Воздух в комнате электризуется от нашего напряжения. От моего — точно!

Каждая секунда кажется вечностью. Я не знаю, что сделать, чтобы вырваться отсюда. Чувствую себя как в западне, в ловушке, из которой не выбраться. Его присутствие давит на меня, заставляет нервничать.

Чувствую, как по спине пробегает холодок.

В голове мелькает мысль о побеге, но ноги словно прирастают к полу. Я пытаюсь что-то сказать, но слова застревают в горле.

В этот момент дверь распахивается без стука.

И я, и Басманов одновременно выдыхаем. Поворачиваем головы, разрывая контакт.

На пороге стоит уборщица.

— Вы чего это тут? — нахмурившись, смотрит на нас.

Я резко отталкиваю Басманова и, схватив рюкзак, бегу к двери.

Наконец-то свобода! Но в этот момент слышу за спиной:

— Лиля! Погоди!

Глава 21. Хочу защищать тебя

Не оборачиваюсь. Мне правда страшно. Но пугает меня вовсе не Басманов, а то, что я чувствую сейчас.

Я боюсь этого нового для меня чувства. Этих слишком острых и порой болезненных ощущений. Болезненных не физически, конечно. а что-то внутри меня происходит. И не могу разобраться с этим.

— Лиля! Погоди! — голос Басманова звучит глухо и отдаленно, но я чувствую, как он проникает в каждую клеточку моего существа.

Сердце колотится где-то в горле, и я не могу сделать ни вдоха. Ноги едва слушаются, но я продолжаю бежать, словно пытаясь убежать от самой себя.

Внутри бушует ураган эмоций: от сладкого трепета до ледяного холода. Я не узнаю себя. Эта новая, незнакомая мне Лиля пугает даже больше, чем Басманов со своими настойчивыми попытками догнать меня.

А потом он вдруг хватает меня за локоть и я вынуждена резко остановиться. Оборачиваюсь и встречаясь с его взглядом. В его глазах — смесь удивления и какого-то непонятного мне чувства.

— Что тебе надо? Оставь меня! — стараюсь говорить твёрдо, но голос предательски срывается.

Я прогоняю его, потому что мне страшно.

— Ты учебник забыла, — с лёгкой усмешкой произносит он и протягивает мне книгу. — А то как с формой выйдет. Опять мне тебя защищать придётся.

— Не надо. Я не просила.

— А меня не надо просить, — серьёзно отвечает он. — Я сам решаю, что делать.

— Тогда зачем ты это делаешь? — продолжаю этот тяжёлый разговор.

— Потому что хочу, — упрямо хмурит брови. — Тебе защита нужна.

— Не надо мне ничего от тебя, Данияр, — отвечаю спокойно, отворачиваясь. — Сама со всем разберусь. И защищу себя сама.

— Да я вижу, как ты защищаешься! — усмехается он. — Ладно, оставим это. Слушай, раз сейчас не дали дозаниматься, давай вечером? Мне во как английский нужен! — приставляет ладонь к горлу.

— Сегодня не могу вечером, — отвечаю я.

— С кем-то встречаешься? — хмурится Басманов. — С Лёхой?

— С каким ещё Лёхой? Мне надо вещи перенести в другую комнату. Переезжаю.

— Так я помогу! — улыбается он.

— Я сама, — повторяю упрямо. — Там немного осталось. Я…

— Короче, — перебивает он меня. — Я сейчас к себе сбегаю, переоденусь и приду к вам в комнату.

И называет номер моей комнаты.

— Откуда ты знаешь, в какой комнате я живу? — спрашиваю изумлённо.

— Я всё знаю. Жди меня, короче!

— Тебя же не пустят! Или… ты опять с тайного хода зайдёшь?

— Пустят. Не переживай, — подмигивает. — Держи учебник-то! — всучивает мне в руки учебник. — Пошли, провожу тебя, чтобы ничего больше не потеряла!

И, не спрашивая, берёт меня за руку и ведёт на выход.

Глава 22. Благодарность

— Наконец-то ты свалишь! — не скрывает своей радости Ира, моя соседка, когда я складываю в коробку свои последние оставшиеся в этой комнате вещи.

Не обращаю внимания. Продолжаю собираться. И Ира теряет ко мне интерес. Поворачивается к Наташе.

— Что там Басман? На выходные пригласил куда?

Я вся напрягаюсь. Ругаю себя за это. Меня это не касается. Не касается. Хмурюсь и быстрее укладываю вещи.

— Пока нет, — отвечает Наташа. — Но ты же знаешь, мы все выходные вместе проводим.

Ира усмехается.

— А мне Ритка рассказывала, что он к ней тоже подкатывал.

— Врёт! — Наташа даже с кровати вскакивает и зло смотрит на Иру. — Эта овца врёт всё!

— Нуууу, — тянет Ира. — Я их переписку видела.

Ира грозно смотрит на подругу и, наверное, сейчас что-то случится. Поэтому мне хочется побыстрее уйти. Я хватаю коробку и в этот момент дверь распахивается и на пороге возникает Басманов.

Я разочарованно выдыхаю. Только его здесь не хватает сейчас!

А Наташа, наоборот, сразу улыбается и ехидно смотрит на Иру. В её взгляде я без труда читаю: «Смотри, он ко мне пришёл!»

— Здорово, девчонки! — с ухмылкой произносит Басманов. — Чё? Как оно?

— Басманов, тебя не учили стучаться? — усмехается Ира. — Мы вообще-то могли быть не одеты!

— Да что я там не видел у вас? — хмыкает он в ответ. А потом поворачивается ко мне: — ты готова, Лиля?

В комнате тут же повисает такая гнетущая тишина, что я прямо ощущаю её на своих плечах. Наташа, которая уже сделала шаг к парню, застывает на месте и улыбка медленно сходит с её лица.

И она, и Ира удивлённо смотрят на меня.

А мне хочется сквозь землю провалиться.

— Тут всё? — Басманов в отличие от всех нас словно не замечает этого напряжения. Подходит ко мне и берёт коробку из моих рук. — Или ещё что-то забрать потом надо будет?

— Всё, — выдавливаю из себя, сгорая под взглядами соседок.

— Басманчик, я хотела… — Наташа первая приходит в себя и подскакивает к Басманову.

— Потом поговорим, — строго бросает ей, даже не оборачиваясь. — Пошли? — смотрит на меня.

Я просто киваю и быстрее выхожу из комнаты. А в спину, как ножи, вонзаются взгляды Иры и Наташи.

— Зачем ты так с ней? — не могу сдержаться и спрашиваю Басманова, когда мы идём вдвоём по коридору.

— Как «так»? И с кем, Лиля? Не понял.

— Ну, с Наташей. Вы же встречаетесь. Зачем ты так с ней? Не надо было приходить. Я сама бы…

Он вдруг резко тормозит и поворачивается ко мне.

— У меня с ней ничего не было. Ясно? — говорит серьёзно.

— Но ты ей очень нравишься и она думает… — спорю я.

— А тебе? — перебивает он меня.

Делает шаг и между нами теперь только коробка в его руках.

— Что? — поднимаю на него взгляд и сердце тут же бухает вниз.

Губы моментально пересыхают и я не понимаю этой реакции. Завожу руки за спину, чтобы скрыть дрожь пальцев, и сцепляю их в замок.

— Тебе я нравлюсь? — нагло спрашивает Басманов. — Только честно, Лиля, — усмехается и его