по коробочкам, куда какие влезли, и закрыла их в шкатулке на изящный маленький крючок.

Аня, продолжая укачивать прильнувшую к ней Лиссу, подняла брови и, глядя на Кристал, кивнула на горсточку украшений, которые так и остались лежать на покрывале.

- Это твои любимые, - негромко объяснила Кристал. – Ты их постоянно носила.

Продолжая покачиваться вместе с засопевшей Лиссой, Аня задумчиво сказала:

- Как хорошо, что ты рядом, Кристал. Ты мне о многом напоминаешь, многое подсказываешь, за что тебе моя огромная благодарность. А ведь мне ещё столько вспомнить надо… Последний месяц был для меня… наверное, сравнимым только со страшным сном. Приснился, напугал и пропал из памяти вместе с теми днями, которые так легко забрал… И столько забыто…

- А ты спрашивай, - к тайной радости Ани, откликнулась девочка. – Всё, что смогу, я тебе напомню. Спрашивай всё, что угодно.

Она взяла с покрывала отобранные вещички и, чуть склонившись над Аней, сначала унизала её пальцы кольцами и перстеньками, кое-где надев сразу по два-три кольца или в сочетании с перстеньком, – свободными остались лишь большие пальцы и мизинцы. Затем встала за спиной старшей сестры и осторожно, чтобы не потревожить задремавшую Лиссу, надела одну за другой три цепочки с кулонами. Аня ещё усмехнулась: опять кулончики! Правда, на этот раз с настоящими камнями!

Неожиданно улыбка слетела с её губ.

В этой комнате кровать стояла немного в отдалении от широкого окна. Если сначала солнечные лучи ещё попадали сюда, то теперь, чуть позже, они переместились на другую стену, а возле кровати из-за чётких теней воцарился полумрак. Кольца, которыми украсила Кристал её пальцы, виднелись едва-едва в этом сумраке. Поначалу. Аня время от времени поглядывала на них: не совсем удобно – пальцы стали тяжеловатыми и немного неуклюжими. И – застыла: в очередной раз подняв кисть руки, чтобы взглянуть на колечки и на тонкие браслеты на запястье, она вдруг уловила пробежавший по украшениям смутный свет. «Показалось?»

Только подумала, как в средний палец левой руки будто сильно клюнула какая-то раздражённая птица. Клюнула решительно и больно! Аня чуть не вскрикнула от острой боли. Именно на этом пальце Кристал выложила целую композицию из трёх экземпляров: кольцо, перстенёк, кольцо... Палец от точечного удара по нему аж онемел от боли. А секунду спустя Аня не поверила глазам: продолжая держать кисть перед глазами – пусть и в отдалении (чтобы не мешать Лиссе), она заметила, как из-под колец медленно выползло нечто тёмное – капля крови?! Моргнула раз – и снова чуть не с ужасом заметила же, как эту капельку резко втянули назад, под кольца!

Как будто всосали!

Кто?!

Господи, что это было?!

А потом… Подняла глаза от колец и перстня на пальцах и похолодела: вокруг всех украшений переливались… странные гирлянды! Пока она по-другому никак не могла назвать мутноватое сияние, которое постепенно становилось ярче, несмотря на солнечный летний день. И чем дальше, тем… Сияние медленно, но продолжало превращаться в нечто отчётливое – с непонятными буквами, цифрами и какими-то знаками! И все они светились разноцветным сиянием, словно соединявшим их!..

- … Агни! – услышала она откуда-то сбоку. – Агни!

- А? Что? – выдохнула она, не сразу сообразив, что к ней обращается Кристал, причём уже не впервые.

- Ты видишь меня? – испуганно спросила девочка.

- А… почему ты так спрашиваешь? – стараясь не показать, что она вздрагивает от крупной дрожи по всему телу, попыталась удивиться Аня.

- Ты смотрела в точку, и я испугалась, что с тобой снова начинается… - Кристал нервно облизала губы. – Ну, это, которое у тебя было от колдовской отравы.

- Я задумалась, - поспешила успокоить её Аня.

Повернулась к ней Лисса и сказала:

- Ты устала – отпусти меня!

С чего малышка взяла, что её устали держать на коленях? Не на руках же?.. Додумала вопросы – и догадалась, в чём дело: Лисса почувствовала ту самую пробежавшую по её телу дрожь, но приняла её за усталость… Сообразив всё это, Аня помогла съехать малышке с коленей, старательно скрывая, что всё ещё пытается таращить глаза на обеих девочек. Смотрела-то на них сквозь сияние слов и знаков, которые будто росли от украшений строго вверх, окружая её!..

- Пора обедать, - уже буднично сказала успокоившаяся Кристал. И повернулась идти к входной двери. С радостным писком за ней побежала Лисса.

Аня тяжело встала. Разглядывая светящуюся гирлянду с подросшими от неё знаками, вытянувшимися в частокол, сделала шаг. Другой. Пока дошла до двери, начала привыкать к видным даже в самых светлых местах знакам вокруг себя. Хотя и было попервости впечатление, что она либо жёстко наткнётся на них, либо что-то поломает в их построении. А когда до двери осталась пара шагов, она вдруг подумала: а если какое-нибудь украшение поместить, скажем, на щиколотку, будет ли вокруг ноги разноцветное сияние?

То ли наказали, то ли так надо было, но, когда она взялась за дверную ручку, средний палец снова резко укололи. Аня окаменела, ошалело наблюдая, как снова показывается из-под колец тёмно-алая на свету кровь, а потом ушмыгивает назад.

И лишь в коридоре она вдруг подумала: и даже мысли нет, чтобы снять все эти… магические украшения!..

Кухня заставила-таки забыть о странностях. Ну, как забыть? Старушки не могли обслужить «господ», так что Ане, как старшей и заменяющей на какое-то время Кристал, пришлось не только налить в тарелки приготовленный суп, но и принести тарелки на подносе в столовую залу. Ничего. Пару раз, невольно застревая взглядом на разноцветно переливающихся гирляндах, запнулась о низкие пороги между помещениями, а потом выпрямила спину и стала смотреть только вперёд и чуть выше обычного. Вроде как перестала замечать странное сияние.

За столом, широким и длинным, наверняка рассчитанным на большую семью или на частых и многочисленных гостей, Аня усадила девочек так, как привыкла в отсутствие братьев: за узкий конец садились она и Кристал, а сбоку, за углом, помещалась Лисса.

Стулья здесь отличались тем, что на каждом имелась мягкая подушка для сиденья, привязанная к ножкам тесёмками. Поэтому можно было варьировать как высоту стула, так и его мягкость. Лисса не доставала до края стола. Только глазки хлопали на присутствующих. Так что Аня всегда сажала её на три подушки.

Устроив малышку на стуле, Аня попробовала горячий суп. Порадовалась, что сообразила положить в него травы: суп и впрямь стал более густым, даже без приправ. А ещё она заметила, что настолько