оказался сильнее, и я это признал! Но ты… ты вешаешься на него как последняя…

Он не успел договорить. Хлоя двинулась быстрее, чем он ожидал. Ее рука метнулась вперед, и из воздуха материализовались лепестки ликориса, острые как бритвы.

Абель едва успел отклониться. Лепестки прошли в миллиметре от его щеки, оставив тонкий порез на коже.

— Осторожнее, братец, — прошипела Хлоя, зло смотря на своего родственника. — Слова имеют последствия.

Абель потрогал порез, с удивлением глядя на кровь на пальцах.

— Ты напала на меня… — прошептал он. — Ты, действительно, напала на собственного брата⁈

— А ты оскорбил мою честь! — холодно ответила Хлоя.

Напряжение в комнате достигло критической точки. Абель медленно принял боевую стойку, а вокруг Хлои закружились новые цветы ликориса.

— Хорошо, — сказал он тихо. — Если ты хочешь решить это силой, я не против.

Они сошлись в центре комнаты. Абель был сильнее физически, его техники боя отточены годами тренировок и реальных сражений. Но Хлоя была быстрее, непредсказуемее, и ее магия давала преимущество в мобильности. А еще девушка была капельку безумна и поэтому ужасно опасна.

Лепестки ликориса атаковали со всех сторон, но Абель уклонялся с мастерством опытного воина. Он попытался сблизиться, но Хлоя создала между ними завесу.

— Ты изменилась, — сказал он, кружась вокруг завесы. — Стала сильнее. И… опаснее.

— Дарион вдохновляет меня, — эмоционально ответила Хлоя, формируя из лепестков длинные лозы. — Рядом с ним я становлюсь лучшей версией себя.

— Он делает тебя безумной!

Лозы из ликориса ринулись на Абеля, но он схватил одну из них голыми руками, проигнорировав порезы, и дернул. Хлоя потеряла равновесие, и брат воспользовался этим, чтобы сократить дистанцию.

Его рука легла на горло сестры, но не сжалась.

— Остановись, — тихо сказал он. — Ты же моя младшая сестра. Я не хочу причинять тебе вред.

Хлоя замерла. В ее глазах мелькнуло что-то — остатки старой привязанности, воспоминания о временах, когда они были просто братом и сестрой.

— Я беспокоюсь за тебя, — продолжил Абель. — Этот вопрос дойдет до старейшин клана. Они не потерпят подобного поведения от члена семьи. У тебя могут быть серьезные проблемы.

Цветы ликориса медленно растворились в воздухе. Хлоя опустила руки, но ее лицо оставалось холодным.

— Я делаю то, что хочу, — сказала она тихо. — И мне плевать на мнение старейшин.

— Хлоя…

— Убирайся из моей комнаты, — прервала она его. — И больше не вмешивайся в мои дела.

Абель долго смотрел на нее, затем тяжело вздохнул.

— Хорошо, — сказал он. — Но когда все пойдет наперекосяк, не говори, что я тебя не предупреждал.

Он развернулся и вышел, тихо закрыв за собой дверь.

Хлоя осталась одна в комнате, ее дыхание постепенно выровнялось. В отражении зеркала она увидела собственные глаза — горящие лихорадочным блеском.

— Пусть попробуют мне помешать, — прошептала она. — Дарион принадлежит мне. И никто не встанет между нами!

* * *

Здание «Последнего Предела» встретило меня привычной суетой. В холле толпились новобранцы. На втором этаже раздавались звуки ковки от подмастерьев Арии.

Кайден встретил меня у входа с широкой улыбкой.

— Дарион! Как дела? Разлом оказался интересным?

— Как обычно, — буркнул я, направляясь к лестнице. — Что-то важное?

— Да, у нас гость, — Кайден указал в сторону тренировочного зала. — Ждет тебя внизу. Сказал, что дело важное.

Я спустился в подвальный тренировочный зал и остановился в дверях. Картина была… необычной.

Все новобранцы «Последнего Предела» сидели вдоль стен, наблюдая с благоговейным ужасом за тем, что происходило в центре зала. Там, окруженный штангами и гантелями, стоял массивный мужчина и методично поднимал железо.

Очень много железа.

— Выглядишь лучше, чем тогда — после «Забытых Глубин», — сказал я.

Бартоломей Реккар повернулся ко мне и медленно поставил штангу на стойку. Гигант ростом в два с половиной метра выглядел почти восстановившимся после той мясорубки, которую устроила ему Изабель в Разломе. Да уж, будто ничего и не было — это и есть сила S-рангов?

— Ты хороший воин, Дарион, — сказал он, беря полотенце и вытирая пот с лица. — Диккенс сказал, что тебе можно доверять. Поэтому я и пришел.

Глава 14

Неожиданный союзник

Я посмотрел на Бартоломея, оценивая его состояние. S-ранговый охотник выглядел почти полностью восстановившимся после того, что случилось в «Забытых Глубинах». Подозреваю, что у людей его калибра регенерация работала куда лучше, чем у обычных смертных. Все же магия меняет людей.

Кивнув в сторону стойки с тренировочным оружием, я сказал:

— Выбирай.

Новобранцы «Последнего Предела» притихли, понимая, что сейчас увидят нечто особенное. Не каждый день S-ранговый охотник появляется перед ними, а уж тем более не каждый день такой человек берется за спарринг.

Бартоломей подошел к стойке и без колебаний выбрал самый массивный двуручный клинок. Оружие, которое обычному человеку показалось бы неподъемным, в его руках выглядело естественно — так что его выбор был вполне ожидаем. Я взял свой привычный полуторный меч — золотую середину между скоростью и силой.

— Мне нравится, — усмехнулся гигант, делая пробный взмах тренировочным оружием. — Мы говорим на одном языке.

Действительно. В отличие от большинства современных «мастеров», которые полагались на магию больше, чем на сталь, Бартоломей был воином старой школы. Тот самый тип, который без проблем вписался бы в мою эпоху.

Мы сошлись в центре зала. Новобранцы инстинктивно отодвинулись к стенам — даже тренировочный бой двух мастеров мог быть опасен для случайных зрителей.

Первые движения были осторожными, разведывательными. Бартоломей наносил размашистые удары, тестируя мою защиту, а я отвечал точными выпадами, проверяя его реакцию. Это была не схватка на уничтожение, а скорее, дружеский поединок — два профессионала, изучающих стиль друг друга. Но в любой момент все могло измениться.

— Слышал, ты неплохо показал себя против инструкторов, — сказал Бартоломей, парируя мой удар и переходя в контратаку. — Бронн до сих пор жалуется на синяки.

— Они слишком самоуверенны, — ответил я, уклоняясь от его двуручника и нанося скользящий удар по боку. — Думают, что их методы универсальны и подходят для оценки всех.

Тренировочное оружие звякнуло от столкновения. Бартоломей использовал классическую технику двуручного меча — мощные, размашистые удары, каждый из которых мог пробить почти любую защиту. Но он не полагался только на грубую силу.