ли в принципе пить из этой реки было некогда. Рэ упала на колени и на четвереньках подползла к самому краю. Берег в этом месте оказался скользким и влажным, совсем недавно уровень воды повышался и влага успела хорошо пропитать почву. Только трава, влажная и острая, при одном только касании оставляющая порезы, помогала коленям удерживаться на месте.

Если бы не природное чувство равновесия, после подобных фокусов Рэйара бы уже бултыхнулась в водоем. Может, это и правда следовало бы сделать, чтобы привести себя в порядок, вот только мочить лишний раз волосы и мерзнуть после ледяного купания, не зная во что одеться – не лучшее занятие. После того случая с саргами купание в гордом одиночестве стало вызывать у полукровки не самые лучшие чувства. Поначалу, чтобы помыться, женщина просила Ала дежурить за дверью или за ширмой и разговаривать с сестрой.

Отражение показало перепачканное кровью миловидное лицо с зелеными глазами и всклокоченную медную косу. Последнее слово не совсем подходило для описания того вороньего гнезда, в которое превратилась незатейливая прическа, но иного варианта подобрать не удалось. Только утолив жажду и смыв с себя слои грязи и крови, оттерев руки, ноги, шею и голову до почти приемлемого состояния, Рэ забралась повыше, чтобы не скатиться вниз и села на траву. Здесь зелень отличалась, была мягче. Обнаженному телу совсем не понравилось подобное решение, неприятные ощущения мешали сосредоточиться. Рэ понимала, что должна прежде всего вспомнить, что случилось, где она, и куда пропала ее семья.

Разговор и обвинения отряда незамедлительно всплыли, стоило только посмотреть вперед. В десятке шагов лежало развороченное зверем тело женщины. Похоже, знакомое.

Рэ вспомнила, как сменила облик и пыталась напасть на Ойэ, Эйэ, скалилась на Алорэ и рычала на Таэля. Затем братья начали устраивать очередную ссору между собой, и тогда она, не выдержав, решила убежать. Все это время полукровка плохо контролировала собственное тело, что-то иное, то, что всегда жило в ней и умело действовать сообща, то, что помогало и защищало, то, что развивало инстинкты и придавало сил, в этот раз взяло вверх. Рэ, сколько бы сил она ни прикладывало, не удалось подавить то, что рвалось наружу, и в какой-то момент ее, главную хозяйку тела, задвинуло так далеко, что она не могла ничего делать или видеть. Сознание полукровки уснуло, зато проснулось нечто другое…

Братья!

Стальная рука страха сжала горло и грудную клетку Рэйары. Братья противостояли ей, не могли поднять на нее руку и только просили вспомнить, кто она. Зверь, как они называли то, что творилось с сестрой, взял вверх, а значит, мог сотворить что угодно. Горожане Приустья, хоть их и было очень жаль, не имели столь же сильного значения, куда больше Рэ волновала судьба ее драгоценной семьи.

Перевертыш понимала, что должна все проверить. Она должна заставить себя войти в тот самый трактир и посмотреть на результаты своих деяний. Должна отыскать братьев и, желательно, родню Эйэ. Даже если это окончательно уничтожит ее.

Рэйара, отдышавшись, поднялась на ноги и побрела вперед. Она довольно хорошо ориентировалась, и запросто вычисляла, куда именно следует направляться, если уже бывала там и чуяла свои же следы. Или, если улавливала знакомый запах семьи.

Кровь и страх наполняли город. В одном из домов женщина заметила человека, кажется, ему было не больше пятнадцати. Взъерошенная голова высунулась в небольшое окошко, а когда Рэ повернулась на движение и запах, тут же спряталась. Горожане боялись гостьи. Те из них, что остались в живых.

За телом женщины, у которой Рэ попыталась забрать одежду – она выглядела не лучше, чем рванье на Рэйаре – лежало еще одно. Такое же залитое кровью, но пахнущее магией. Возможно, это был заклинатель, а может, кто-то из волшебников или целителей пытался ему помочь. Рядом не чувствовалось Алорэ, а значит лекарь может быть в порядке. Это обнадеживало.

Вдалеке вспыхнуло пламя. Рэ сощурилась, разглядывая, как дальний в ряду дом вспыхнул, словно хорошенько сдобренный маслом факел. Почти сразу же пламя перекинулось на второй, затем на третий дом и на второй ряд, стоящий параллельно – совершенно нетипичное поведение для огня. Одна за другой постройки вспыхивали, подобно тюкам сухой соломы, а женщина не могла оторвать от них взгляда. Оранжевые языки пламени напомнили ей про Фэйэна и, конечно же, предводителя, и от ужаса, что она может больше их не увидеть, от осознания, что она могла сделать с ними нечто ужасное, тело сковал страх. Из оцепенения ее вывел женский крик. Кто-то кричал внутри горящего дома…

Рэйара поспешила на помощь, забыв о плохом самочувствии. Скованность движений постепенно проходила, вот только память никак не желала возвращаться. Крик стал громче, стоило приблизиться, и истошнее, а следом к нему присоединился еще один, тоже женский, но более юный. Рэ отчаянно принюхивалась, крутила головой, бегала от одного полыхающего строения до другого, пытаясь понять, откуда же исходит звук.

– Вот она! Рэйара! здесь Рэйара, я нашел ее! – между только начинающими заниматься пламенем домами проскочило знакомое существо. Светлые волосы, разметавшиеся от бега по плечам и спине, несколько прилипших к вспотевшему лбу прядей и раскрасневшееся лицо свидетельствовали о том, что мужчина бегал уже, судя по всему, не первый час.

– Таэль! – облегченно выдохнула Рэ. Пусть она и утверждала, что не испытывала сильной привязанности к шпиону Общины, но на самом деле была очень рада его видеть. Первый живой из семьи, а раз он кому-то сообщал, то есть еще хотя бы второй, – Таэль, остальные… Братья живы?

– Да. Да, живы. Все живы, не переживай. Только не волнуйся, все хорошо. Ты… Ты нормальная? Живая и здоровая? – задал совершенно глупый вопрос мужчина. Стоил бы над ним посмеяться, но сейчас было совсем не до этого и Рэ только кивнула, – Хорошо, я рад. Такая ты мне как-то больше по душе.

– Никто не ранен? – получив подтверждение, что состояние здоровья семьи не вызывает опасений, Рэйара продолжила расспросы, – Что здесь произошло? Это я виновата? Или кто-то другой напал? А где все остальные? Они не хотят бежать с нами? Они злятся? А все точно в порядке? Ты выглядишь очень уставшим и у тебя кровь…

– А ты выглядишь очень голой, – хмыкнул в ответ светловолосый. Похоже, с ним не произошло ничего дурного, вел он себя почти как всегда, – Тебе лучше расскажут остальные, вместо меня. Тебе не холодно?

–