метался по фабрике, прикрываясь от пуль здешним оборудованием и временно скрываясь в помещениях. Покоя мне было не видать. И всё из-за истерящего Фомы: то фундук ему подавай, то арахис!.. Вразумить его вообще не получалось. Всё, сошёл с ума рядовой Фомченко от счастья… Никакие просьбы не доходили до него. Даже копьё со щитом спрятать не мог, а ведь это помогло бы упростить задачу.

– Да успокойся ты! Если не придёшь в себя и не угомонишься, тебя прикончат, и ты больше никогда шоколада не поешь!

– Пи! – застучал он, как ребёнок, лапками, требуя вернуть его в «бассейн».

– Всё, достал!

Пока мы прятались в столовой, я прижал его рукой к полу. Минуты две у меня есть, пока эти идиоты стреляют по пустому помещению, думая, что загнали врага в ловушку. Нежная и мягкая энергия эфира потекла по моим магическим каналам и вышла во внешнюю среду, начиная таинство подчинения. Хоть бы первый этап успеть выполнить… Выбить из него всю его магическую энергию и опустошить запасы магии, чтоб успокоился…

– Они здесь! – рявкнул боец, наводя на меня ствол оружия.

Сука! От злости я подкинул металлический стол свободной рукой, наполненной эфирным маревом подчинения.

– Мордой в пол! Сдавайся! Руки на заты… – прокричал боец.

Спасибо, дорогой, за соблюдение инструкций! Дал мне лишнее мгновение! То самое мгновение, когда поле зрения закрыл стол, и я треснул по нему, отправляя в полёт в сторону входа в столовую.

Шум, грохот, треск ломающихся входных дверей и битого стекла. Паника, выстрелы и крики бойца, который испугался, что стол и его снесёт. Стол никого не снёс, но работу свою выполнил: закрыл обзор, шуганул военного и дал мне возможность выпрыгнуть в окно второго этажа.

Приземлился и быстро оценил ситуацию: я на внутренней части фабрики – открытое, опасное место… Я ринулся дальше, прикрываясь всем, что только оказывалось на моём пути, пока не добрался до отдельно стоящего здания мастерской. Меня видели, но нас разделяло расстояние. Да и опасаются они меня: не летят вперёд как сумасшедшие.

Как только оказался вне области обстрела, посмотрел в замыленные глаза хомяка.

– Давай уже, очнись, морда шоколадная, – проговорил я, возобновляя процедуру подчинения.

Минута, две, три… Опасливо глянул на часы, которые показали, что меня взяли в кольцо. Чёрт… Бежать больше некуда. Разве что… на крышу. А оттуда перепрыгнуть на крышу другого здания. Но там двадцать метров, не меньше!..

– Пи…

– Что, плохо тебе? Жди. Сейчас полегчает. И очнись уже, Фома! Если будешь адекватным, построю тебе персональную шоколадную фабрику. Будешь заведующим дегустатором там.

– Пи? Пи-пи?

– Честно-честно, не сразу, но построю! – кивнул я и ощутил, как исчезла какая-то магическая преграда, что не давала проникнуть эфиру в самые глубины организма Фомы.

– Пи…

Хомяк откинул голову назад, закатив глаза.

– Сдавайся, кто бы ты ни был! Ты окружён! Попытка сопротивления приведёт к моментальному уничтожению! – донёсся со стороны закрытых ворот чей-то зычный голос.

– Я не враг! Я спасал имущество господина – продолжал я гнуть свою линию, думая над следующим шагом.

Замысел был прост: запутать, обмануть, заставить размышлять и задавать вопросы, а не стрелять.

– Какого господина? Какое имущество?

– То, что вы обозвали мутантом! Это не тварь! Просто произошла ошибка! Я никому из вас не причиню вреда! Не стреляйте!

Глаза Фомы задёргались, и сам он задрожал, а потом повернулся на бок и исторг из себя излишки шоколада. Он весь на пару мгновений позеленел и забился в конвульсиях, словно у него приступ эпилепсии.

– Пи… – тяжело вздохнул он.

– Вот тебе и «пи»! Ты вернул себе разум? Понимаешь меня? Мы в полной жопе благодаря тебе.

– Пи… Пи?

– Ага, тут некуда бежать. Мы окружены.

– Пи…

Командир отряда, занимавшийся нейтрализацией опасной твари, посмотрел на своего помощника и жестом приказал начинать штурм. Помощник его тут же начал громко кричать спасителю монстра, чтобы тот открыл дверь и вышел с поднятыми руками. Само собой, он был достаточно опытным, чтобы понимать: шанс на подобный исход чуть выше нуля. Уже целых пять минут их противник сидел в западне.

– Выходи! Время истекло! Не выйдешь сам, тогда мы войдём, и любое сопротивление приведёт к открытию огня!

Но внутри мастерской не было слышно ни звука.

«Сам напросился, идиот», – решил командир и заменил обойму в автомате на противомагические патроны, что пробивают магические щиты намного лучше, нежели обычные. Они уже давно поняли, что имеют дело с магом. И пусть это крайне редкие и дорогие боеприпасы, но…

«Каждый, кто осмелился нанести ущерб роду Савельевых, должен понимать, что расплата неотвратима!» – рычал про себя командир группы.

Взрывотехник обвесил входную дверь гирляндой, начинённой взрывчаткой, и отошёл в сторону, демонстрируя всем пальцы с обратным отсчётом.

Три… Два… Один…

«Бту-у-у-ум!»

Глава 3

– Да чтоб ты ещё раз без спросу свалил куда! Ты хоть понимаешь, что мы оба могли помереть?! И я! И ты! Шоколада тебе мало?! Недостаточно я тебя кормлю им? Ну как, наелся?! Теперь доволен и счастлив? Или мало? – негодовал я, намыливая хомяка самым обычным хозяйственным мылом, что нашлось в ванной гостиницы.

– Пи! Пхи! Пфи! – сопротивлялся грызун, пытаясь вырвать лапками лейку, из которой лилась чуть ржавая вода.

– Терпи, рядовой Фомченко, терпи!.. Как говорится, любишь устраивать диверсии на шоколадных фабриках, люби и отмываться!

Мы с Фомой еле ноги унесли! Еле успели свалить из ловушки. Я уж думал, всё… Повяжут, и если повезёт, не прикончат сразу. Тогда был шанс встретиться с главой рода Савельевых, на чью фабрику напал пушистый террорист.

Меня, конечно, кое-что связывает с этим внушающим трепет магом, но очень не хотелось дёргать за эту ниточку до того, как я сделаю хоть что-то для восстановления своего рода.

К счастью, Фома, получив очищающий душу и разум эфир, сообразил телепортировать нас обоих за пределы западни. И вот мы попали в ближайший дом, в одну из запертых и безлюдных квартир, которую людям пришлось освободить из-за действий потрошителя шоколадных фабрик. Надеюсь, он больше никогда так делать не будет!..

Полчаса… Полчаса я умирал в уборной, пытаясь прийти в себя после переноса. Глаза норовили лопнуть, голова бешено пульсировала, и шум в ушах стоял такой, будто рядом со мной гудел самолёт. В какой-то момент кровь хлынула из носа водопадом. Не будь моё тело физически крепким и закалённым, точно бы отключился и остался там лежать валенком сибирским, пока меня не арестовали…

Кое-как восстановившись и всё ещё пребывая в полном очешуении, скинул с себя экипировку и велел Фоме, который официально стал моим фамильяром, забрать её