дронов во все стороны, с оборудованным на них снарядом мощной шаровой молнии. Но нам такое сопротивление ‒ что слону дробинка, неприятно и не более.

На небольшом холме, где расположился наш полевой штаб. Мы с Лилит сидели в креслах за столиком. Наблюдали за городом и попивали так полюбившийся мне черный чай из «паринкутынна».

‒ Рокаин, ты же чувствуешь? ‒ отвлекла меня от мыслей Лилит.

‒ Ветерок и солнце… ‒ улыбнулся я, задрав голову.

‒ Да я не об этом! Алтарь богини! Его разрешают поставить… ‒ после последних, неуверенных слов эльфийки я удивленно посмотрел на неё.

‒ Откуда ты это знаешь? ‒ приподняв бровь спросил я. ‒ Лилит, что с тобой происходит последнее время?

‒ Да все нормально! Просто я тоже чувствую… Я ведь силой приблизилась к тебе! ‒ недовольно ответила она.

‒ Это все очень странно… И что? К тебе приходят знания как ставить алтарь? ‒ спросил я хмурясь.

‒ Да. Мне приходят образы когда я о нем думаю. И что в этом такого? И почему ты не ставишь его прямо сейчас?! ‒ вспыхнула она водорослями тьмы во все стороны.

Это плохо! Значит у богини на Лилит какие-то планы. Я ведь обещал забрать её с собой в Эрон. А что если она там начнет «буянить»? При всем при том, что в нем больше нет прислужников тьмы, наверное. Что из этого можно ожидать ‒ совершенно не понятно. Ладно, как всегда, решаем проблемы по мере их поступления…

После недолгой паузы, я задумчиво перевел взгляд на город и сказал:

‒ Я не уверен в этом… Это чувство слабое. Нужно разрушить последние алтари, чтобы убедиться. Если ты видела образы, то ты сама знаешь, что нельзя прерывать ритуал установки алтаря. Повторить его можно только через некоторое время, ‒ закончил я.

‒ Но ведь можно разрушить тот алтарь, что на базе по созданию накопителей и поставить там наш. От этого потоки тьмы усилятся! Но даже если ритуал сорвется, то его можно будет повторить через шесть-десять часов, ‒ сказала она и расслабилась на кресле.

А я от таких подробностей на нее удивленно посмотрел второй раз. Даже я не могу сказать через сколько можно повторить ритуал. Потому как если перестаешь о нем думать, то просто забываешь все подробности. Связь Лилит с богиней, гораздо сильнее чем моя ‒ только такое я могу сделать предположение.

‒ А если что пойдет не так? Если мы не сможем его поставить даже несколько раз подряд? Мы останемся без притока накопителей, с мощным противником в виде их возможного подкрепления и вместе с этим чертовым городом, ‒ недовольно процедил я, громко поставив кружку чая на стол.

Эльфийка улыбнувшись, тоже поставила кружку на стол и пересела мне на колени, нежно обнимая.

‒ Мне кажется… Ты слишком перестраховываешься… ‒ промурлыкала она мне.

‒ Ты же знаешь. Я не хочу неизвестно на сколько здесь задерживаться, ‒ хмыкнул я, но она на эти слова начала ласкаться и целовать меня в шею. ‒ Лилит, мы вообще-то в полевом лагере.

‒ Это наоборот заводит… Не все же в мягкой постельке… ‒ полушёпотом, кокетливо проговорила она и окутала наше место отдыха непроглядным куполом тьмы.

Не прошло и пяти минут как за куполом мы услышали далекие крики и суету. Прервав любовные утехи, мы насторожено оделись. Лилит недовольно развеяла купол, возмущенно стреляя ярко-красными глазами оглядываясь вокруг.

В это время возле нас приземлился Аббадон, а из дальних палаток начали выходить остальные мои товарищи. Но не успел он что-то сказать, как я увидел в небе причину всей суеты.

‒ Твою темную… мать… ‒ только и успел я обалдело прошептать.

Над городом и над нами, слева. Опускался гигантский космический корабль квадратной формы, светло-серого цвета. Он плавно разгоняя облака снижался над нами. Постепенно закрывая собой часть города, погружая все пространство в тень.

Даже при условии, что мы стояли на солидной возвышенности. Город постепенно терялся в горизонте. Только приглядевшись можно было увидеть далекие границы белой стены. А этот чертов монстр закрывал его больше чем на четверть ‒ не меньше пяти километров его одна сторона! Да мы опоздали черт побери!

‒ Рокаин! Что нам делать… ‒ не громко сказал обалдевший Аббадон.

‒ Да если бы я знал! ‒ рыкнул я и посмотрел на подошедших товарищей.

Что бы нас не ждало, у нас есть один единственный шанс выиграть финальный бой! И это именно то, что озвучила Лилит.

‒ Лилит и Аббадон! Берёте весь седьмой легион и максимально быстро валите отсюда в сторону нашей производственной базы! Немедля и прямо сейчас!

‒ Но что ты хочешь… ‒ хотел вставить слово Баал.

‒ Без вопросов! Пока нет времени объяснять! ‒ рявкнул я. ‒ Аббадон! Уничтожить алтарь на нашей базе! Лилит будет ставить алтарь Вэлоссы! Охранять её во время ритуала как самое дорогое существо на планете! Никто! Не должен! Помешать завершить ритуал! ‒ судорожно прорычал я.

‒ Сделаем! ‒ Так точно! ‒ вразнобой сказали они и тут же вылетели в сторону лагеря командования седьмого легиона, ближайшего от нас.

‒ Всем остальным! Выйти из-под корабля и боевая готовность! Координировать действия в зависимости от ситуации! ‒ сказал я и Люцифер с Вельзевулом тут же начали отдавать приказы главнокомандующим шести легионов.

Через пять минут мы уже на всех порах неслись вылететь из зоны покрытия корабля. Легионы побросав все палатки с максимально возможной скоростью исполняли приказ, чтобы покинуть опасную зону. Три легиона с другой стороны города, тоже начали отдаляться от него. Хотя бы на пару километров. Ибо ожидать чего хорошего от дертри и их «Монстра», теперь совершенно не стоило.

Может бежать? Но не упустим ли мы момент как-то задержать их? Мы можем совершить ошибку выбрав неверный путь. Сейчас нам необходимо понаблюдать как будут развиваться события. В противном случае дадим позорное отступление, поджав хвосты. Главное, чтобы оборона Вавилона выдержала такое!

Когда заняли позиции наблюдателей за несколько километров от города и корабля. Мы тихо матерясь, наблюдали величие этого чудовища. Это оказалась громадная приплюснутая пирамида, которая постепенно продвигалась в центр города.

И я первый раз пожалел, что не дал команду устанавливать образы по управлению магией разума. Так бы мы все надежно засели под хамелеоном. Не сделал я этого, потому что в социальном обществе ‒ это как минимум, еще один повод для преступлений.

Если каждый бы смог такое уметь, то искушение завладеть чужим добром