повернулся к аристократу. — Твоя доля. Пятьсот тысяч имперских рублей.

Я выложил перед ним пять толстых пачек. Он не стал их пересчитывать, просто кивнул с деловой серьезностью.

— Из них, — продолжил я, — сотку ты, как и договаривались, отдашь за аренду машин и корабля. А я со своей стороны сам отдам сотню нашим железнодорожным друзьям. Тебе так будет удобно? Пойдет?

— Без проблем, Алексей, — ответил Артемий. — Мне так даже намного лучше будет. Все четко и по полочкам раскидаешь, спасибо! А то как-то у меня с ними коннект не заладился.

Я мысленно прикинул остаток. У меня оставалось где-то чуть меньше семисот тысяч. Чистыми, уже моими. Сумма, которую я очень и очень давно не держал в руках. Это было почти две годовые зарплаты Лены в магобанке. Два года жизни человека лежали передо мной в этом серебристом чемодане.

— Ну а теперь, — с напускной торжественностью объявил я, — чтобы нам с вами отлично отметить эту первую большую победу, я выкидываю на стол сорок пять тысяч имперских рублей, угощайтесь, друзья!

Я бросил пачку купюр в центр стола. Артемий, не моргнув глазом, тут же достал из своей доли и положил рядом такую же.

— Солидарность, — сказал он только одно слово. Конечно же, я понимал, что его статус не позволил бы ему кутить за чужой счет или даже положить меньше меня на стол.

Настя лишь улыбнулась и развела руками.

— А я буду вашим очаровательным сопровождением. Надеюсь, никто за этим столом не против?

— Никогда не против, ты же наша единственная леди! — ухмыльнулся я.

Сашка, покраснев, порылся в пачке денег, которую я дал ему ранее, и с некоторой робостью положил на стол пять тысяч.

— Я… Я тоже хочу! — сказал он, и в его глазах читалось искреннее желание быть частью нашей стаи и не оставаться в долгу.

Мы улыбнулись. Сумма была несопоставима с нашими, но жест был важнее. Я это в нем ценил.

— Ну что же, уважаемы гости столицы, что будете заказывать? — Настя взяла в руки меню, разворачивая его на весь стол.

Я и Сашка переглянулись.

— Настя, мы в этом — как баран в новых воротах, — честно признался я. — Заказывай на свой вкус. Уверен, не промахнешься, и нам понравится.

Артемий что-то пробормотал про «темпуру» и «угря», но в целом тоже делегировал свои полномочия. Настя кивнула, поймала взгляд официанта и начала сыпать на него заказом различных японских яств.

Вскоре стол начал ломиться от блюд, названия которых я с трудом мог выговорить, самое простое из списка: сашими, роллы, запеченные гребешки, какие-то странные супы и десяток маленьких тарелочек с неведомыми закусками. Появился и графин с саке, что было неотъемлемой частью сегодняшнего стола.

— Ну, за успех нашей безумной авантюры! — подняла свою маленькую фарфоровую чашечку Настя.

— За мою команду! — добавил я.

— За новых друзей! — громко сказал Сашка.

— За материальные блага! — с улыбкой заключил Артемий.

Мы выпили по первой. Саке оказалось обманчиво мягким, но с приятной остротой.

Ребята принялись рассказывать Насте о наших небольших приключениях. Сашка, воодушевленный алкоголем и обстановкой, с жаром описывал, как мы с ним летали между лодками, перекидывая ящики с одного на другой.

— А Леха-то как летел! Прям как сокол! А я за ним… Ну, он меня еще потом назвал — медведь летящий! — он так сильно размахивал руками, что чуть не опрокинул соусник с васаби.

Настя слушала, подперев голову рукой, и ее взгляд то и дело останавливался на мне. В нем читалось любопытство и заинтересованность?

В какой-то момент, после третьего или четвертого графина саке, Артемий заметно расслабился. Его аристократическая сдержанность начала таять. ю и он максимально раскрепостился.

— Слушай, Леха, — начал он, поворачивая ко мне голову. — У меня к тебе вот такой, знаешь ли, серьезный вопрос. Давно хотел спросить, да все никак, а сейчас, думаю, самый подходящий момент…

Все притихли, чувствуя, что разговор принимает серьезный оборот.

— Я весь вечер думаю, мы же больше половины заработанных денег отдаем какому-то твоему партнеру, верно?

Не хотел особо обсуждать с кем-то Севера за его спиной, но уже было поздно

— Да, верно! К чему ты клонишь? — спросил я.

— Ну просто мы сделали по факту всю работу, а получаем меньше половины? — Артемий наконец-то стал переходить напрямую к делу.

— Ты забываешь, что именно мой партнер нашел данный товар и он был инвестором этого проекта! — указал на две важные детали я.

Артемий посмотрел на меня и продолжил:

— Алексей, да это мне все понятно… Но, черт возьми, основную работу, весь риск — это взяли на себя мы! Если вопрос только в деньгах… — он сделал небольшую паузу. — То мы вполне могли бы все это сделать и без него. И заработать на одной сделке не полтора, а все два с половиной миллиона. Только представь, какие перед тобой откроются возможности с такими деньгами, Алексей!

Его слова повисли в воздухе на некоторое время. Я задумался. Конечно, я и сам понимал, что Север на мне зарабатывает. Но сейчас, озвученная Артемием мысль ударила с новой силой. Может быть, сказался алкоголь. А может, проснулось то самое, давно забытое нутро предпринимателя, который привык работать на себя, а не вкалывать на какого-то воришку, рискуя каждый раз всем, что у меня есть.

— Я не спорю с тобой, и сам об этом задумывался, ты прав, Артемий, — медленно проговорил я. — Были бы у нас на это стартовые деньги, мы бы могли об этом подумать.

— Но, Алексей, — Артемий посмотрел на меня с вызовом, — у нас же есть деньги! Смотри, он вложил, по сути, что-то около миллиона? Если сложить твои шестьсот пятьдесят и мои триста пятьдесят тысяч, то у нас как раз выходит нужная сумма для следующей закупки! Что нас останавливает?

— Артемий, — я попытался вставить здравый смысл. — Я всё понимаю, что ты смотришь на наше дело со стороны бизнеса и ты видишь, что ресурсы у нас есть, согласен. При этом ты не до конца понимаешь, с кем я работаю и как это работает. Я же вижу эту ситуацию изнутри и полностью, поэтому и говорю тебе, что сейчас у нас нет возможности работать самостоятельно.

— Но, Алексей, ты же понимаешь… — начал было Артемий.

Я резко его перебил. Мне не понравилось то, что он не понял меня с первого раза.

— Я все прекрасно понимаю, Артемий! Но в таком деле нельзя торопиться. Все должно быть вовремя и именно тогда, когда мы будем к этому готовы на все сто процентов. А пока… Пока ты можешь либо продолжать работать