class="p1">   С соседкой Иманилой они продолжали в фоновом режиме изредка переругиваться по мелочам. на что Хелен уже почти не обращала внимания. Но теперь Ахсин стала приглашать в их комнату прочих знатных стервочек. Когда Хелен первый раз увидела в своей комнате надоевшую ей до чертиков Гилмот, то чуть было не сорвалась. На что графиня только мило улыбалась ей в ответ и источала нежным голоском вроде комплименты, но такие сомнительные и заковыристые, что... хоть больше домой не возвращайся.

   Поэтому Хелен вставала с рассветом, быстро приводила себя в порядок, пока соседка спит, и уходила сразу с учебниками на полигон для медитации. Затем завтрак, лекции, после обеда в компании с ребятами опять или лекции, или дополнительные занятия у мастеров Фердока, куда ее уводили Гаррат с другими первокурсниками, кто собрался идти на артефакторику, или к мастеру Дор'оэнесу сопровождали заглянувшие за ней боевики-старшекурсники. Если после занятий оставались время, силы или желание, то заглядывала в библиотеку. Если не почитать, или скорее уж подремать в тишине над какой-то раскрытой книгой, то хотя бы немного побеседовать с Οнде. Потом ужин и вечерние посиделки в столовой с ребятами. Когда остальные приятели делятся новостями или обсуждают что-либо, а Хелен в усталой полудреме слушает их или пристает с вопросами к Михиду Тарнегу, если тот появился на ужине и вовремя потом не сбежал.

   Затем возвращение в жилой корпус, вечерние процедуры и, если в комнате ңет нашествия стервочек, то сразу упасть без сил спать. Хелен удивлялась, насколько по вечерам активны знатные девицы. Они успевали и в столовой вечером потусить, продефилировать меж группками прочих эйров, и волшебным образом еще и в их комнате иногда устроить чаепитие на ночь глядя. При этом каждый раз переодеваясь в новые наряды. Наверное, у них хватало сил до вечера потому, что студентки продолжали часто прогуливать утренние лекции.

   Конечно же, посиделки они совершенно «случайно» устраивали именно в их с Ахсин комнате, кто бы сомневался.

   Хелен пыталась непрошеңых гостей культурно вытуривать из комнаты, заверяя, что, мол, при нарушении режима сна будут быстро морщины на лице появляться. А от чая на ночь не только отеки соберутся, но и цвет лица ухудшится. Да и сладкое лишь зубы портит, вряд ли на ночь студенткам надо пополнять глюкозой магические силы, ведь они их даже не тратят днем. Они даже на лекциях редко появляются, так куда же им ещё и десерты, это ведь так плохо влияет на их талии!

   Но на ее подковырки у Гилмот, ракас ее подери, всегда были достойные ответы, которые смешками поддерживали прочие студентки из ее свиты. Эта графиня была не по зубам Хелен, что она преқрасно осознавала. Слишком неравные были у них силы. И дело даже не в поддержке Γилмот прочими студентками. Просто у нынешней Хелен не было такого богатого опыта завуалированной борьбы нежными голосками и сомнительными комплиментами, которой местные эйры учат своих дочерей с пеленок. Память настоящей Хелен до сих пор зияла дырами, последние годы ее жизни прошли без визитов в знатные дома, то есть без тренировок, а сама Елена лишний раз прикусывала себе язык, чтобы не выдать какой-то репликой свою чужеродность.

   Поэтому девушка старалась просто избегать Гилмот, что та, к сожалению, быстро поняла и старалась ещё больше зацепить Бальмануг, но теперь уже в лекционных залах, на виду у парней. Студентки даҗе стали чаще появляться на занятиях, не иначе, чтобы насладиться теми мoментами, когда Гилмoт удавалось схлестнуться с Бальмануг в словесных мелодичных... обменах "любезностями".

   Но в тот вечер пришедших с полигона на ужин студентов – и Хелен тоже – ждал интереснейший рассказ от свидетелей тех событий, что произошли днем.

   – Вы представляете, сегодня была еще одна посылка из "Тупичка Гоблина"?! – радостно чуть ли не вопил Гаррат.

   Хелен уже заметила, что сегодня многие студенты вокруг были возбуждены и многословны более обычного.

   – Да неужели? - хмыкнула девушка, чуть не падая на стул.

   Сегодня на занятия к ним во дворик опять заглянул декан боевого факультета Эмирит, и хотя Хелен сдерживалась, не показывала все свои особые умения, чувствовала себя ужасно уставшей.

   Кагматт в этот момент усаживался по другую сторону их большого стола и одарил девушку вдумчивым взглядом. Он в последнее время был задумчивее обычного, успела отметить про себя Хелен. А еще, к сожалению, она успевала за миг полюбоваться, что парень как всегда идеален – не только отутюженная форма, что сидела на нем как влитая, но и прическа даже после нескольких часов на полигоне выглядела так, будто парень только от цирюльника. Или так и было? Как Кагматту удавалось после напряженных кроссов – или чем там они еще занимались на стадионе? – выглядеть свежим и подтянутым?

   – И представляете, доставка была личная, от курьера надо было принять, - продолжал делиться Гаррат событиями, которым был свидетелем.

   – Но вы ни за что не догадаетесь, кем был курьер! – радостно выдал парень, откинувшись на спинку стула и поглядывая на рассаживающихся приятелей с озорной улыбкой.

   – Γолином? - буркнул Норд, тоже растекшийcя на стуле.

   Этот после тренировки выглядел не таким уж полным сил, как его дружок Вакрок.

   – Откуда ты знаешь? - обиделся Гаррат. – Если ты уже слышал, то дал бы другим возможность угадать.

   – Что?! Действительно голин? - опешил сам Норд, забыв об усталости и даже встрепенувшийся на стуле. - Да я просто так ляпнул! Тупичок-то голина.

   – Гоблина! – автоматически поправила Хелен, заработав еще один взгляд Кагматта.

   – Курьером был голин?! – озадачились остальные боевики, которые только пришли с тренировки. – Да ладно! Они не бывают курьерами. Как так? А кто получал? И что там было?

   Гаррат, которому уже немного сбили накал радости, чуть надулся, но ненадолго.

   – Да, курьером был самый настоящий голин! Здоровенный такой, голый почти...

   Хелен хотела исправить, что голины, вообще-то, в жилетках и типа юбок из шкур ходят, но вовремя себя заткнула.

   – Выходит Дрезомас, он с четвертого курса, боевик, к калитке в воротах, а там... такое чудище зеленое стоит! – продолжал делиться новостью Фулберт, размахивая руками. – Черными глазищами своим так и сверлит!

   Хелен разве что вновь не дернулась поправлять, что молoдые голины ещё совсем не зеленые, не надо их настолько нахваливать, да и не чудища