то есть… ну ладно, святой, но не такой как надо, но даже я никогда не опускался до того, чтобы собирать силу, вредя всем подряд.

Ну да, только «перезаряжался». Но это было вызвано необходимостью! Видели бы вы, как Санс тогда вспыхнул. А знаете, что я уже отвык готовить⁈ Кок мне жизненно необходим!

///

— Хде он⁈ — грубо и зло вопросил сварливый мужицкий голос.

— Кто⁈ — с чрезвычайно наигранным удивлением и немалой тревогой отозвалась ему девушка, которая, судя по всему, была занята быстрым приведением одежды в порядок.

— Не дури мне голову! — лютовал мужик, — С кем ты тут была, паршивка⁈

— Я-яя⁈ Ни с кем! Батя! Как ты мог такое подумать!! — врала напропалую девица, весьма взмыленная и взъерошенная.

— Да я тебя… Где он?!?

Последнего, конечно, Астольфо не видел, он вообще в этот момент мало видел, резко удаляясь на полусогнутых с чужого сеновала, но зато твердо знал, потому что был именно тем, кто взмыливал и взъерошивал упомянутую девицу, пока в их доме неожиданно не загорелся свет и не раздались крики, призывающие «найти поганку».

Еле успел.

Однако, сегодня звезды не были благосклонны к несчастному сыну одного барона. Хотя, как сказать. Может, к нему и сама судьба в свое время повернулась задницей, в смысле тогда, когда он напросился в ученики к одному негодяю? Этот самый негодяй научил, конечно, многому, но совсем забыл упомянуть своему юному ученику брать с собой средство, отбивающее запахи, которое может невероятно пригодиться, когда ты идёшь на свидание с дочерью охотника. Особенно, когда последний возвращается домой раньше обычного, а у вас уже всё так настроилось, что отменять планы ну никак не возможно!

И да, сроки Астольфо уже поджимали, так что ему приходилось работать, не покладая ничего. В кошельке, оставленном дома, своего часа ожидали еще семь золотых монет, а время ни на секунду не стояло на месте!

Так о чем это мы?

Ах да, собаки.

Собаки!!!

Астольфо очень не хотел быть порванным в ночи сворой охотничьих псов, с воем и гавканьем летящих по его следам, поэтому несся стрелой, летел орлом и прыгал сайгаком, уходя в ночи все дальше и дальше. Однако, тренированные и уже всласть отдохнувшие собаки, полностью чихавшие на то, что по ночам у псовых паршивое зрение, добычу отпускать не собирались, лаем и подвыванием не только показывая парню, насколько они близко, но и заставляя его горько сожалеть о том, что, выходя на свидание в село, он не захватил с собой кинжал.

Эх, был бы сейчас нож, может и не драпал бы бедолага сломя голову, может вспомнил бы наконец, не умом, а сердцем, каким зверским мужиком он был в Дестаде! Стал бы он бегать от шавок! Да он бы их…

Увы, проклятье было снято, поэтому Астольфо продолжал бежать по пересеченной местности, только грязные пятки сверкали. К тому же, к его огромному сожалению, деревня кончилась, а вместо неё начался пологий холм. Парень, напрягая все силы, принялся его штурмовать, с ужасом слыша приближающихся собак, бегавших по прямой куда быстрее человека. Это была еще одна ошибка утомленного своего жизнью молодого человека, ошибка, за которую он вскоре должен был очень серьезно заплатить…

Если бы ему не пришли на помощь.

Если бы не воздвигся огромный темный силуэт на самой верхней точке холма.

Если бы не раздалось мощное, прочувствованное, исполненное огромного внутреннего достоинства мычание, вслед за которым могучая туша зверя не сорвалась бы вниз, мимо хрипящего от натуги Астольфо, прямиком в свору злобных, жаждущих плоти человека, псов!

Казалось бы, вот оно, спасение, закованный в металл бык, чудесным образом оказавшийся рядом в самый сложный момент! Вскочи ему на спину, пока собаки растерянно брешут, да уезжайте отсюда! Всё равно Кум ничего не сможет сделать тварям, которых учили осаждать медведей и загонять лосей, они умеют уворачиваться!

Однако, сын барона даже не успел додумать эту мысль (не то, что запрыгнуть на спину животного, с которым у него особо теплых отношений как-то не сложилось). Кум, явившийся в ночи защитником аристократов-блудодеев, чхать захотел на стереотипы, начав долбать обезумевших от удивления собак маленькими молниями с рогов!

Моментальный разгром!

Разинув рот, Астольфо смотрел, как ловко бык вращается на одном месте, прицельно лупя по визжащим собакам разрядами. Массивная животина, уверенно держась на передних копытах, отталкивалась задними, чуть ли не филигранно наводясь громоносными рогами на следующую собаку, заполошенно мечущуюся вокруг зверя. Молнии были слабенькими, псы, лежащими на земле, скулили и дёргали лапами, а Кум уверенно карал оставшихся на ногах, не забывая поглядывать на подзащитного.

«Джо его послал…?», — пришла в голову аристократу внезапная мысль, — «Он за мной следит…?»

Да нет, быть того не может. Сейчас? Зачем? Нет-нет, Джо бы не стал… но ведь бык ночью, когда все спят, когда он сам должен быть в хлеву, внезапно оказался здесь? Что он тут забыл?

Увы, ответ на этот вопрос Астольфо получил вовсе не такой, какой можно было ожидать, потому что когда расправившийся со сворой Кум подошёл к нему почти вплотную, то издал мычание, которое, ни разу не знавший коровьего языка парень понял моментально и совершенно правильно.

«Беги!»

Великий бык желал продолжить свою тренировку!

Глава 12

Синдром отмены

Утро красит нежным взором щеки дивного меня… красные, причем. Чем я занят? Ору на потупившегося и стесняющегося Кума, всю ночь гонявшегося за Астольфо и бившего его разрядами с рогов. Парень на последнем издыхании валяется на крыльце, а Игорь носит ведра с водой и пытается его воскресить ледяным душем. Тщетно.

В принципе, мирная пасторальная картина, полная нашей деревенской неги, если не считать того, что заглядывающий в распахнутые ворота совершенно незнакомый гоблин бросает сейчас в меня нечто, весьма похожее на гранату. Это, конечно, сильно выбивается из возможных вариантов развития событий, но из песни слова не выкинешь, зато можно выкинуться с места, заслоняясь тушей быка от возможного взрыва. Тот, впрочем, не замедлил стать реальным, вынудив Кума удивленно пошатнуться.

— Смерть тебе! — гаркнул гоблин и был таков.

— Фас! — мрачно прокряхтел я вроде бы невредимому быку, который с обрадованным видом начал разворачиваться в сторону потенциальной угрозы, — Быстро фас, я сказал!

— Джо, что там…? — голосом умирающего лебедя простонал сын барона, лежащий распластанной медузой.

— Меня убивать пришли, — пояснил я ему, — Не вставай. А лучше заползи