class="p1">– Мы позволили себе минуты счастья. – Кала сорвала травинку и стала щекотать мое лицо.

– Перестань, ты и так победила, – я вырвала травинку из ее рук. Слова Калы обратили мои мысли к Брюху. – Наши друзья в опасности, – мотнула я головой, – Нас убьют, если поймают, у меня есть время только до полудня, чтобы вернуться в лес, а я веду себя как ребенок.

– Прости, мне просто захотелось прожить те мгновения, которых нас лишили, когда забрали тебя в Топь, – сказала Кала, глубоко вдохнула и встала. – И я наконец победила.

– Я поддалась, – ответила я, пытаясь удержать улыбку.

– Неправда, – она толкнула меня в плечо. – Ну скажи, что ты не поддавалась, – наигранно взмолилась сестра.

А я только хихикнула в ответ.

– Ладно, идем к вашей провидице. – Кала помогла мне подняться, а затем приблизилась к забору и перелезла через него. Я перебралась следом и огляделась. Вокруг было тихо, единственное, что вызывало опасение – свет в окне. Кала уверенно пошла через ухоженный сад к тому самому окну. Мы привстали на выступ, держась за деревяную раму, оплетенную виноградником, и заглянула в окно. Кто-то сидел к нам спиной в большом кресле у печи, а рядом стояли два стула.

– Это Тасима, – шепнула Кала.

– Откуда ты знаешь? Не видно же, кто там. Вдруг это стражи?

– Это ее кресло, никто не посмеет занять его.

И тут я увидела взмах морщинистой руки, словно она знала, что мы подглядываем, и позвала нас войти. Я испуганно взглянула на Калу.

– Илия говорил, что Тасима видит все, что происходит вокруг.

– А мне они сказали, что она слепая.

– Так и есть, но ей это не мешает. Давай, она зовет нас. – Кала спрыгнула и направилась к углу здания.

Я нагнала ее и схватила за руку.

– А если это засада? Я все еще в браслетах и не смогу помочь тебе отбиться. А с кинжалом…

– Возьми мой, – сестра протянула мне заряженное энергией оружие. Я взяла его, покрутила и прикрепила к своему ремню.

– Спасибо, но я не очень умею им управляться, – призналась я и Кала удивленно взглянула на меня.

– Давай я тогда пойду и проверю, а ты оставайся здесь.

– Не до такой степени.

Мы крадучись добрались до задней двери и вошли в дом. Пересекли просторную темную кухню и заглянули в комнату, где сидела Тасима.

– И долго мне вас ждать?! – возмутилась старушка в кресле. Она была маленькая, плечи сгорблены, руки худые, пальцы скрючены, а кожа дряхлая и такая тонкая, что было видно каждую косточку. Свет из печи падал на ее лицо, и я заметила мягкую улыбку, контрастирующую с тоном голоса. – Заходите, тут никого, кроме меня, нет. – Она махнула рукой, показывая на стулья. – И с каких это пор, ты, Кала, стала подглядывать в окна?

– Как вы узнали, что это я? – удивилась сестра и пошла к ней.

Тасима повернулась к нам лицом и посмотрела на меня затянутыми белой пеленой глазами.

– Для того, чтобы что-то знать, не обязательно видеть, – усмехнулась она и мотнула головой, будто мы малые дети, которые ничего не понимают.

– Вы нас услышали? – спросила я.

– Я вас ждала, – ответила мне Тасима. – Сегодня даже слуг выпроводила, чтобы нам никто не помешал. Давай, Кала, сделай нам отвар и достань хлеб из печи. А я пока познакомлюсь с твоей сестрой, удивительно мерцающим энергиком.

– Вы меня видите? – замерла я.

– Твою энергию сложно не увидеть. Давно я таких не встречала. Полная и мерцающая. Где же ты пряталась до этого?

– Видимо, на Скалах, – улыбнулась я. – Разве вы этого не знаете?

– Откуда же мне знать. Я всего лишь старуха, которая сидит в своем доме на Равнинах и коротает дни, блуждая по воспоминаниям.

Я снова улыбнулась и усилием воли выгнала из себя напряжение. Она чем-то напоминала мне Порция, только тот был строгий и говорил всегда по делу. А Тасима, по моим ощущениям, предпочитала купаться в словах, посмеиваться и водить по лабиринту своих мыслей. Но это было и понятно, если она всю жизнь была провидцем, которому нельзя говорить все открыто, но при этом нужно уметь направлять на нужный путь.

– Как вы тогда узнали, что мы придем?

– Садись рядом, не стой столбом посреди комнаты, – сказала Тасима и закашлялась. – Так, – прочистив горло, продолжила она, – сначала придвинь тот маленький стол, стулья вам я уже поставила. И присаживайся. Этого дня я ждала очень давно. И каждый раз видела его по-разному. Но это не самый худший вариант. Не самый…

Я принесла невысокий деревянный столик и села напротив старушки.

– Могу я посмотреть твои пути? Прежде я наблюдала как бы со стороны, а лучше, если я увижу будущее из его эпицентра.

– То есть вы считаете, что я эпицентр? Надеюсь, не урагана.

– А это будет зависит от тебя. – Тасима протянула морщинистую руку, на безымянном пальце которой я заметила кольцо с голубым камнем, таким же, как на кинжале в крепости Элеуса и в моем сне. Хотелось спросить, что это за камень, но я решила не испытывать терпение провидицы и вложила свою ладонь. Она обхватила ее двумя руками и закрыла глаза.

Когда в комнате появилась Кала и поставила на стол три чашки с отваром и корзинку порезанного белого хлеба, Тасима открыла глаза и отпустила меня.

– Садись рядом, Кала. И хватит винить себя, Илия взрослый мальчик. А теперь давайте попьем горяченького и перекусим – вам нужно подкрепиться. А после поговорим. У нас еще есть несколько лишних минут, – она взяла чашку подрагивающей рукой, и, помогая себе второй ладонью, шумно отхлебнула травяной отвар. Следом ухватила хлеб и понюхала его. Я удивленно взглянула на Калу, пытаясь показать, что не может слепой человек так уверенно все делать.

– Спрашивай, Дана, я готова, – тут же прервала мои взгляды Тасима.

Я вздохнула, у меня было столько вопросов к ней, но мысли разбегались, как курицы по участку. И я не знала, с чего начать, как много можно спрашивать и каких ответов я жду. Кала сжала мою руку и протянула мне чашку, я благодарно кивнула и глотнула. Заваренные травы, их приятный запах и вкус согревали и успокаивали.

– Как нам спасти тех, кто попал в Брюхо? – Я сделала еще один глоток, не отрывая от старушки взгляда, словно ответ она будет показывать. – Как снять барьер и вытащить сущности из Айс и Сомы?

– Как спасти Илию? – добавила Кала. – Мы же еще можем его спасти?

– Так… вы кушайте, пока хлеб мягкий и теплый. Я все вижу, – Тасима улыбнулась и показала рукой