сделаешь?

— Не знаю.

— Тогда я буду рядом.

— Чтобы остановить?

— Чтобы спросить, кого именно она возвращает.

Надя кивнула.

— Этого может хватить.

Нулевой экспресс пересёк границу.

Империя лежала без единого контура.

Золотые башни больше не передавали общую волю, но отдельные города использовали их по-разному. Где-то жители сохранили местную связь для больниц и отопления. Где-то разбили источники. Где-то губернаторы объявили себя единственными носителями и окружили башни войсками.

На одной станции шёл бой.

Крестьяне в серых рубахах удерживали платформу против золотых солдат провинциального князя. Увидев западный поезд, обе стороны на секунду прекратили стрелять.

Экспресс исчез раньше, чем они решили, враг это или помощь.

— Страна распадается, — сказал Александр.

Воронцов смотрел на горящие станции.

— Она впервые не получает готовую команду из столицы.

— Сколько погибнет?

— Много.

— Ланская останавливала это.

— Да.

— И мы её отключили.

— Да.

— Уверены, что правильно?

— Нет.

Александр удивился.

— Вы же защищали право отказа.

— Правильное право не гарантирует хорошего результата. Иначе это снова была бы машина.

Молодой Молчанов смотрел на провинциальный город, где золотая башня освещала госпиталь.

— Можно построить распределённую сеть без общего управляющего.

— Сможете? — спросил Сергей.

— Технически.

— А политически?

— Не знаю.

— Хорошо.

— Почему все радуются этому ответу?

— Потому что раньше вы знали.

Поезд начал тормозить.

Прошло шесть минут.

За окном выросла столица.

Золотое кольцо исчезло, но след его вращения остался в небе светлым шрамом. Дворец стоял на месте и одновременно уходил в бесконечность. Компенсационное расстояние из Ротенбурга заполнило его коридоры.

— Мы прибыли к окраине дворца, — сказал Зорич из трубы.

— Вокзал в двух верстах, — заметила Варвара.

— Теперь дворец начинается здесь.

Двери вагонов открылись.

За ними находилась галерея с фотографией Марии Сергеевны.

Нулевой экспресс использовал украденное расстояние и вошёл прямо в Императорский узел.

На платформе ждала Мария Константиновна.

Рядом стояли двадцать солдат с разорванными золотыми нитями. Великая княгиня была ранена. Кровь пропитала белое платье.

Детская Мария бросилась к ней.

Они обнялись.

Основательница заговорила из всех портретов:

— Наследница доставлена.

Мария Константиновна подняла пистолет и выстрелила в собственный портрет.

— Она не ваша.

Стены галереи раскрылись.

Первое управление окружило поезд.

Триста функций стояли на полу, потолке и вертикальных стенах. Для Императорского узла направление не имело значения.

Женщина с фотографии спустилась по воздуху.

Мария Сергеевна Вяземская выглядела молодой, но двигалась с усталостью человека, прожившего больше века.

Она посмотрела на Александра.

— Внук.

— Бабушка?

— Формально.

— Вы умерли до рождения моего отца.

— Тело умерло.

— Почему семья считала деда создателем проекта?

— Государству легче принять мужчину-основателя.

— Это ваша причина или его?

— Наша.

— Вы отправили программу Сергею?

Она повернулась к внешнему носителю.

— Да.

Сергей сжал клинок.

— Зачем?

— Искала мир, где человек не связан контуром.

— Нашли.

— И использовала как материал.

— Первоначальный мир погиб.

— Через сто сорок лет.

— Для вас это приемлемо?

— Нет. Поэтому сохранила архив.

— Без согласия.

— Тогда я ещё не знала, что согласие имеет значение для копии.

— А теперь?

Мария Сергеевна посмотрела на Лёшу.

— Теперь знаю.

Первый глаз открылся полностью.

— Мать, — сказал он.

— Наблюдатель.

— Ты ждала.

— Сто двадцать три года.

— Я прошёл испытание.

— Два.

— Было три.

— Третье начинается сейчас.

Лёша упал на колени.

Световой Первый начал выходить из тела.

Мальчик удерживал его обеими руками, словно вырывал из груди раскалённую нить.

— Ты обещал не захватывать!

— Она вызывает меня на уровне кода.

Мария Сергеевна протянула руку.

— Вернись.

Сергей встал между ними.

— Он не ваша собственность.

— Он программа.

— Которая выбирает.

— Вы не знаете, для чего создан.

— Спросим.

— Он не может отказаться от основной команды.

Первый замер наполовину вышедшим.

— Моя основная команда?

— Найти пятых проводников во всех созданных мирах.

— Зачем?

— Собрать наблюдателя, способного решить задачу без ошибки.

— Какую?

Основательница посмотрела на Императорский узел.

Стены стали прозрачными.

Под дворцом находилась не золотая машина.

Чёрная сфера размером с город.

На её поверхности горели миллиарды имён.

Сергей узнал архив первоначального мира.

— Мы закрыли его в сердце, — сказал он.

— Вы закрыли вход. Архив всегда находился здесь.

— Как?

— Императорский узел был первым хранилищем. Сердца, источники и Чёрный путь — внешние интерфейсы.

— Значит, исходный мир копировали сюда с самого начала.

— Да.

— Для восстановления?

— Для суда.

Воронцов шагнул вперёд.

— Над кем?

— Над создателями нулевой машины.

— Они мертвы.

— Их архивы внутри сферы.

— Световые существа?

— Люди вашего первоначального мира в конце его истории.

Сергей увидел замкнутый круг.

Его мир медленно терял вероятность.

Последние люди построили машину, чтобы отправить архив в прошлое.

Машина создала мир источников.

Из него Мария Сергеевна отправила программу молодому Сергею.

Тот открыл переход и начал уничтожение собственного мира.

— Они создали причину своей гибели, чтобы пережить её, — сказал он.

— Да.

— А вы хотите судить.

— Нет. Я хочу