Убежище». — Ты знаешь, что там сзади? Позади здания? Яма. Ты ведь слышала о ней, верно?

Я подавляю дрожь, обхватив себя руками.

— Конечно, я слышала о ней. Она была моим дамокловым мечом на протяжении нескольких месяцев.

Ник дергает подбородком в ее сторону.

— Тогда спроси себя, какого парня Дэниел захотел бы там видеть, на камеру, трахающим его лучших девочек. — Повернувшись ко мне, он приподнимает бровь. — Кого-то привлекательного, да? Кого-то с хорошим членом. Того, кто мог бы выглядеть пугающе.

Я замираю, мои глаза расширяются.

— Ты хочешь сказать, ты... делал это для него? С девочками из «Убежища»?

Его брови низко опускаются, придавая ему угрожающий вид.

— Я не тупой, Лавиния. Я знаю, как я выгляжу, и знаю, когда это полезно. Я могу успокоить людей улыбкой, а могу заставить их нервничать. Мое лицо — моетело — это оружие. — Он качает головой, откидываясь на спинку сиденья. — Ты хоть представляешь, как легко это могло бы быть для меня там, с Чарли? Вся операция Бастиона могла бы лежать передо мной как на ладони, стоило бы мне только... — Он осекается, лицо каменеет, когда он смотрит на меня. — Но я покончил с ролью такого оружия. Понимаешь?

Я не уверена, что понимаю.

— Ты не доверял самому себе?

Он цокает языком, постукивая по рулю.

— Иногда, когда я здесь, на улицах, занимаюсь подобным дерьмом, я... теряю перспективу. Иногда миссия — это все, что я могу видеть. — Он поднимает руку, убирая прядь волос мне за ухо. Его глаза следят за ней, выжигая след на моей щеке, виске. — Миссия, и ты.

В салоне тихо и темно, а Ник близко — так близко, что я вдыхаю его запах, пряный и уличный. Я думаю о возвращении в это место, в «Убежище», и вспоминаю, кто мы такие. Пленница и ее страж. Жертва и ее мучитель. Герцог и его пешка.

Сглотнув, я спрашиваю:

— Можем мы притворяться еще немного?

Голубые глаза Ника вспыхивают, впиваясь в мои, и на мгновение я пугаюсь, что он поймет меня неправильно. Но он просто берет мою руку, подносит ее к губам и легко касается костяшек.

— Так долго, как захочешь.

Я никогда не планировала возвращаться в «Убежище», но вот я здесь, иду рука об руку с Красавчиком Ником Бруином через парковку. Стори встречает нас у боковой двери — отдельного входа в офис — и лишь мельком бросает взгляд на наши сцепленные руки, прежде чем жестом пригласить нас войти.

— Привет, — говорит она. — Заходите скорее, пока вас никто не увидел.

Впрочем, мы здесь не ради Стори. И не ради Киллиана. Лорд, которого мы ищем, сидит за своим столом, нахмурив лоб, когда мы входим. Тристиан Мерсер пристально наблюдает за мной и Ником, пока за нами закрывается дверь.

Он выглядит недовольным.

— Кто-нибудь хочет объяснить, зачем вы притащили меня сюда в четверг вечером? Потому что Киллер уже сказал вам, что Саю ничего не будет за ту стычку с Такером сегодня. Чего еще вы хотите?

Я не говорила Стори, зачем нам нужен Тристиан — только то, что это важно.

— Дело не в этом. — Ник достает планшет, включает видео и двигает его по столу. Тристиан берет его и дважды просматривает запись, подперев подбородок рукой, явно скучая.

— На что я смотрю?

— На себя, — отвечает Ник. — Разве это не ты за рулем джипа?

Тристиан снова опускает взгляд, к нему приходит узнавание.

— Эм, ну да... может быть? — Он проигрывает видео еще раз и медленно кивает. — Рэт разбил этот джип о мусорный бак за винным магазином на первом курсе во время посвящения в ЛДЗ. — Он указывает на что-то на экране. — Вот тут видно погнутое крыло. Так что да, определенно, это я. — Он поднимает на нас взгляд. — А что?

Ник закатывает глаза.

— Посмотри еще раз — ты помнишь, с кем был в тот день?

Тристиан цокает языком.

— Чувак, это было года два или три назад. Как я должен это помнить?

Стори смотрит то на меня, то на Ника.

— О чем речь?

— Это моя сестра, — наконец говорю я им. — Та, что на пассажирском сиденье, в толстовке. На заднем сиденье был кто-то еще.

Он сужает глаза.

— Серьезно? — Понимание обрушивается на его лицо, и он отшатывается. — Воу, яне убивал твою сестру, если вы об этом. Я даже не знал, что это она!

— Кончай заливать, Мерсер, — говорит Ник. — Ты знал.

Тристиан поднимает ладони.

— Нет. В то время люди просто рекомендовали меня для дел, которые требовали моих специфических навыков.

По тому, как кривятся его губы, ясно, что Ник ему не верит.

Но я продолжаю давить.

— Что конкретно ты для нее сделал?

— Кажется... — Тристиан снова изучает видео. — Да, если это то, о чем я думаю, ей нужна была помощь с дистанционным детонатором. Не самый мой любимый способ поджигать всякое дерьмо. Лично мне нравится запах бензина на коже в течение нескольких дней, но, эй. Каждому свое.

— Значит, ты встретился с Летицией Лючией и помог ей с детонатором? — спрашивает Ник, нависая над столом. — Детонатором для чего? Где? Будь конкретнее.

Тристиан вздыхает, двигая планшет обратно к Нику.

— Да, я запрограммировал для нее телефон, но это была просто грубая механика. Она никогда не говорила, к чему подключена взрывчатка. Я не часто этим занимаюсь, и это было довольно сложно, так что у меня ушло какое-то время. — С лукавым и довольным видом он поворачивается к своей Леди, объясняя: — Я оставил на нем группу контактов. Все, что ей нужно было сделать, — это позвонить по выбранному контакту, и запал бы сработал.

Челюсть Ника напрягается.

— И ты не догадался спросить, что она собиралась взорвать?

Тристиан бросает свирепый взгляд на Ника.

— Нет, не догадался. Я не задаю вопросов. — Он вызывающе вскидывает подбородок. — А ты?

Ник даже не моргает.

Я показываю чек, указывая на цифры, нацарапанные на обороте.

— Знаешь, что это? Должно быть, она записала это, пока была с тобой в джипе.

— Ну да. — Он откидывается на спинку стула, обнимая Стори за талию и притягивая ее ближе. — Скорее всего, это пароль для разблокировки телефона.

— Телефона, — медленно говорит Ник. — Того, что ты дал наследнице Лайонела. Чтобы дистанционно подрывать взрывчатку.

Я вижу, как все складывается воедино на лице Тристиана, когда пазл сходится. Наверняка Киллиан ввел своих людей в курс дела после трибунала и разговора о тайнике моего отца со взрывчаткой. Он касается своей губы.

— А, пиздец.

— Ага, пиздец, — говорит Ник, поворачиваясь и удивленно приподнимая брови, глядя на