То с работниками вопросы решает, то провизию для них пересчитывает. Парень нарасхват.

Я и сам толком не знал, где сейчас носит моего помощника. Хозяйство разрослось, забот прибавилось, и Радован крутился как белка в колесе, беря на себя половину организационных хлопот.

— Так это… поискать его, что ли? — предложил Витольд.

— Если не сложно, — кивнул я, возвращаясь к конвертам. — Поспрашивай у работников, может, видел кто. А мне еще с письмами разобраться надо.

Старик кивнул и, кряхтя, побрел в сторону просеки, где работали лесорубы.

— Войцех!

Встревоженный женский голос вырвал меня из раздумий. Я поднял голову. От границы участка ко мне быстрым шагом приближалась Беатрис. Лицо ее было напряжено.

Если охотница, которую сложно чем-либо напугать, выглядит настолько встревоженной, значит, случилось что-то серьезное.

— Что стряслось? — я отложил остальные конверты на перила крыльца и поднялся ей навстречу.

— Войцех, мне нужна твоя помощь, — она остановилась прямо передо мной, тяжело дыша. — Я хочу дойти до моего старого жилища. В лесу.

Я нахмурился. Вот это новость! Беатрис никогда не просила сопроводить ее куда-либо. Наоборот, она сама вечно вызывалась провожать и охранять остальных.

— К твоему старому жилищу? — переспросил я. — Тому самому, в чаще? Ты же сама рассказывала, что ушла оттуда из-за той первородной твари, что бродит по лесу. Той, которую даже смилодон боялся. Зачем тебе туда возвращаться?

— Это сложно объяснить, — она мотнула головой, и в ее глазах мелькнуло что-то, чего я раньше не замечал. Не страх перед монстром, а какое-то отчаянное упрямство. — Там осталось кое-что важное. То, что я не могу бросить. Я бы пошла одна, но в одиночку туда соваться — верное самоубийство.

— Беатрис, постой, — я поднял руку. — Давай по порядку. Что там за вещь такая важная, ради которой стоит лезть в самое пекло? И почему именно сейчас? У меня тут…

Я не успел договорить. Со стороны дороги послышался топот. Кто-то бежал к нам со всех ног, тяжело, загнанно дыша.

Из-за угла амбара вылетел Радован.

Вот, значит, где он был. Видать, в деревню зачем-то отлучался, а Витольд его и не нашел. Только сейчас мой помощник выглядел совсем неважно: лицо красное, потное, волосы взъерошены.

Рубаха на груди распахнута, он хватал воздух ртом, как выброшенная на берег рыба. Радована трясло так, словно он только что увидел собственную смерть.

— Войцех! — прохрипел он, едва не падая. — Войцех, мне… мне нужно с тобой поговорить! Срочно! Наедине!

Да что же это за день такой⁈ Я разрывался на части. Беатрис с ее срочным делом стояла по правую руку, Радован, белый как полотно, хватал меня за рукав по левую.

— Радован, да успокойся ты! — я попытался привести его в чувство. — Отдышись сначала. Что случилось-то?

— Не здесь! — он испуганно зыркнул на Беатрис. — Прошу, наедине!

И в этот самый момент, как назло, из-за амбара показался неторопливо ковыляющий Витольд.

— О, Радован! — обрадованно воскликнул старик, всплеснув руками. — Вот ты где, пострел! А я тебя обыскался весь. Куда ж ты подевался-то? Я ж тебе бражки настоявшейся хотел…

— Витольд, не сейчас, — оборвал я его, но старик уже семенил к нам, не обращая внимания на состояние моего помощника.

Радован затравленно огляделся. Видно было, что говорить при Беатрис он наотрез отказывается. Я понял, что добром это не кончится, и принял решение.

— Беатрис, дай мне пять минут, — твердо сказал я охотнице. — Я выслушаю Радована, а потом мы с тобой все обсудим. Никуда твое дело это время не денется.

Девушка нехотя кивнула. Я подхватил Радована под локоть и потащил его в сторону, за угол дома. Витольд, проявив неожиданную прыть и любопытство, увязался за нами.

— Витольд, ты-то куда? — буркнул я.

— Так, а чего я-то? — обиделся старик. — Я уж свой, можно сказать, родной. Чего у вас тут за тайны?

Махнув рукой, я решил не тратить время на споры. Пусть старик слушает, если Радован не против.

Мы остановились в тени дома, подальше от чужих ушей. Радован все еще трясся.

— Ну, говори, — потребовал я. — Что случилось? На тебе лица нет. Словно ты чудовище лесное встретил.

— Хуже, Войцех, — выдавил он, вытирая пот со лба дрожащей ладонью. — Гораздо хуже.

— Да рассказывай уже! — не выдержал Витольд. — Душу не трави!

Радован посмотрел сначала на меня, потом на старика, и наконец произнес шепотом, от которого у меня волосы на затылке зашевелились:

— Всё — мне конец. Они вышли на мой след.

Алексей Аржанов, Михаил Майоров

Системный фермер. Том 3

Глава 1

— На след? О чём ты говоришь? — переспросил я. — Кто вышел на твой след, Радован?

Хотя я уже понял, к чему он клонит.

Радован был беглым преступником. Мне не составило труда сложить пазл в единую картину. Вот только я уже хорошо узнал своего помощника. У Радована есть дурацкая склонность накручивать самого себя сильнее, чем требуется, и вовсю отдаваться паранойе.

Мы ведь на фронтире. Здесь найти беглого преступника весьма проблематично. Может, он просто раздул из мухи слона?

— Имперские дознаватели, — оглядевшись по сторонам, нервно ответил помощник. — Войцех, меня ищут! Понимаешь ты меня или нет?

Я нахмурился. В голове всё это укладывается плохо. Радован практически безвылазно сидел на моем участке. Да и в розыскном списке командира Гросса его имени не значилось — я сам его читал. Даже не смотря на то, что помощник сбежал с Гнусавым и Божидаром, которых потом вовсю искали. По идее Радован тоже должен был фигурировать в розыскном списке.

— Погоди-ка, — перебил я помощника. — С чего ты вообще взял, что тебя ищут?

Вместо ответа он трясущейся рукой полез за пазуху и вытащил скомканный лист бумаги. Развернул и протянул мне.

Я взял листовку. Сверху красовался рисунок — кривой, неумелый, словно его малевал подмастерье, которому впервые сунули кисточку в руки. Лицо вышло перекошенным, с одним глазом выше другого, нос непонятной загогулиной. Узнать в этой мазне Радована можно было разве что, если подключить фантазию.

А вот ниже шел текст, и он-то меня и насторожил:

«Разыскивается беглый каторжник Радован Вуйчик. За поимку или предоставление информации о местонахождении — вознаграждение десять зиллингов. Сообщите страже или старосте ближайшего поселения.»

— Десять зиллингов, — пробормотал я.

Сумма приличная для жителей окрестных земель. Вряд ли кто-то откажется от легкой наживы. Тем более все знают, что Радован — мой помощник.

— Это висело в Преславице, — тяжело выдохнув, заявил помощник. — На воротах поместья Гулоса… то есть