могли меня остановить. Я выхватил из-за пояса арбалет. Отступил на шаг, прицелился в область замка и нажал на спуск. Огненный заряд вылетел из него.

Раздался тихий хлопок, и синеватая вспышка прожгла массивную деревянную дверь, оставив после себя дымящуюся дыру размером с кулак. Я рванул на себя ручку — дверь подалась. Внутри было темно и пусто. Я бегом по знакомому коридору направился к кабинету Севера. Та же картина. Дверь заперта. Еще один выстрел из арбалета, и еще одна преграда пройдена. Я пнул дверь, и она распахнулась.

Кабинет был таким, каким я видел его в прошлый раз, только теперь он казался не местом силы, а склепом. Я не стал включать лампы, довольствуясь дневным светом из окна. Мои глаза выхватили в углу, у стола, большую потрепанную спортивную сумку из плотной ткани. Я схватил ее, швырнул на стол и расстегнул. Она была пустая, а это именно то, что мне сейчас было нужно…

Я начал сдирать со стола все: кипы бумаг, блокноты, папки с непонятными пометками. Все летело в сумку без разбора. Потом — ящики стола. Верхние — счета, какие-то контакты, телефонные номера и визитки. В нижнем, самом тяжелом ящике, под слоем пустых бланков, я наткнулся на деньги. Плотные пачки, нераспечатанные. Я даже не стал считать: на глаз — больше пятисот тысяч имперских рублей. Все это полетело в сумку поверх бумаг. Я захлопнул ее — она стала тяжелой и бесформенной. Потом я направил свой взор в тот ящик, где лежали документы, которые могли доказать мою причастность к делу. Те самые фотографии и компромат, которые север готовил на меня. Открыл ящик и взял все до последнего листка с собой.

Времени больше не было, пора валить. Я выскочил из кабинета, сбежал по лестнице, вылетел на улицу и прыгнул в машину. Через минуту автомобиль уже уносил меня прочь от Думской. Только тогда я достал свой магофон. Руки немного тряслись. Я набрал Сашке.

Он ответил сразу, его голос был немного нервным от ожидания.

— Ну что, Леха? Ты как там? Жив? Все хорошо? — из его уст посыпалось огромное количество вопросов.

— У меня все получилось, братишка! — сказал я, и впервые за этот вечер в моем голосе прозвучало что-то похожее на легкую эйфорию. — Получилось… Слышишь? Можно я сейчас до тебя доеду? Ты же дома?

— Да, конечно! Я жду тебя! — ответил мне он.

Я сбросил трубку и направился к его дому. Свободен? Неужели я правда свободен? Не только от Севера, а от всей этой паутины. В голове кружились мысли. Пока ехал, я свернул в безлюдный переулок, открыл багажник и швырнул туда сумку, подальше от чужих глаз. Она упала с глухим стуком.

Когда я подъехал к дому Сашки, я снова открыл багажник, достал сумку и, присев на корточки в темноте, быстро пересчитал деньги при свете фонарика в телефоне. Девятьсот пятьдесят тысяч имперских рублей. Черт побери. Нихреновый такой бонус за один вечер. Будем считать, это отпускные, которые мне выплатили при увольнении. Я вытащил несколько пачек на возможные расходы и компромат на себя, а остальные, вместе с бумагами, засунул обратно в сумку и кинул в багажник, захлопнул его. Я положил бумаги и фотографии на землю и выстрелил по ним из арбалета, они тут же превратились в пыль. Теперь у них на меня абсолютно ничего нет.

Подойдя к подъезду, я позвонил в домофон. Почти сразу послышался его взволнованный голос:

— Мама, папа, это ко мне! Проходи… — Сашка нажал на сигнал.

Дальше по лестнице я поднялся на нужный этаж. Дверь открылась, и на пороге возник Сашка. Он бросился на меня, обхватывая так сильно, что у меня затрещали ребра и перехватило дыхание.

— Братишка, — хрипло сказал я, — я выжил не для того, чтобы ты меня сейчас задушил.

Его хватка ослабла, но он не отпускал. В его глазах стояли слезы.

— Леха… Я думал… Думал, что больше тебя никогда не увижу, — прошептал он.

— Я знаю, тоже так думал. Все нормально. Давай не будем на весь подъезд рассказывать о наших делах? Лучше я зайду, — он отпустил меня.

Мы прошли по узкому коридору, пахнущему пирогами и домашним уютом, в его комнату. Она была маленькой, стены украшены постерами с машинами и красивыми девушками

— Включи телевизор, — попросил я, садясь на край кровати. — Первый магический канал. Думаю, там должны уже быть первые новости.

Сашка послушно схватил пульт. Шел экстренный выпуск новостей. На экране — знакомый ангар, оцепленный, залитый светом прожекторов. Суетятся люди в форме и белых халатах.

«…В результате спецоперации по задержанию опасного преступного сообщества в промзоне на выезде из города сегодня вечером погибли девять сотрудников полиции, в том числе начальник оперативного отдела майор Петров…»

Сашка присвистнул. Я сидел дальше, не двигаясь.

«…Все участники преступной группы были нейтрализованы на месте. Однако главарю банды, Марату Руслановичу Северову, известному в криминальных кругах по кличке „Север“, удалось выжить. Он был тяжело ранен и в бессознательном состоянии доставлен в Главный городской госпиталь. Состояние оценивается как крайне тяжелое, врачи борются за его жизнь. Преступник находится под круглосуточной усиленной охраной…»

«…На месте также обнаружены и незамедлительно утилизированы под контролем магического корпуса МВД двадцать единиц запрещенного магического оружия, ранее считавшегося утраченным со складов ведомства…»

— Он жив! — выдохнул я, и мой голос прозвучал слишком громко, так, что могли услышать Сашкины родители, которые находились в другой комнате. — Ты слышал, Сашка? Этот урод жив!

— Тише, Леха! — испуганно прошептал Сашка. — Он же в тяжелом состоянии! Под охраной! В любом случае ему уже до нас не добраться.

— Да ты что, не знаешь Севера⁈ Хотя откуда тебе его знать! — я вскочил с кровати и ударил кулаком в стену. Родители Сашки даже спросили все ли у нас нормально, мой друг ответил что да, мы просто тренируемся. Боль пронзила костяшки, но была ничем по сравнению со жгучим чувством ярости в моей груди. — Он из любой ямы выберется! Он отлежится, нанюхается какого-нибудь эликсира, подмажет кого надо, и через полгода выйдет сухим из воды! А потом придет за мной… И за Ленкой, за всеми, сука, нами!!!

Я повернулся к нему. В глазах друга читался страх.

— Короче, Сашка, собирайся! Мы сейчас же едем в эту сраную больницу!

— В больницу? Леха, ты с ума сошел? Туда теперь полгорода полиции нагнано! — в его голосе прозвучало сомнение.

— Мне нужна будет твоя помощь. Ты отвлечешь охрану у входа или на посту. Сделаешь вид, что пьяный, что потерялся, да что угодно,