немыслимых пределов. Barings исполнял эти требования, не спрашивая обоснований и не пытаясь проводить систематические сверки с отчетностью клиентов. В табл. 1 приведены данные о фактических суммах, переведенных различными подразделениями банка в BFS. Здравый смысл должен был подсказать, что если бы операции Лисона были такими прибыльными, то маржа должна была выплачиваться со стороны SIMEX, а не запрашиваться дополнительно. Непрерывно поступающие маржинальные требования означали, что фьючерсы и опционы BFS теряли стоимость.

Еще один подобный инцидент должен был привлечь внимание, но был проигнорирован банком. В конце 1994 г. Лисон не смог покрыть дефицит в £50 млн на маржинальном счете. Чтобы исправить ситуацию, он ввел данные о фиктивной сделке в Contac — компьютерную систему учета клиентских торговых позиций. Фиктивная сделка состояла в продаже 2000 лотов на мартовские опционы пут на фьючерсы Nikkei 225 с получением премии, более чем достаточной для покрытия дефицита. Под давлением аудитора, компании Cooper Lybrand, потребовавшей объяснить, почему не произошла фактическая уплата премии, Лисон предоставил подделанный документ, подтверждающий, что нью-йоркская фирма по торговле ценными бумагами Spear, Leeds Kellog купила опционы пут, и что Citibank зачислил опционную премию на счет Barings. Для подделки банковской выписки Citibank в дело были пущены ножницы и клей.

Другой сигнал поступил в Barings от самой биржи SIMEX. В начале января 1995 г. биржа уведомила банк о масштабе его операций и предоставила детальный список позиций на 31 декабря 1994 г. Также был поднят вопрос о том, что BSL напрямую финансировал маржинальный счет некоторых своих клиентов, что запрещено законом. Вероятно, переписка велась с Саймоном Джонсом — региональным менеджером по операциям Barings Securities (отделенным от Barings Futures) — и не достигла высших эшелонов руководства банка в Лондоне.

После своего коллапса 27 февраля 1995 г. банк Barings раскрыл информацию об ошеломляющих размерах условных позиций: $7 млрд по фьючерсам на Nikkei 225, $20 млрд по фьючерсам на облигации японского правительства и процентным фьючерсам на евроиену, $6,68 млрд по проданным опционам пут и колл на фьючерсы Nikkei 225. Общая рисковая сумма приближалась к $35 млрд. Более всего поражало то, что эти позиции требовали внесения значительной маржи на счета SIMEX и OSE[113], а собственный капитал Barings составлял лишь $615 млн. Итак, последний вопрос, на который необходимо пролить свет: как удалось так долго скрывать столь крупные спекулятивные позиции от руководителей высшего звена банка и сменяющих друг друга внутренних и внешних аудиторов?

Получая от Лисона регулярные запросы на перевод все возрастающих денежных сумм для покрытия маржинальных требований, различные подразделения банка выполняли их, не задавая вопросов (см. табл. 1). Чтобы понять искусную обманную схему Лисона, нам необходимо прояснить следующее:

Как Лисону удавалось показывать в отчетах устойчивую прибыль, когда он нес убытки по спекулятивным позициям?

Почему Лисон мог скрывать огромные спекулятивные позиции под предлогом проведения квазибезрискового арбитража?

Как ему удалось обвести вокруг пальца биржу SIMEX?

Счет ошибочных операций 88 888. Инструментом обмана был счет ошибочных операций 88 888. В Китае числу 8 придают особый смысл. Выбор пяти восьмерок для обозначения такого счета было плохой шуткой, если учесть, как именно Лисон собирался его использовать. Счета ошибочных операций обычно открываются для учета сделок, которые были неверно объявлены, некорректно исполнены или оспорены клиентом. Как правило, спорные вопросы должны разрешаться и урегулироваться вскоре после проведения операций, с отнесением возникающих прибылей или убытков на общий результат брокерского подразделения. Очевидно, что счета ошибочных операций не предназначены для активной торговли за собственный счет и их сальдо может отражать лишь небольшие прибыли или убытки.

Счет ошибочных операций 88 888 был открыт в начале июля 1992 г., вскоре после прибытия Лисона в Сингапур. 8 июля Лисон распорядился исключить счет 88 888 из всех ежедневных отчетов, направляемых BFS в Лондон в электронном виде, за исключением отчета о марже (первоначальной и вариационной марже с разбивкой по счетам и валютам). В частности, этот счет был исключен из «торгового файла» (с данными о торговых операциях за день) и «ценового файла» (с данными о расчетных ценах на момент закрытия), которые отправлялись в Лондон. В Сингапурском отделении только сотрудники бэк-офиса и некоторые трейдеры знали о счете 88 888. Лисон сам принимал на работу и обучал сотрудников, отвечающих за ведение счетов, поэтому ему было относительно просто скрывать этот счет. В результате, руководители высшего звена Barings понятия не имели о счете 88 888 до 23 февраля 1995 г. Очевидно, что Лисон знал все тонкости учета торговых операций с ценными бумагами и мог манипулировать системой. Он отдал постоянное распоряжение о том, чтобы при распечатке документов по всем операциям, проходящим через счет 88 888, второй экземпляр уничтожался, а первый передавался в его личный архив.

Факты против вымысла. Как мог Лисон постоянно показывать прибыль от торговых операций, если его спекулятивные позиции постоянно были убыточными? Результаты расследования Управления банковского надзора (далее именуемого «Отчетом») показали размер расхождений между общими заявленными и фактическими размерами позиций (см. табл. 2). Отметим, что все заявленные в отчетах и санкционированные позиции должны были соответствовать друг другу и не могли быть ни короткими, ни длинными, как показано в столбце заявленных позиций в табл. 3, поскольку Лисон занимался безрисковым арбитражем. На деле все фактические (или скрытые) позиции были либо длинными (на Nikkei 225), либо короткими (на JGB или фьючерсы на евро/иену), не говоря уже о портфеле опционов, и радикально отличались от заявленных (фиктивных) позиций, показанных в столбце фактических позиций в табл. 3.

Расследование показано, что основным инструментом обмана были «взаимные брокерские сделки»[114], активное применение которых позволяло Лисону завышать результат на «законном» счете 92 000, скрывая убытки на счете ошибочных операций 88 888[115]:

«Компания Barings Future Singapore, которой руководил Лисон, проводила большие объемы кросс-сделок между счетами 88 888 и 92 000 (Barings Securities Japan — арбитраж с Nikkei и облигациями японского правительства), 98 007 (Barings London — арбитраж с облигациями японского правительства) и 98 008 (Barings London — арбитраж по евро/иене). Многие кросс-сделки BFS проводились в “пострасчетный период”, т.е. в течение трех-пяти минут после официального закрытия биржи, когда операции можно проводить по официальной расчетной цене. По всей видимости, Лисон выбрал этот период, поскольку другие рыночные операторы в это время меньше всего желали проводить сделки, в которых могли участвовать по правилам SIMEX. По завершении сделки Лисон давал специалистам по расчетным