Надо отдать должное Рокуро — как мастер, обученный боевым искусствам с самого детства, он среагировал феноменально. С молниеносной быстротой он выхватил короткий меч, выставив жесткий блок. Лети этот предмет по прямой траектории, самурай гарантированно рассек бы его надвое.

Но штука в том, что снаряд летел, бешено крутясь юлой. Он каким-то чудом обогнул выставленное лезвие малого меча и с глухим стуком «бах!» врезался пирату прямо в грудину. От неожиданности и сильного толчка Рокуро испуганно завопил: — Бакаре!

Потеряв равновесие, он покачнулся, а странный предмет, отрикошетив от его груди, резко изменил направление и безумно полетел вперед.

Тут японец наконец разглядел, что это было: обычное деревянное колено, из которого во все стороны хлестали искры. Кроме тупой боли в груди и сильного испуга, этот снаряд не причинил ему никакого вреда, так что ронин немного перевёл дух… Но дальше произошло настоящее чудо: эта шальная трубка, словно ведомая какими-то высшими силами, резко довернула и устремилась прямо вслед за огромным великаном, который, спотыкаясь, изо всех сил бежал к реке. Рокуро округлил глаза и потрясенно забормотал на своем языке: «О великие боги, оружие срединных земель слишком продвинутое! Оно обладает функцией самонаведения!»

— Пленник бежит! — пока ронин благоговейно благодарил богиню Аматэрасу за чудесное спасение, за его спиной раздался яростный, громоподобный рев главаря: — Чего встал⁈ Лови его!

Не успело затихнуть эхо этого крика, как снаряд прямо за спиной Степана — буквально в трех шагах от него — разорвался ослепительной золотой вспышкой. В сгустившихся сумерках этот свет полыхнул так ярко и резанул по глазам, что все пираты разом согнулись, инстинктивно закрывая лица руками. Практически одновременно с этим грохнул оглушительный, поистине тектонический взрыв, от которого у всех заложило уши. Сильнее всех досталось Рокуро: из-за слишком близкого расстояния он на несколько секунд полностью ослеп и от неожиданности со страху со всего маху сел задом прямо в прибрежную грязь.

Однако его тело, закаленное многолетними тренировками, обладало невероятным порогом выносливости. Зрение вернулось к нему довольно быстро. Вскочив на ноги, он вгляделся в темноту и увидел, что огромный великан, хоть и рухнул от взрывной волны, уже снова поднимается и, пошатываясь, упрямо бежит вперед…

Взрыв произошел буквально за спиной Степана, словно прямо над ухом ударил разряд весенней грозы, отчего его знатно приложило о землю. Но, как уже говорилось, Степан жил по принципу «единства знания и действия»: в его голове сейчас горело единственное слово — «БЕЖАТЬ». А раз так, то плевать он хотел на любые обстоятельства. Руки связаны за спиной? Не беда, можно бежать и так, наклонив корпус. Сбило с ног ударной волной? Ничего, поднимемся согнувшись и продолжим движение. В ушах стоит дикий звон и ничего не слышно? Тоже неважно, лишь бы глаза видели, куда несут ноги.

Словно тяжелогруженая тачка, он, низко пригнув голову, наконец с разбегу ворвался в бурные, ледяные речные воды.

Степан наивно полагал, что стоит ему добраться до глубины, как он превратится в водяного и его уже никто не поймает. Однако когда вода дошла ему до груди и он попытался выпрямиться, чтобы поплыть, реальность оказалась жестокой: выросший на реках парень ни разу в жизни не пробовал плавать с наглухо связанными за спиной руками. В первые секунды он просто потерял ориентацию и начал беспомощно барахтаться.

В панике обернувшись, он увидел, что банда пиратов уже бросилась в погоню, а разъяренный Рокуро, возглавлявший преследование, находился от него менее чем в шести шагах. Степан совсем растерялся и начал хаотично молотить по воде ногами, словно безголовая муха.

И тут с левой стороны речного русла раздался зычный, чистый крик: — Плыви стилем лягушки! Толкайся ногами и иди по течению!

Услышав этот знакомый голос, Степан не стал тратить время на размышления. Он резко выпрямил поясницу, поджал колени к животу и с силой рванул ногами назад. Тело мгновенно выбросило вперед и вверх, преодолев приличное расстояние. Пользуясь инерцией продвижения, он снова подтянул ноги и, как только тело начало погружаться, повторил мощный толчок. Со стороны это выглядело так, будто в реке плывет огромная здоровая жаба.

Но как бы комично это ни смотрелось, скорость Степана резко возросла. Свирепо бросившийся на него Рокуро вцепился пальцами лишь в пустую воду. Когда задыхающийся от злости пират вынырнул и попытался скорректировать направление, чтобы продолжить погоню, прямо перед его носом из камышей внезапно выплыл легкий челнок. На носу лодки стоял человек с лицом, скрытым черной повязкой, и хладнокровно целился в него из длинноствольного кремнёвого ружья…

Этим маскированным стрелком был не кто иной, как Алексей. Он вместе с Гошой заранее пригнал лодку к северной оконечности Отмели Мертвецов, укрыв её в густых, человеческого роста зарослях камыша. Алексей рассудил так: пираты осознают, что попали в ловушку, только перед вторым, разрушенным мостом. А значит, спасать великана нужно именно здесь, воспользовавшись их секундным замешательством и паникой после выстрела — так шансы на успех были гораздо выше.

Конечно, жизнь полна неожиданностей. А что, если бы пираты почуяли неладное сразу, едва переступив через первый мост? На этот случай план «Б» у спасателей тоже имелся: они сначала караулили в камышах у южного берега, готовые при любом изменении обстановки выскочить наперерез и устроить знатный переполох, дав Степану шанс рвануть наутек. Ну а смогла бы после этого вся троица уйти живой — одному небу было известно.

Когда солнце окончательно зашло и сумерки сгустились, они увидели, как Степан благополучно перевел банду через южный мост и направился к северной части отмели.

Оба облегченно выдохнули и, переглянувшись, словно два скользких вьюна, начали бесшумно продвигаться на лодке сквозь камышовые дебри вслед за отрядом. Бескрайние стены камыша служили им идеальной маскировкой. К тому же наступил вечер, видимость была скверной, а пираты никак не ожидали засады в таком глухом месте, а потому не заметили ровным счетом ничего.

Всё шло строго по плану, как вдруг на берегу разыгралась драма: вожак с размаху пнул Степана и начал яростно его допрашивать. У наблюдавших за этим Алексея и Гоши волосы на теле встали дыбом от напряжения.

Гоша, будучи парнем горячим и смелым, тут же засучил рукава, готовый выпрыгнуть из лодки с голыми руками, но Алексей мертвой хваткой удержал его за плечо и прошептал: — Стой, он не собирается его убивать. — Заметив, что пират не обнажил саблю, Алексей безошибочно определил, что жажда крови у того еще не достигла пика.

И действительно, по какой-то нелепой случайности главарь пиратов снова поверил нескладному лепету великана. В очередной раз подтвердилось старое