Шрифт:
Интервал:
Закладка:
— Лотти, — я отставила чашку. Пить расхотелось окончательно. — Послушай меня внимательно. То, что здесь происходит — не проклятие. И не демоны.
Служанка уставилась на меня с недоверием.
— А что же тогда, миледи?
— Охота, — жестко произнесла я. — Кто-то очень не хочет, чтобы у барона была жена и наследники. Кто-то, кто знает этот замок как свои пять пальцев. Кто имеет доступ к кухне, к комнатам, к механизмам.
Я встала и подошла к злополучному окну. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая море в багровые тона.
— Леди Ровена… — прошептала я, скорее для себя. — Она тоже чувствовала, что сходит с ума? Что мир ополчился против нее?
— Да, — тихо ответила Лотти. — В последнюю неделю она даже еду боялась брать. Ела только сухари и воду. Думала, ее травят. Все считали, что она повредилась рассудком.
Она не повредилась. Она просто поняла слишком поздно.
Я сжала кулаки так, что ногти впились в ладони. Ярость, холодная и расчетливая, вытеснила страх. Я не Ровена. И не кроткая Элина. Я знаю психологию. Я знаю, как люди лгут и как они убивают.
— Спасибо, Лотти, — я повернулась к девушке. — Ты мне очень помогла. Теперь я понимаю, с чем имею дело.
— Что вы будете делать, миледи? — с ужасом спросила она. — Бежать?
— Бежать некуда, — я горько усмехнулась. — Герцог вернет меня обратно или казнит. Нет. Мы будем играть. Но теперь — по моим правилам.
Глава 13
Я подошла к груде бархата на полу. Взгляд зацепился за острый наконечник карниза. Если бы он попал в цель, произошел бы очередной «несчастный случай». Появилась бы новая жертва проклятия. И Ридгар снова винил бы себя, мать его.
Кстати, о матери.
— Лотти, скажи… А где живет Агнетта? В какой части замка?
— Во вдовьем крыле, миледи. Это на востоке. Там очень красиво. Оранжерея с редкими цветами. Леди Агнетта сама за ними ухаживает.
Цветы. Яды. Оранжерея. Совпадение? Не думаю.
— Завтра же, — твердо сказала я, — мы нанесем визит вежливости матушке. Я вдруг страстно полюбила ботанику.
Лотти смотрела на меня как на сумасшедшую, но в ее взгляде промелькнула искра надежды. Впервые за долгое время кто-то в этом проклятом месте не трясся от страха, а готовил план атаки.
— А сейчас, — я потянулась, чувствуя, как ноет ушибленное бедро, — помоги мне убрать этот погром. Не хочу, чтобы преступники видели, что их ловушка сработала. Пусть гадают, почему я все еще жива.
Мы принялись за работу. Я скручивала тяжелый бархат, а в голове крутилась одна мысль: три мертвые жены. Три разных способа убийства. Но почерк один — использование окружения. Враг не бьет ножом в сердце. Враг делает так, чтобы замок сам убил тебя.
Что ж, посмотрим, кто кого. Я современная женщина в теле молодой баронессы. И у меня есть преимущество, о котором они не знают: я прочла и пересмотрела массу детективов. И я чертовски хочу жить.
Мы с Лотти действовали слаженно, как сообщницы, заметающие следы преступления. Хотя преступление совершили против меня, выставлять его напоказ сейчас было смерти подобно.
Я понимала: если я подниму шум, Агнетта просто скажет, что карниз был старым, а я — истеричкой, которая дергает за шторы с силой портового грузчика. Нет, врага нужно бить его же оружием — молчанием и неожиданностью.
— Сюда, миледи, — пыхтела Лотти, помогая мне затолкать тяжеленную бархатную портьеру в дальний угол гардеробной. — Если подвернуть край, никто и не заметит, что одной шторы не хватает. Комната и так темная.
Мы отодвинули обломки металла под массивный комод. Я вытерла испарину со лба тыльной стороной ладони. Адреналин, бурливший в крови полчаса назад, начал отступать, оставляя после себя противную, липкую слабость и дрожь в коленях. Но расслабляться было нельзя. Снизу, со двора, донесся резкий, требовательный звук рога, а затем — цокот копыт по брусчатке.
Вернулся.
Мой «любящий» муж вернулся из своих шахт. Я метнулась к зеркалу, приглаживая растрепанные волосы и щипая себя за щеки, чтобы вернуть им хоть какой-то румянец.
— Миледи, — в дверь робко поскреблись. — Ужин подан в Большом зале. Его светлость ожидает вас.
Я глубоко вдохнула, расправляя плечи. Игра набирала обороты.
Большой зал встретил меня могильным холодом и гулкой пустотой. Потолки терялись где-то во тьме, факелы на стенах чадили, выхватывая из сумрака оскаленные морды чучел кабанов и оленей, а сквозняки гуляли по полу так свободно, что подол моего платья жил своей жизнью.
Длинный стол, за которым можно было усадить роту солдат, слуги накрыли на две персоны. И, разумеется, наши места располагались на разных его концах.
Ридгар уже находился там. Он даже не переоделся с дороги: на его куртке виднелась серая каменная пыль, а высокие сапоги были забрызганы грязью. Он сидел, откинувшись на высокую спинку стула, и крутил в руках кубок. При моем появлении он не встал, лишь проследил за мной тяжелым, немигающим взглядом.
— Добрый вечер, Ридгар, — произнесла я, стараясь, чтобы голос не звенел от напряжения, и опустилась на свой стул.
— Вечер, Тесса, — приветствовал хриплым уставшим голосом. — Надеюсь, ты провела день с пользой? Не скучала здесь?
Между нами возникла фигура личного помощника барона, прислуживающего нам за столом. Берт, кажется. Он поставил передо мной тарелку с дымящимся рагу, наложил прочей снеди, которой тут хватало с избытком.
Я поймала на себе его взгляд — колючий, изучающий, совсем не старческий. Еще один шпион? В этом замке даже у тараканов, наверное, есть уши.
— Нет, я нашла, чем себя занять, — взяла вилку, подцепив кусочек мяса, который выглядел подозрительно жилистым. — Изучала замок. Знакомилась с персоналом. Твой дом полон сюрпризов, Ридгар.
— Сюрпризов? — он прищурился, отрезая кусок стейка с такой яростью, будто это была плоть его врага. — И что же тебя удивило? Пыль в библиотеке или сквозняки в коридорах?
— Скорее, ветхость некоторых конструкций, — уклончиво ответила я, отправляя в рот кусочек моркови. Вкус показался мне пресным, словно повар сэкономил на специях. — Тебе стоит выделить средства на ремонт, дорогой. Иначе однажды что-нибудь тяжелое свалится кому-нибудь на голову.
Ридгар замер с вилкой
