какая-то ясность, зато теперь желание бывшего начальника я хорошо поняла. Не знаю, какими соображениями руководствовался Дар: его тоже покоробил этот странный всеобщий траур, или он просто сделал как легче, но теперь я с его решением не спорила. Девушек не стоит отпускать.

По крайней мере, не всех и сразу. Ведь они врут.

Размышляя над планом, я очень вовремя встретила Яниса, он бежал мне навстречу из основного клубного зала. Я преградила ему путь:

— Ага, вот кого я все это время искала!

— Меня? — насторожился парень. Судя по всему, кто-то успел просветить его на мой счет, держаться Янис стал несколько иначе. Плечи напряжены, во взгляде знакомое любопытство, когда вроде бы и хочется разглядеть человека получше, но сомневаешься, стоит ли наглеть и глазеть безотрывно, в итоге выходит что-то среднее, нервное и странное. И очень заметное.

— Тебя, тебя, — пришлось подтвердить его подозрения. — Нужна услуга: вы забираете девушек, приказ свыше. Пусть посидят пока в камерах до прояснения обстоятельств. Мне надо, чтобы одна из них… скажем, вечером, обрела свободу. «Вопросов нет, вы можете идти» и все такое. Только она одна, причем так, чтобы у нее не возникло лишних подозрений, и уж тем более она не узнала, что остальным такого подарка не сделали. Девушку зовут Беа, она подруга убитой. Рыжая, среднего роста.

— Только Беа? Зачем?

— Хочу посмотреть, чем она займется.

Янис быстро меня понял:

— Вы ожидаете от нее каких-то действий и хотите проследить. Может, стоит дать ей уйти сейчас? Это будет просто, она даже не узнает, что с другими поступили иначе, и ничего не заподозрит. Сам с ней поговорю и скажу, что на сегодня все.

— Да, так действительно было бы проще.

— Но отпустить ее все равно вечером?

— Говорят, догадливых ведут сами Судьи. До вечера, Янис.

Ни с кем больше не прощаясь, я наконец покинула злополучный клуб. Нашла знакомого альтьера, одного из людей Дарлана, и приказала отвезти меня домой. Сил ни на что уже не оставалось, а если мой план сразу даст результаты, ночь может получиться длинной и хорошо бы мне на ногах хотя бы стоять. А в идеале – еще и соображать. Нужен сон, меня даже плоды ротнана уже не спасают.

Лин встречала меня у порога, в глазах девушки – неподдельный испуг.

— Не волнуйся, сегодня ты без работы не останешься, — подбодрила я ее, на ходу скидывая так неудачно выбранный костюм. — Прости, Лин, сейчас без вопросов. Разбуди меня к ужину и подготовь что-нибудь из одежды. Выбирай неприметное и простое, чтобы ближе к народу.

— К какому народу?

— Меня интересует мода Низменности.

— У вас, альтьера Иделаида, такой одежды не водится.

— Надо, чтобы завелась.

— Что-нибудь придумаю.

В Лин я не сомневалась, потому без лишних объяснений ушла к себе. Упала на кровать и провалилась в крепкий сон. Мне снилась королева Роксана, высокая, горделивая, она стояла перед вратами в Посмертье, обдумывая что-то. Я тоже была там, наблюдала. Мне казалось, Роксана меня не замечает, но я ошибалась.

— Тебе еще рано, — шепнула она мне и, уверенно толкнув дверь, исчезла за ней.

А я осталась. Из глаз катились слезы, ведь я потеряла близкого человека. И ни сказать, ни сделать ничего не смогла, даже не обняла на прощание. С Роксаной ведь так нельзя.

Проснулась я с мокрыми от слез щеками. Надо мной стояла бледная Лин.

— Ужин готов, платье на вечер я вам так же подобрала, — пробормотала она и вылетела из комнаты.

У нее ведь тоже день не из простых, хотя со мной она привыкла ко всякому. Мы встретились с Лин еще до смерти Силлиана, но уже во времена душещипательной драмы с принцем Александром.

Лин рано лишилась отца, с малых лет она училась выживать и заботиться о больном брате и непутевой матери. Та, подобно Кае Мор, не справилась со смертью супруга и не особо помогала дочери, она собственными детьми вообще не интересовалась. Лин росла сама по себе, ребенок, до которого никому нет дела. Не ребенок даже, а маленький взрослый, на плечи которого легло столько всего не по возрасту тяжелого, она работала на кухне в ресторанчике, который открыл старик Лу после ухода со службы. А я тогда часто надоедала старику своим унылым обществом.

История Лин зацепила меня, ведь она так походила на мою собственную. В тот период жизни я частенько задавалась вопросами вроде «а что, если…» и Лин неожиданно стала одним из возможных ответов. Так мы и обрели друг друга. Сейчас Лин жила у меня вместе с братом, вела дела, отвечала за прислугу, за дом, за сад… ладно, насчет сада – это шутка. Но правда в том, что без Лин я бы давно пропала. Еще она продолжала заботиться о брате самостоятельно. Он старше ее на два года, но в детстве получил серьезный удар по голове, с тех пор нуждался в постоянном присмотре. Дом у меня большой, мне не жалко.

Как я и предполагала, девушка в очередной раз не подвела и нашла точно то, что я представляла в своих фантазиях. Простецкое платье сомнительного цвета, который можно определить как «бесцветное болото». Длина – ниже колена, на ощупь – как шершавый грязный мешок. Для моих целей подойдет.

Ужинали мы вместе с Лин. Она как обычно коротко рассказала о текущих делах (я никогда не слушала, но научилась кивать в нужных местах), а потом, помолчав, сказала:

— В последнее время я беспокоюсь за вас больше обычного, альтьера. Что бы вы ни задумали, берегите себя, не позволяйте себе безрассудство.

— Только этим и занимаюсь.

Судя по всему, Лин не особо мне поверила. Провожала, неодобрительно хмурясь.

Здание, принадлежащее городской полиции, совсем не радовало глаз, походило на мрачного монстра, тянущегося вперед своими щупальцами. В виде щупалец выступали крылья здания, а в виде клыкастой морды – парадный вход с колоннами и ступенями. Светлые колонны очень выгодно выделялись на общем темном фоне, как бы завершая картину с монстром, его пастью и клыками.

В новом платье меня не сразу признали, к новому знакомому Янису пришлось пробиваться чуть ли не силой. Было бы обидно, сорвись мои планы из-за такого пустяка, как наряд, но в конце концов один из сотрудников узнал меня даже не при параде.

— Где мне найти Яниса? — спросила я у него же.

— Второй этаж,