями при дворе. Там было интереснее — какое-то время… Балы, дамы, великолепные костюмы и восхищенные взгляды, но этого было мало — я хотел схваток. Начались дуэли — со всеми подряд и по малейшему поводу, пока абсолютно все задиры не убедились, что меня не удастся одолеть. А однажды мое самоуправство надоело королю, и я, можно сказать по чистой случайности, в качестве наказания за дебош, снова оказался в академии.

Он замолчал, погружаясь в давние воспоминания.

— И на этот раз вам тут понравилось, и вы решили наверстать все то, что недополучили, закончив обучение экстерном?

— Адепты такой народ, что с ними расслабляться ни на день нельзя, и мне это действительно настолько понравилось, что когда пришел срок возвращаться на основную службу, я написал рапорт и остался работать преподавателем общемагической и боевой подготовки. Со временем появились дипломники, иногда встречались интересные разработки и я старался помогать довести их до ума, чтобы идея не пропала. Как-то раз ко мне пришел парнишка с седьмого курса и чуть ли не на коленях упросил помочь с дипломом. Оценки были неплохие, сам он из довольно известного магического рода, но с дипломом у него никак не получалось, тем более что тему заранее выбрал отец адепта, чтобы пристроить потом того по знакомству в крупную контору по производству артефактов и боевых амулетов. Я фактически написал за него диплом и в процессе здорово заинтересовался темой, так что к середине следующего года доработал ее и получил третью магистерскую степень по артефакторике. Архимагом я к тому моменту уже был, но боевым, там степени по результатам отчетов по проведенным операциям присваивались. Тоже конечно не по любым, но у меня как-то само собой получилось.

— Вроде как у меня с первой боевой практикой?

— Не совсем. Ты случайно в неприятности влипла, а меня целенаправленно посылали проблемы решать, просто получалось хорошо и нестандартно. Так вот, возвращаясь к артефакторике, меня попытались обвинить в том, что я воспользовался служебным положением и украл перспективную разработку, которую адепт и сам мог бы развить. Я не стал оправдываться и что-то доказывать, на глазах у всей комиссии порвав свой магистерский сертификат и прямо на заседании комиссии по служебной этике швырнув его в лицо главе рода, из которого происходил адепт. Меня официально лишили магистерского звания, поставили под особое наблюдение и запретили брать дипломников.

— Поэтому вы не любите лгунов и скептически относитесь к адептам?

— И поэтому тоже. Поводов