же есть разница. Одно дело, когда ты в гости едешь и можешь попутно что-то обсудить. И совсем другое, когда едешь к человеку только ради того, чтобы решить какие-то дела. С Игорем Юрьевичем, к счастью, скорее первый вариант, чем второй. Что с Кожедубом?

— Хорошо всё с Прохором, — аккуратно выводя вездеход с парковки, ответил Аршавин. — Только новые хозяева не особенно лучше старых.

— Это я уже понял, — усмехнулся я. — Когда из Москвы возвращались.

— Ну да, — подтвердил Ратай. — Во всех остальных направлениях ситуация примерно та же. Начали с повышения сборов с населения владения. Вернее, порезали содержание и снабжение всего, чего только можно. Направили в приграничную зону аномалии три четверти своих сил и всех ребят Кожедуба, чтобы максимально выпотрошить зону до начала гона. Дружинники возвращаются только чтобы сдать добычу и подлечиться, а потом снова уходят в аномалию. Прохор сказал, что дела до окружающих владений им нет никакого. А ещё Кожедуб просил передать, что они и дня не простоят после начала гона.

— А вот с этого места поподробнее, — понимая, что именно эта информация может очень сильно повлиять на мои планы по защите владения, приказал я.

— Они не бойцы, — невозмутимо ответил Шатун. Мы катили по грунтовой дороге в сторону границы с владением Кострова и повсюду я видел следы присутствия своих людей. Если в первые дни после возвращения мы ездили по диким лесам, то сейчас пропустить многочисленные следы колёс и боёв мог только слепой. Родовая сеть тоже активно участвовала в защите моих земель. После качественного восстановления, накопление энергии пошло значительно быстрее. Быстро проверив состояние сети, пришёл к выводу, что можно начать модернизацию. Если не сильно задержусь в гостях, то приступлю прямо сегодня. Аршавин некоторое время молчал, подбирая нужные слова, а потом продолжил. — Налётчики, грабители, старатели… Не знаю, как правильно их назвать. Такие приходят в подходящий момент, чтобы получить максимум выгоды. Но я не верю, что кто-то из них станет жертвовать своими жизнями ради защиты Империи или жителей владения.

— Алексей Андреевич подобрал, мягко горя, не очень хорошую кандидатуру для договора патронажа, — хмыкнул я. Очень многие главы аристократических семей жаждали получить место в первой линии защиты аномальной зоны. Вот только мало кто из них действительно понимал, насколько это тяжёлое бремя. — Ожидаемо.

— Гости с Дальнего Востока пытаются очень агрессивно зарабатывать на тех процессах, про которые знают очень мало, — произнёс Ратай. — Прохор считает, что они могут спровоцировать сильную реакцию аномальной зоны, но он не может их остановить. Только сообщил, что его люди держатся ближе к границе с нашей территорией. Если что-то пойдёт не так во время начала гона…

— Я предупрежу Александра Егоровича, чтобы он встретил Кожедуба и его людей на границе, — кивнул я. — Но для нас это не очень хороший вариант. Переманивать чужих дружинников на свою сторону… Пока Прохор официально служит Антиповым, я смогу только дать ему временное убежище, а потом ему всё равно придётся вернуться на землю Алексея Андреевича.

— Если Прохор всё ещё будет служить князю, — хмуро поправил меня Аршавин.

— Насколько я помню, супруга главы соседской дружины в очень плохом состоянии и живёт только благодаря усилиям князя Антипова, — произнёс я. — Кожедуб не из тех людей, которые могут забыть о подобном или предать.

— Екатерина была укушена жересом, Ярослав Константинович, — негромко сообщил Шатун и, видя непонимание на моём лице, продолжил. — Это очень редкая тварь, которая живёт в глубинных частях аномальной зоны. Ближе шестидесяти километров от границы их вообще ни разу не видели. А дальше… Туда вообще редко кто заходит и ещё реже возвращается.

— Но данные об этом существе есть? — посмотрев на главу родовой дружины, уточнил я.

— Есть, — неохотно кивнул Николай Петрович. — Ну как данные? Я бы назвал это скорее байками старожилов зоны, чем официальными сводками.

— Если рейд Антипова встретил и убил это существо, значит должны быть и официальные данные, — предположил я.

— Рейд Антипова встретил жереса и сбежал, оставив заслон из самых сильных бойцов и магов, — угрюмо ответил Ратай. — В этот заслон попала жена Прохора и он сам остался тоже. Вот только жерес пошёл за основной массой и даже не обратил внимания на то, что его кто-то пытается перетянуть на себя. Десять сильных магов и три десятка бойцов, из которых пятеро были Ратаями и Мастерами. Жерес просто пронёсся мимо, оставив после себя только облако смертельного яда. Кого накрыло полностью, тот умер мгновенно. Кого частично — тех удалось дотащить до границы. Основной рейд ушёл только потому, что тварь не пошла дальше отметки шестидесятого километра. Там вторая граница зоны находится. Условная, но её тоже не пропустишь.

— Интересно… — задумчиво протянул я. Это какой же силы должен быть монстр, что он может только в глубинных слоях аномалии жить? Если даже близкая добыча не заставила чудовище покинуть привычную территорию, то это означало, что прибыль от охоты не перекрывала потери. А какие тогда должны быть эти энергетические потери? — Мне нужна подробная характеристика чудовища, Николай Петрович.

— Нет! — мгновенно возмутился Ратай. — Даже не думайте, Ярослав Константинович! Даже не думайте. Ни с Витязями, ни даже с полным подразделением Зейда. Это самоубийство!

— Я не говорю, что пойду искать этого жереса, Ратай, — рассмеялся я. — Не нужно так переживать. Но понимать, что это за зверь и чем он может угрожать при встрече мне нужно.

— Вот об этом я и говорю! — проворчал в ответ Аршавин. — Во-первых, я прекрасно знаю, как вы используете подобную информацию. Иглобой до сих пор снабжает наше производство заряженной аспектом Жизни водой. Во-вторых, жерес встречается только дальше шестидесяти километров от границы. Как при каких условиях вы с ним можете «случайно» встретиться, ваша светлость?

— Уел, — широко улыбнулся я. — Но в ближайшее время я туда точно не пойду, Николай Петрович. Не с такими силами. Рассказывай.

— Жерес внеранговый зверь, — подозрительно покосившись на меня, ответил Ратай. — Можно сказать, что это что-то вроде искалеченной формы семикрылого.

— Подробности, Николай Петрович, — требовательно произнёс я. — Мне нужны подробности.

— Аномальные звери становятся носителями аспектов в сплетениях. Когда попадают туда случайно, — издалека начал Шатун, но я не стал ему говорить,