преподавательскому корпусу. Янка же вернулась к друзьям, уже успевшим с комфортом расположиться на длинной скамейке у стены архива. Вытянув ноги, ребята наперегонки опустошали корзину с пирогами.

– Кажется, мы не нравимся твоему папане, Стеф, – беспечно объявил Лис, наслаждаясь еще теплым грибным пирогом, цапнутым с самого донышка.

– Напротив, кажется, нравитесь. – Тонкая улыбка мелькнула на перемазанных красным ягодным соком губах старосты.

– Янку он и вовсе терпеть не может, – резюмировал дракончик.

– И Яна ему, кажется, тоже нравится, – робко возразил юноша.

– Чего он от тебя хотел-то? – запросто, не дожидаясь признаний, брякнул тролль, копавшийся в корзине в поисках самого вкусного, то есть мясного, пирога.

– О долге говорили, – расплывчато отозвалась Яна, не готовая пересказывать содержание разговора со старшим эльфом. – Ты извини, Стеф, кажется, твой папа немного сдвинут на этой теме.

– Не кажется, – печально вздохнул Стефаль и, обведя трагическим взглядом друзей, откровенно поведал: – Вы его простите. Он раньше другой был. Не всегда такой серьезный и холодный. Я его еще веселым помню, и… он маму очень любил. Женился вопреки воле рода и Великого Древа, оставил нареченную невесту. А мама… Оказалось, она за него только из-за титула вышла, а потом по-настоящему влюбилась в орка, телохранителя из посольства Кра-Тахеш, и сбежала с ним из Леса. Тот орк был старинным товарищем отца по АПП.

– Да-а, скверная история. Предали друг и любимая. Нам жаль твоего отца, Стеф, но ты-то почему за его ошибку платить должен? – крякнул Хаг, наморщив серый лоб.

– Я все еще надеюсь, что он сможет их забыть и смягчится, может быть, в АПП ему легче станет? – поник Стефаль, печально созерцая остатки пирожка.

– Сейчас твой отец опасается и пытается оградить тебя от нас, чтобы мы тебя, бедняжку, не подвели и не предали, – хмыкнул Лис и метко предположил: – Небось еще и Янку охотницей за мужем считает, а она уже чужая невеста.

Янка подавилась пирожком от такого нелепого предположения, а пока она сипела, и Хаг энергично стучал по спине жертвы драконьего красноречия, Машьелис встряхнул вскинутой вверх рукой. Рукав куртки съехал вниз и открыл браслет – свидетельство успешной миссии по спасению напарницы от загребущих ручек мамаши мастера Фэро. Посеревший лицом Стефаль, до последнего в глубине души надеявшийся, что ничего у дракончика из его затеи с храмом не получится, поник. К счастью, Янка, не ведающая о страданиях юного эльфа, утешила его всего одной фразой:

– Ничья я не невеста, это же понарошку, – умиротворенно пережевывая пирожок, прочавкала девушка. – А когда нашу фиктивную помолвку на следующей цикладе расторгнем, совсем замечательно будет. От этих камней, сквозняков и звона колокольчиков мурашки по спине табунами бегают. Как представлю, что снова в храм Ветров идти, неуютно становится.

– Тебе там страшно было? – удивился дракончик, не ощущавший ни малейшего дискомфорта.

– Не страшно – чуждо, неуютно. Это как рядом с травоядным динозавром стоять. Вроде и не обидит нарочно, а ну как повернется да хвостом махнет – костей не соберешь, – передернула плечами Янка, а Лис уже сделал стойку на новое слово и занялся допросом напарницы (может, нарочно отвлекал ее от неприятных мыслей):

– Кто такие динозавры?

– Ящеры такие гигантские, на Земле у нас водились миллионы лет назад. На драконов эти звери немножко походили, только глупыми были и вымерли то ли от холода, то ли от метеорита, – наморщив лоб, припомнила девушка.

– Я сейчас. – Стефаль вдруг резко взвился с места и дернул к выходящему из преподавательского корпуса отцу.

Друзья видели, как староста подбежал к родителю и заговорил. Но, увы, слышать ничего не могли. Между эльфами состоялся немаловажный разговор.

Юный потомок Дивного Народа решительно объявил:

– Отец, молю тебя, услышь и пойми, я верю своим друзьям! Они мои напарники и никогда не предадут! Я помню о долге перед Древом и родом, но от друзей отказываться не собираюсь! Я не хочу платить отказом от своей радости за твои прошлые ошибки.

– Глупый ребенок, твоя доверчивость умрет с первым предательством, – покачал головой Айриэльд, положив пальцы на плечо сына.

– Нет, отец, меня уже предавали, я помню свои разочарование и боль, – печально улыбнулся Стефаль и твердо продолжил: – Но им, моим напарникам, я верю больше, чем себе. И Яне верю. Ничего ей от меня не надо и ни на что я не рассчитываю. Яна столь светлая душа! Мне просто хорошо, когда она рядом, и с ребятами хорошо.

– Я услышал тебя, – промолвил Айриэльд, краем глаза наблюдая за тройкой друзей сына.

Они делали вид, что увлечены едой и разговором, но взгляды их то и дело обращались к Стефалю. Ребята беспокоились о члене своей команды, возможно, даже о друге. Эльф помедлил и проронил, решаясь:

– Я думаю, стоит представить твоих друзей Великому Древу и испросить у него благословения для них.

– Спасибо, спасибо огромное, отец! – просиял улыбкой Стефаль.

Эльф вернулся к друзьям переполненным счастьем, как готовый лопнуть мыльный пузырь, и тут же вывалил им на головы папино предложение о представлении, означавшее, что Лаэрон-старший решил не только закончить холодную войну против напарников сына, а еще и сделать им щедрый подарок. Во всяком случае, именно так поняла Янка. Судя по довольным физиономиям напарников, мастер Айриэльд придумал что-то очень хорошее, но уточнить Яна решила попозже, опасаясь, что подробная лекция об эльфийских обычаях окончательно свернет набекрень мозги, которым сегодня изрядно досталось в храме Ветров. Кажется, если припомнить лекции Быстрого Ветра, представление самому главному эльфийскому дереву служило для чужаков пропуском в заповедные края Дивного Народа и чуть ли не давало титул Друга Лесов.

Но все равно, если их команду приглашают в гости к эльфам, то раньше каникул дело с мертвой точки не сдвинется. Пока суд да дело, пока декана упросят. Все-таки именно декан перемещал Яну между мирами, так что пока идут занятия, вряд ли у Гада найдется охота и время мотаться туда-сюда-обратно. Человеком, то есть дэором, Гад был хорошим, вот только очень загруженным преподаванием и факультетскими делами, даже уникальная расовая способность находиться и действовать в нескольких местах одновременно не помогала. Потому обременять декана просьбой девушке казалось неудобным.

То же касалось и путешествия в гости к Стефалю при помощи самого друга или его отца. Сейчас оба эльфа были сильно заняты: один учебой, второй преподаванием. Так что время в запасе для уточнений и выяснений имелось. Перестав тревожиться, Янка переключилась на дела насущные. Она тряхнула пустой корзиной и внесла на рассмотрение команды самое актуальное предложение:

– Пойдемте обедать, а то до занятий у декана не успеем.

Силаторх недобро нахмурился, увидев корзинку в руках Машьелиса. Выбросить, как мусор, годную тару дракончику не позволила природная скаредность. Судя