местами стояли сторожевые вышки на которых в свою очередь дежурила вооруженная охрана. Так же вокруг деревни метрах в ста от забора велась активная работа, люди копали глубокий и широкий ров. Экскаватор был всего один, плюс три десятка человек с лопатами, они активно трамбовали рыхлую землю, делая некое подобие бруствера на внутренней стенке рва, чтобы ни люди ни зомби никак не могли его преодолеть. Охраны среди работяг не было, что говорило о том, что люди работают добровольно и они не являются рабами.

Спустившись вниз, я накинул на плечи рюкзак и все так же придерживаясь редкого лесочка и кустарников пошел в сторону деревни, по пути продумывая легенду. Я же не могу сказать им все как есть, мол я такой сякой сидел на базе бандитов, а после на нас напали вояки и я кое-как сбежал. А еще я сам тот еще уголовник, людей погубил массу и вас готов перебить, пока не получу транспорт, припасы и оружие.

Я приблизился к кромке леса, за которой находилось выкошенное поле, а на нем уже как раз активно велись земляные работы. Сразу выходить мне не захотелось, решил еще немного понаблюдать за ними и послушать разговоры, в целом узнать общее настроение, чем живут люди и прочую полезную информацию. Все крохи информации потом можно будет собрать воедино и собрать хотя бы примерную картину о местных.

Лежа в кустах я наблюдал за работой, мужики усердно махали лопатами, то и дело подшучивая друг над другом и рассказывая различные байки во время перекуров. Никакой злости и в враждебности я не заметил и это радовало, но и чего-то полезного тоже не услышал. И я уже было собирался подниматься на ноги и выйти к ним, как вдруг слева от меня хрустнула ветка и едва я успел повернуть голову как из глас посыпались искры. Затем мощный удар в живот опрокинул меня на спину и все – теплая, приятная темнота забрала меня в свои крепкие объятия.

Глава 11

Герда

Выжить, я должна выжить, пережить эту чертову зиму, а после вернуться обратно и напомнить о себе этим белым халатам и их прихвостням. А пока нужно сосредоточиться на окружающих, присмотреться к каждому и выявить возможные угрозы. Боюсь, после наших с Илом резких и прямых высказываний отношение к нам будет несколько натянутое. Как бы чего плохого не удумали, не хотелось бы их убивать, но если придется, моя рука не дрогнет.

– Слышь, Мать! А кто ты вообще такая? – вдруг произнес Ил и повернулся, шурша своим спальным мешком.

– В смысле? Я же представлялась и даже сказала, откуда я. – решила увильнуть я от ответа.

– Ты дурочку то не включай! – с нажимом сказал он. – Я вот с тобой уже несколько дней, а что ты за человек, понятия не имею. И это меня несколько нервирует, а то, что ты из ГРУ, знаешь ли, я даже не удивлен, и так было очевидно, что ты из какой-то непростой конторы, уж больно ушлая. Я не пойму, что ты за человек и что тобой движет. С самого начала мне показалось, что ты прикольная, отбитая и с тобой будет весело, а сейчас все как-то иначе, тухляк, одним словом. – поморщившись, добавил он.

– Для тебя вся жизнь это только веселье? – недовольно хмыкнула я.

– Ну да, а чего унывать то? Новое время, никаких правил, твори, что душе угодно. А вся вот эта лабуда с вертолетами, защитой выживших, роль няньки и прочая хрень мне не очень нравится. А еще меня раздражает тот факт, что я понятия не имею, чего ты хочешь. Ты все время врешь или что-то недоговариваешь, я же это вижу и чувствую.

– Тебя пугает ответственность за чужие жизни? – с упреком спросила я у Ила, надеясь пристыдить.

– Пугает? – скуксившись, словно от лимона, переспросил он. – Нет, не пугает, напрягает. Чего ради я должен им помогать? Они мне что, родственники? Или чего полезного сделали? Вся эта ерунда не для меня, я свободолюбивый человек.

– А чего тогда сразу не отказался? Ты же вроде бы как ввязался в эту авантюру.

– Авантюра прикольная, прям квест, а вот ответственность так себе. Я на вертушке никогда не летал, а это интересно, но, сука, тачку жалко. И это, ты мне зубы не заговаривай, не уходи от ответа. – пригрозил он мне пальцем.

– А ты всех так допрашиваешь? Своих старых знакомых тоже допрашивал при первой встрече? – кивнула я в сторону КАМАЗов.

– А чего их допрашивать, у них все на лицах написано. Михалыч уголовник со стажем, вор в законе, и этим все сказано, суровый, но человек порядочный. Гена – это обычный деревенщина, простой, прямой, настоящий русский мужик, а еще голова на плечах и руки золоченые, прям Левша. Алина – спортсменка до глубины души, у нее в мозгах ничего кроме правильного питания и тренировок не было, но зато быстро сориентировалась в новых реалиях, и ей повезло повстречать Гену, который, аки рыцарь на белом коне, спас ее. Сейчас она вообще выполняет роль мамочки для пацаненка. Макс хоть и молодой, но очень смышленый, да и в целом весьма подготовленный. А еще была Степановна, вы бы с ней точно сошлись. Суровая тетенька, тоже из военных, она бы тебя, кстати, как макаронину бы сломала, если бы ты быканула. Умная, грамотная, но добрая и ушла красиво. – тяжело вздохнув, сказал Ил.

– Ой-ой-ой! Это что, я вижу проявление эмоций у социопата? – рассмеялась я.

– Что ты там видишь? Темно ведь. – отвернулся он от меня. – Тут дело не в эмоциях, а в здравом смысле, люди разные бывают, не мне тебе об этом говорить. Вот Степановна была хоть и суровой на первый взгляд, но знаешь, душевной такой, в общем, сложно объяснить, забей.

Дальше донимать своего напарника я не стала. Ил вообще уникальный человек, я думала, что смогу его понять и найти к парню подход, чтобы манипулировать им в своих интересах, но нет. Парнишка непредсказуемый, как погода в море, то полный штиль, то десятибалльный шторм. Хоть он и не испытывает обычных эмоций, но они ему нравятся, и он за ними гоняется. Так