— Ты говорил о свободе, — обратился я к нему. — Что конкретно вы хотите?

— Покинуть Иссил, — прошелестел едва слышно элементаль.

— Я уже говорил — за барьером всё иначе, — я вздохнул и огляделся по сторонам.

Чёрный песок перекатывался по каменному плато, на котором мы стояли. Шорох мелких камешков был похож на шелест волн. Не знаю, почему у меня сложилась именно такая ассоциация, может просто надо отдохнуть, поваляться в гамаке и поплавать в солёной воде?

— Так вот, — я тряхнул головой, отгоняя мысли об отпуске. Всё равно в ближайшее время он мне не грозит. — За барьером другая жизнь, другие законы. Там нет элементалей, но есть инквизиция и Хранители, которые имеют доступ к любой точке мира.

— Жидкий камень, — сказал элементаль и подплыл к моей статуе. — Если сложить его нужным образом и напитать, он закроет доступ Хранителям. Мы уже делали это однажды, сделаем снова в другом месте.

— Я не буду закрывать свои земли от всех, — поморщился я. — Только от Хранителей. Я планировал изолировать Каньон, а не всё, что вокруг него.

— Мы поможем, найдём решение, — элементаль снова подплыл ко мне. — Оставаться в Иссиле подобно пытке.

— Почему сами не уйдёте? — поинтересовался я. У меня после боя с големами ноги тряслись, но я упорно стоял, хотя и немного пошатывался.

— Барьер, кристалл — они связаны с нами, — элементаль вздохнул совсем по-человечески и опустился ниже. — Если мы покинем город, всё, что было нами создано, разрушится. Мы этого не хотим.

— Так, давай конкретнее, что ты предлагаешь? — ох уж эти неземные сущности, которые мыслят не так, как люди. То хотим уйти, то не можем уйти. Пойди пойми их.

— Служение тебе, спаситель, — сказал элементаль, крутанувшись вокруг лисёнка на плечах Михаила и подлетев вплотную ко мне. — Ты смог подарить одному из слабейших физическую форму. Мы тоже хотим так.

— Это была не моя заслуга, — признался я. — И не называйте меня спасителем, уж вы-то — не дикари.

— Ты Проводник, — сказал элементаль, и в воздухе повеяло чем-то сверхъестественным, у меня даже мурашки по предплечьям пробежали. — Тот, кто сможет восстановить течение энергии. Ты уже сделал это, просто сам не понимаешь.

— Да я много чего натворить успел, — я пожал плечами. — Даже вон в инквизицию вступил и Каньон закрыл.

— Проводник энергии — спаситель для нас, элементалей. Мы ждали тебя сотню лет, — м-да, пафоса этому элементалю не занимать. Даже возникло чувство дежавю — точно так же вещал грозовой элементаль, когда я с ним договор заключал. — Не поможешь ты — никто не поможет.

— Я так и не услышал конкретики, — сказал я. Мне этих разговоров вокруг да около хватило с Вольтом. — Давай по делу.

— Нас двадцать пять, — прошелестел элементаль, став ещё бледнее. — Пятеро отправятся с тобой, чтобы помочь с барьером и изучить мир снаружи. Двадцать останутся здесь, поддерживать кристалл.

— А дальше что? — уточнил я с интересом. Пять элементалей, конечно, куда лучше, чем двадцать пять. Куда бы я их дел всех?

— Будем сменять друг друга, а когда победим Хранителей, станем свободными, — элементаль стал почти прозрачным, и я испугался, как бы он не развоплотился. Ну или что там элементали делают, когда умирают. — Этот мир был нашим домом. Ты подчинил жидкий камень, и мы по праву можем назвать тебя хозяином живых камней и служить тебе во имя справедливости, наравне с твоими созданиями.

— Ты про Машу? — я указал на статую. Ну красивая же, зараза, получилась!

— Да, и про остальных тоже, — отныне, где бы ты ни был, живой камень в твоих руках станет оружием и подчинится.

— Хм, про каких остальных… — я не договорил, и резко обернулся.

Плеск волн, да? Шорох песка и гальки? Ага, щас!

На каменном плато виднелись бугры, которые будто перетекали под землёй. И стоило мне подумать о том, что это неспроста, как камень вспучился, и наружу хлынула дюжина мини-Машек.

— Я не могу! — Вольт начал кататься на спине, дёргая лапами. Его смех звучал в моей голове, почти оглушая. — Вот умора! Князь, да у тебя талант!

— Стоять! — рявкнул я, и всё замерло. Даже Вольт завис с торчащими кверху лапами. — Что здесь происходит⁈

— Мои дети пришли приветствовать хозяина, — сказала мама-статуя.

Мелкие, ну, наверное, всё же големы подбежали ко мне и встали в ряд. Ростом они были чуть повыше меня, и все их прелести прикрывали красные балахоны, точь-в-точь как у старшей Маши. Да где ж я так нагрешил-то?

— Им обязательно быть такими? — спросил я у Маши.

— Они мои дети, — ответила она. Я так понял, это означает, что да, они такими и останутся. — А вот остальные будут иными.

— Остальные… — с сарказмом протянул я и кивнул головой. — Ну всё понятно же. Будут ещё остальные. Потрясающе!

— А потрогать можно? — тихо спросил Саша. Я посмотрел на него и хлопнул себя по лбу ладонью. Цирк на выезде. — Понял, не буду.

— Значит так, — я повернулся к Маше. — Остаётесь здесь, пока я за вами не приду. Ничего не делаете, никого не трогаете, сидите себе под землёй и ждёте. Ясно?

— Десять дней, — сказала Маша. И снова она говорит загадками. Вот что это значит? — Десять дней мы можем ждать, потом начнутся необратимые разрушения. Но ты можешь взять с собой частичку меня, и тогда увеличишь срок до тридцати дней.

— Давай свою частичку, — махнул я рукой, а потом задумался. Надо же ещё оружие для Громобоев раздобыть, чтобы иметь аргументы при разговоре с туземцами.

Моя статуя протянула мне руку, а когда я подставил ладонь, в неё упал каменный палец. Да ладно? Мне теперь с пальцем в кармане бегать и думать, как бы его не потерять?

Неужели нельзя было пёрышко от крыльев отломить? Или вообще сделать что-то вроде кулона с кольцом, чтобы я на цепочку с медальном эмиссара повесил? Только я об этом подумал, как палец на моей ладони преобразовался в подвеску в виде факела инквизиции.

— Как красиво, — тихо сказала Пожарская, когда я повертел подвеску в руках, а потом прицепил к медальону. — Вот бы и мне такую…

— Вот когда свою статую сделаешь, у неё и попросишь, — сказал я, глядя на элементаля, который не то уснул, не то уже помер. — Эй, уважаемый, надо бы нам вернуться в Иссил, пока ты совсем не растаял.

— Да, надо, — шелест его слов я едва уловил. — Но мы не можем выйти… дверь закрыли с той стороны.

Я посмотрел туда, где находился разлом, и выругался. Так вот куда утекала энергия золотистого элементаля. Я-то думал, что