Мы разговаривали всю дорогу домой и во время обеда. Я что-то ел, но что именно — понятия не имею. Я был твердо убежден, что увидел истину. Такое впечатление, что я проглотил солнце, и теперь оно рвется наружу из каждой поры. Я говорил и говорил, час за часом, но так и не смог описать по-настоящему хотя бы один фрагмент из того, что со мной происходило в Альбионе, что я пережил.

Сюзанна все это выслушала и после обеда предложила прогуляться вдоль реки, во-первых, чтобы не заснуть, а во-вторых, чтобы слушать дальше. Мы ходили до сумерек. Потом небо расцветилось красно-золотыми облаками, они неторопливо плыли над изумрудными холмами и сияющими зелеными полями. Пары и семьи мирно гуляли по набережной, а лебеди бороздили реку, словно пернатые галеоны. Куда бы я ни посмотрел, я видел сплошной покой — настоящий субботний вечер.

— Ты был прав, — сказала она, когда я наконец выдохся. — Это невероятно. — Я ожидал более эмоциональной реакции, но у меня и так болела челюсть и в горле пересохло. — Просто невероятно, — повторила она и прижалась ко мне.

— Да, только ты единственная, кто об этом знает.

Она остановилась и повернулась ко мне.

— Это неправильно. Ты должен рассказать людям, Льюис. Это важно. — Я открыл рот, собираясь возразить, но она отвергла мои возражения. — Я серьезно, Льюис. Такое нельзя держать в себе. Люди должны знать, это твой долг!

Мысль о газетах и репортерах повергла меня в трепет. Папарацци тычут микрофоны и слепят вспышками, телевидение, радио — бесконечная череда скептиков, чудаков и равнодушных неверующих… Ни за что!

— Кто мне поверит? — хрипло спросил я. — Расскажи я об этом кому-нибудь еще, и билет в психушку в один конец мне обеспечен.

— Да, это возможно, — кивнула она. — А зачем тебе вообще что-нибудь говорить? Не проще ли написать? С клавиатурой ты работать умеешь, — заметила Сюзанна, все более воодушевляясь собственной идеей. — Живи себе в квартире Неттлса, пиши, а я тебе помогу. — Она выгнула бровь и улыбнулась озорной улыбкой. — Ну, что скажешь?

Вот так я и оказался за столом Неттлса перед старой пишущей машинкой с пачкой бумаги, а Сюзанна суетилась на кухне, готовя чай и сэндвичи. Я вставил лист бумаги и занес пальцы над клавишами.

И что? С чего начинать?

Оглядев рабочий стол, я заметил маленький листок, на котором был изображен кельтский узор, тот самый, который показывал мне профессор Нетлтон. Я долго смотрел на рисунок, погружаясь в него все глубже: две переплетающиеся линии переходили друг в друга, образуя гармоничный узор. «Узел Вечности».

Слова родились сами. Я начал печатать:

«Все началось с зубров…»

Стивен Лоухед

Карта на коже

Книга первая

«Почему Вселенная такая большая?

Потому что мы здесь!»

Джон Уилер, физик

В память о Кэтрин

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. Старый прямой путь

ГЛАВА 1, в которой возникают призраки прошлого

Если бы Кит знал, что еще до вечера ему откроются скрытые измерения вселенной, он мог бы лучше подготовиться, по крайней мере, взял бы с собой зонт.

Как и большинство лондонцев, Кит каждый день мучительно блуждал по городу, о сложностях передвижения по которому рассказывают анекдоты. Он хорошо знал, чем грозит даже самый обычный выход за дверь. Мир за порогом его жилища тут же становился аналогом боевой операции, и он привык вооружаться, чем только можно. Кит давно изучил свой район, знал, где можно найти самые необходимые для выживания вещи и как до них добраться. Он держал в голове целый путеводитель: карту улиц, перечень автобусных маршрутов и расписания. Он выучил наизусть схемы лондонского метрополитена; знал самую короткую дорогу на работу, а с работы мог запросто попасть в свои любимые пабы, бакалейную лавку, в кино или в парк, где бегал трусцой. Впрочем, последнее случалось нечасто.

Это утро ничем не отличалось от многих других. Всего пару минут назад он закрыл дверь квартиры в Холлоуэе, чтобы поехать к своей девушке и составить ей компанию в давно обещанном походе по магазинам. Даже не подозревая о том, что вышел в путь без возврата, он направился к ближайшей станции метро, привычно хлопнул проездной картой по турникету, сбежал по лестнице и успел заскочить в поезд, уже закрывавший двери. Отметил две первые остановки, внутренне удовлетворенно кивнул, поскольку все шло по плану, но тут перед третьей остановкой ему сообщили по громкой связи, что дальше линия закрыта в связи с ремонтом.

— Поезд дальше не пойдет. Всем пассажирам выйти из вагона, — прохрипел голос из динамиков.

Поворчав с остальными попутчиками, Кит поднялся на поверхность, где обездоленных пассажиров метро ждал специальный автобус, удачно замаскированный на дальней стороне станции Кингс-Кросс. Кит совсем забыл, что сегодня воскресенье, а значит, «Тоттенхэм Хотспур» играет с «Арсеналом», но очередь раздосадованных болельщиков, растянувшаяся на половину Юстон-роуд, тут же напомнила об этом примечательном событии. Не желая тратить время на ожидание, он быстро разработал альтернативный план встречи с Вильгельминой: всего-то и дел, что перейти дорогу и сесть на северную ветку от Кингс-Кросс до Моргейта, потом на поезд до Ливерпуль-стрит, пересадка на центральную ветку и выход на остановке Бетнал Грин; а уж оттуда проще простого добраться на автобусе до Гроув-роуд. Дальше через парк Виктория, и вот он, дом Вильгельмины на Ратленд-роуд. Да запросто, подумал он, ныряя обратно в Подземелье.

Кит снова помахал проездной картой турникету, однако на этот раз вместо зеленой стрелки замигала красная лампочка. Вот это уже в план не вписывалось. Кит растерялся. Сзади подходили все новые пассажиры, и он раздраженно постучал карточкой по сенсору турникета. В ответ на маленьком табло высветилось жуткое сообщение: «Обратитесь за помощью в техническую службу». Потрясающе! Он тяжело вздохнул и начал проталкиваться через скопившуюся очередь, вызвав шквал недовольных выкриков и раздраженного бурчания. Мимоходом он отметил, что большинство из его несостоявшихся попутчиков носили футболки «Арсенала» или «Тотенхэма».

— Извините, — проворчал он, пробиваясь назад, — извините меня. Мне ужасно жаль.

Он кинулся к ближайшей билетной кассе и, сумев как-то не запутаться в барьерах, обнаружил, что за окошком никого нет. Кит перебежал к следующему окну и громко постучав изменницей-картой по стеклу, сумел разбудить дежурного.