Тегана, отплясывающего и ходящего на руках перед худым мальчишкой со светло-коричневыми волосами. За спиной паренька стояла Изольда с лицом, выражающим одновременно отчаяние и покорность. Ну и три десятка стражников дополняли собой открывшийся нам вид. Но вот Теган был отправлен валяться в углу, а засевшая в ребёнке тварь обратила на нас внимание.

– Матушка, так это и есть наши гости? Те, о которых ты говорила? – а вот голосок был жутковатый – обычный тенор мальчика и эхо, повторяющее вопрос на уровне лишь немногим выше инфразвука.

– Д-да, Коннор, – пискнула женщина.

– И это он разбил моих солдат? Тех, кого я послал отбить деревню? – хм, весьма забавная интерпретация спускания орды нежити на посёлок.

– О да.

– И теперь он уставился на меня! Что он такое, мама? Не понимаю…

– Это… это просто мужчина, Коннор. Такой же, как твой отец, – покорно отозвалась Изольда.

– Такой же? Не мели чушь. Отец – полудохлый старик, в ком едва теплится жизнь, поддерживаемая моими усилиями. А он… О, я не могу понять. Тьма скрывает его от моего взора, но эти чувства, эмоции! Тень кричит от боли и ярости. Уничтожить!

– Вот и поговорили… И почему всё всегда заканчивается смертоубийством? – этот бастард Его Величества ещё и изволит юморить… Тем временем изображавшие деталь интерьера стражники эрла пришли в движение.

– Ещё одержимые? – сэр Малик поудобнее перехватил топор и подтянул щит.

– Нет, – немного поколебавшись, сообщила Бетани. – Их взяли под контроль, но они обычные люди.

– Проклятая Магия Крови, – выругался Алистер и приласкал ближайших «Очищением», двое его коллег по «храмовому воспитанию», тех самых, рекомендованных Пертом и взятых нами в передовой отряд как раз против таких вот ситуаций, поддержали задумку «кохая». Остановить законтроленных это не остановило, но вот прыти поубавило.

– Без нужды не убивать, – возможно, не самая лучшая команда с моей стороны. Но именно её от меня ждали воины.

– Есть, – ответил Малик и засветил обухом топора по шлему ближайшему атакующему, второй словил удар краем щита под челюсть, а третьего сбили с ног подсечкой, в полете ещё и приложив коленом в голову. М-да, опытный рыцарь – это серьёзно. Одна секунда – и три нокаута. Волшебницы не отставали – наморозили хороший каток под ногами атакующих и принялись играть то ли в боулинг, то ли в кёрлинг. В любом случае, тушки незадачливых законтроленных летали только так. Где-то среди них был и организм Тегана… Бедняга, ведь, в отличие от остальных «кегль», на нём доспехов не было.

Ну а я просто шёл к Коннору, буравя того очень недобрым взглядом и «взвешивая» в руке двуручник, благо размеры зала позволяли его свободно использовать. Нет, убивать его я не собирался, равно как и вырубать – первое мешал сделать мой кодекс чести (как бы странно это ни звучало для такого, как я), второе же вообще не рекомендовалось – вырубленный/уснувший/усыплённый маг для демона чуть ли не карт-бланш на любые действия – медиум становится полностью покорен и сопротивляться не может даже теоретически, если он, конечно, не Сноходец, но последние – зверьки редкие, можно сказать уникальные, по памяти моих волшебниц – находятся в разряде «мифов и легенд» на уровне чуть менее выдуманном, чем боги-драконы. Зачем я тогда на него шёл? Всё просто – я почуял страх. Причём не столько мальчика, сколько твари в нём. Существо явно чуяло меня так же, как я чуял его. И так же, как и он мне, я ему очень не нравился. Вот только то, что у меня вызывало лёгкое опасение и научный интерес, демона повергало если не в ужас, то в нервную дрожь точно.

– Нет, прошу вас! Он не ведает, что творит! – на меня чуть ли не кинулась Изольда, а вот тварюшка струхнула, как и планировалось. Причём настолько, что постаралась слинять и даже, вроде бы, ослабила контроль над своим медиумом – во всяком случае, искажения вокруг мальца стали куда меньше. И допущенный до своего родного вместилища Коннор очень резво понёсся наверх. Я чуть было рефлекторно не кинул в него засапожный нож – моего навыка хватило бы, чтобы попасть рукояткой в затылок, но вовремя вспомнил, к чему это может привести, и сдержал порыв. Решение было верным – не прошло и минуты, как одурманенные начали постепенно приходить в себя. Первым к нам вновь присоединился Теган.

– Ох… Хватит, стойте! Разум уже вернулся ко мне! – интересно, что так быстро вернуло банна в строй? Малое время воздействия, ослабление хватки демона или живительные пи***ли, отвешенные щедрыми ручками моих прекрасных ведьм?

– Точно? Может, ещё пару раз стукнуть, чисто на всякий случай? – не смог я удержаться.

– Э-э-э, нет, лучше всё-таки не надо, – решительно отказался от «профилактики» дворянин.

– Нет, пожалуйста, не трогайте Коннора, он ни в чём не виноват! Его ещё можно спасти! Это всё тот проклятый маг! – продолжала выть Изольда.

– Кто-нибудь, заткните уже её – мешает работать, – ближайший солдат, прошедший со мной Остагар, пожал плечами и аккуратно опустил кулак на затылок истерящей женщины, после чего подхватил падающее тело. – Благодарю.

– Рад-ста-ваш-бродь, – выдал стандартный ответ воин и продолжил мониторить обстановку.

– Эм, милорд Кусланд, не слишком ли это радикально? – осторожно спросил младший брат Эамона.

– У меня нет ни времени, ни сил, ни желания в очередной раз успокаивать эту истеричку. По её глупости и так уже умерли сотни людей и умрут ещё неизвестно сколько, – как ни странно, но активнее всего мой спич поддержали… храмовники. Хотя мужиков понять можно – чуть ли не прорыв демонов случился из-за глупости одной аристократки. – Ладно, оставим это. Солона, Мариан, Бетани, что можете сказать? Какого демона тут творится?

– Хм, скорее всего, Демона Желаний. Он же Демон Страсти, – отозвалась Солона.

– С чего такой вывод? – мне было любопытно.

– Ну, мы обсуждали в прошлый раз, что паренька подловили при поисках лекарства. Сейчас же получили доказательства, пусть и косвенные. Медиум сам сказал, что «жизнь в нём теплится его усилиями» или как-то так. Коннор очень хотел, чтобы отец жил, страстно желал этого, и… его услышали.

– Ладно, его можно спасти или придётся действовать радикально? И как это повлияет на Эамона?

– Спасти можно попробовать, всё-таки налицо не полная одержимость, а «медиум», но… есть