первые два дня мы оба спали голыми в источнике. Да, приходили в себя. Да, Дита воскрешала мертвых – сама, к слову, рвалась. Но поговорить не удавалось. Позже был банкет со всеми Стражами и Дружинниками. Там несколько раз я к ней походил, но все сводилось к чему-то вроде: «Все нормально?», «Да», «Точно все нормально?», «Да».

Наши фужеры со звоном соприкоснулись. Мы выпили, и я откинулся на спинку дивана.

– Я понимаю, что если бы не было между нами душевной связи, не получалась бы Связь, соединяющая Господина и Стража. Я верю тебе всем сердцем, Дита. А ты, без сомнения, мне. Однако же тебе явно хотелось, чтобы у нас сложились иные отношения. Я даже не спрашиваю, а утверждаю.

Дита горько усмехнулась и потянулась к бутылке. Сама наполнила наши фужеры, протянула мне мой.

– Я понимаю, о чем ты думаешь, и что тебя гнетет. И хочу хоть немного успокоить. Верно, что я ни за что бы не пошла против своего клана, рода и семьи. В бой, в сражение. Но я не хотела воевать и против тебя. Да чего уж, и против твоих союзников. В глубине души я была рада, когда сражаться из нас двоих отправили только Афри. Конечно же, я не ожидала того, что будет дальше…

Она опустила голову и несколько секунд молчала. Затем тихо проговорила:

– Не ожидала такого от своей матери… Я для нее лишь ресурс, которым можно распоряжаться. Если бы я умерла от пыток, она бы могла потом воскресить меня, а дальше… Ну точно бы с помощью артефактов и технологий подавила бы мою личность. Тогда бы я не смогла думать своей головой, самостоятельно принимать решения… Но ведь это и не требуется от ресурса, верно? Мое дело было бы сражаться и рожать новых воительниц с Истинным эфиром.

Дита сжала губы и смахнула рукавом слезы. Мы выпили и, закусив спелой клубникой, богиня продолжила:

– Я не предавала клан, род и семью. Но предали меня. Моя грусть от осознания этого. Я, на самом деле, счастлива, что мне больше не нужно быть полуголой пешкой своей матери. Быть, как оказалось, ее разменной монетой. Я всегда мечтала о том, чтобы жить, как некоторые говорят, по совести. И если у меня будет Господин, а глава клана над наследницей таковым и является, то этот Господин не будет заставлять меня делать то, что мне противно. Как видишь, эта мечта сбылась. За мной пришел не кто-то из моего клана, а ты. Ты прекрасно понимал, кто такой Кезеф и на что он способен. И все-таки не побоялся явиться мне на помощь, – Дита тепло улыбнулась и посмотрела на меня мокрыми от слез глазами. – Ты именно тот Господин, которого я с легкостью приму над собой. Я верю, что ты не заставишь меня поступать против моей воли.

– Не заставлю, – твердо проговорил я. И, помолчав, продолжил: – Отчасти именно поэтому я тебя и позвал. Я хочу быть честен с тобой Дита. Я приложу все усилия, что подарить тебе будущее, в котором ты будешь счастлива. Может быть, не на сто процентов, но… больше счастлива, чем несчастлива, – усмехнулся я. Богиня улыбнулась.

– Не самый плохой вариант.

– Я тоже так считаю. К тому же, я рад был услышать то, что ты сейчас рассказала. Будь уверена, твои слова я мимо ушей не пропустил, и даже сделал кое-какие выводы. Ты дорога мне как мой Страж, как член моей Свиты. И, хочешь верь, хочешь нет, но в первую очередь дорога именно как личность, а не как боевая единица. Ты же знаешь, что среди моих Дружинников есть и неодаренные. Один из них мой самый первый друг. Я взял его с собой, потому что он хотел увидеть новые миры, познать самого себя, открыть для себя новые горизонты. Понимаешь, что я имею ввиду?

– Да, – тихо ответила она.

– Вот и хорошо. Тогда продолжу. Несмотря на все это твоя личная сила тоже очень важна. Для меня, для моего рода, для нашего общего выживания – в том числе и для твоего, поэтому… Почему ты улыбаешься?

– Ой, – смутилась девушка, – просто предположила, куда этот разговор может завести нас. – проговорила она, чуть отведя взгляд.

Право слово, не понимаю я этих женщин. Сколько ни думаю о той ситуации, в которой мы оказались с Дитой, сталкиваюсь с одним и тем же философским вопросом. А что вообще есть счастье? Из чего оно состоит? Дита в прошлом явно была несчастна. И хочет быть счастливой. Многое о своих желаниях она рассказала, но… Я не могу ей дать полноценное женское счастье – классическую (пусть и полигамную) семью с детьми. И она это, должно быть, понимает. И точно поняла, что я хочу ей предложить. И улыбается. Почему? Это какая-то извращенная форма любви? Смирение? Синица в руках, которая лучше журавля в небе? Или еще один кирпичик в стену особняка, который именуется «общим счастьем Диты»?

В тот момент я сдержался и не стал тратить прану при богине. Однако позже задал чуйке пару вопросов. Нельзя сказать, что Диту все устраивало, но, по большей части, она уже была счастлива. Пусть и стала ниже в статусе, однако смогла вздохнуть полной грудью и с жаром нырнула в новую жизнь.

– Хорошо, – выдохнул я, – не буду ходить вокруг да около. Ты станешь моим Высшим Стражем?

– Да, Илья, – улыбнувшись, ответила девушка. – Раз уж у меня не получилось изменить в лучшую сторону род и клан Венер, я приложу все усилия, чтобы быть максимально полезной роду, а после и клану Ильяриз. Но… – ее щечки вновь заалели, – мне нужно подготовиться, – тихо проговорила она, – нужно время до вечера…

– Хорошо, – ответил я. – Тогда вечером жду тебя в своей спальне.

– В спальне? – опешила девушка. – Но ты ведь там с… законными женами. А я…

– А ты не спорь с Господином, – усмехнулся я.

Нет такого условия, что Высший Страж у Господина может быть только один. Есть три других условия: большинство Стражей не может быть Высшими; при прочих равных обстоятельствах, создание каждого последующего Высшего Стража делает немного слабее предыдущих (но это нивелируется с ростом Влияния Господина); и Высший Оммаж должен идти по тому же пути, что и обычный. То есть если простым Стражем разумный стал