class="p1">Вообще, я поймал себя на интересной мысли — так подумать, у чародеев высоких рангов доходы, конечно, были изрядные, даже если они не входили ни в какой сильный Род (что было большой редкостью), но и расходы на большинство развлечений были соразмерны доходам. Да что там развлечения — даже просто быт был куда дороже, чем у неодаренных! Например, тот же алкоголь для нас имел смысл лишь магический, являющийся продуктом алхимии. И стоил он соответствующе — работа алхимиков, ингредиенты, наценки торговцев плюс налоги порождали огромный ценник. Выпивку для Старших Магистров и Архимагов, например, производить в промышленных масштабах было невозможно — требовалась регулярная работа алхимиков над настаивающимся напитком…

Или вот взять наш стол — он ведь был изготовлен из древесины, что была сравнима по крепости с той, что шла на изготовление бортов эсминцев! Только с учетом, что она была куда более тонкой работы, стоил такой стол добрых тридцать тысяч рублей. Ведь дабы подвыпившие сверхлюди со своей огромной физической силой ненароком не поломали мебель, в порыве чувств дав по столу кулаком и вложив неосознанно в удар ману, требовалось изготовить не только красиво, но и очень прочно… А ещё с функцией самовосстановления, ибо после таких посиделок на мебели обязательно оставались хотя бы небольшие повреждения…

Боже, о чем только не думает усталый разум, пытающийся переварить огромные пласты знаний и памяти, влившиеся в меня за этот безумный день.

— Да уж, — усмехнулся я. — А ведь это и мой первый вояж за пределы Империи. Но зато какой! Выбрались мы, значит, как-то с друзьями-товарищами поглядеть на мир, оценить архитектуру и гостеприимство городов европейских… И решили начать с шведской столицы. Прибыли мы стал быть, в Стокгольм — а они, сволочи, ворота закрыли, попробовали не пустить, из пушек, опять же, начали стрелять, сволочи! Ну, мы и ответили, как положено — со всей широтой щедрой русской души, так сказать. Слово за слово, хреном по столу — и взяли столицу северян на меч! Да так, что даже вражеского короля в поединке прикончили… Вот будет славная байка! Надо нанять пару десятков поэтов и музыкантов — пусть напишут пару-тройку славных рассказов да песен сложат. Думаю, мы честно заслужили капельку народной славы.

Зал одобрительно загудел, поддерживая идею. Двадцать семь Старших Магистров, шестеро Архимагов и трое чародеев восьмого ранга — я, усталая, бледная Кристина и лучащаяся удовольствием Алена.

В отличии от Андрея, эта совершенная, неотличимая от живых высшая нежить, шедевр прикладной некромантии, а именно — искусства скульпторов плоти, она могла даже пить и есть тоже, что и мы. И, что самое главное — получать от этого настоящее удовольствие. Порой меня немного пугало, насколько она близка к живым людям — Цинь Шихуанди сотворил шедевр, подобного которому я не встречал даже в прошлой жизни.

Вот и сейчас Алена с улыбкой выпивала бокал за бокалом — первая по настоящему значимая победа в этой кампании воодушевила даже её. Не просто победа — сокрушительный разгром врага, как тут не радоваться⁈

Потери лично у меня были не просто малыми — сегодня, как ни странно, у меня не погиб ни один боец. Вот раненных, особенно тяжелых, было значительно больше, чем у иных Родов — однако раненных мы обязательно поставим на ноги, не в моих правилах было в случае дороговизны лечения выпинывать бойца из гвардии, назначив ему пенсию и пристроив на какую-нибудь мелкую работу. О своих людях я заботился по максимуму. Уверен, что это один из главных факторов, почему ко мне на службу так охотно шли опытные воины-отставники и маги из простолюдинов. Всё же никто не застрахован от ран или даже смерти в бою, и при выборе господина знание о том, что о тебе или твоей семье, если не дай бог погибнешь, будут более чем достойно заботиться очень серьезный аргумент.

Все бойцы моей гвардии, которых я взял с собой из Александровска, ещё до выступления в поход вне очереди получали новые зелья и обретали несколько Молний. А с Зеленой Молнией, работающей в паре с собственной регенерацией усиленных людей, с солидным запасом праны и качественной целительной алхимией под рукой умереть оказалось очень сложно.

Поэтому этот небольшой пир состоялся при первом же удобном случае — нам было, что обмывать. Сюда ускоренно двигалась дополнительная эскадра — ещё до переноса в Стокгольм, когда мы только разгрузили все имущество, была послана весть на Родовые Земли с просьбой прислать ещё корабли. Либо забрать всё выгруженное и забрать оставленных на окраине бойцов, коли сложим головы или не сможем сразу вернуться, либо просто усилить наш флот в случае успеха. И хоть вся операция заняла у нас около пяти часов, а весть была послана лишь восемь часов назад, по словам Федора сборная эскадра, в которую на ходу вливались суда, уже три часа как летела к нам. Правда, им добираться ещё не один день, но тут уж ничего не попишешь…

Сейчас войска отдыхали. Без пиров, разумеется, да и сил у них на пиры не было, чай, не высшие маги, да и физически им пришлось сегодня поработать на порядок больше, чем нам…

— Всегда бы так воевать, — сказала красивая молодая девушка с хищным лицом. — С госпожой Кристиной мы такие дела сможем проворачивать! Грабить и разрушать крупные города врагов, появляться у Родовых гнезд их аристократов, выжигая там всё начисто, уничтожать их верфи и военные производства…

Пришедшая ко мне сорокасемилетней, потрепанной жизнью и службой отставницей-Адептом Имперской Стражи, она прошла со мной все мои битвы — от войны с нолдийцами до этой кампании. С сердцем Сибирского Дракона седьмого ранга, силой на пике шестого ранга и готовая в любой момент начать переход на седьмой, из безвестной, обреченной доживать свой век наемницей или охотницей в тайге, она превратилась в знатную даму, одну из пусть и младших, но Старейшин Великого Рода, завидной невестой для большинства мелких и средней руки аристократов. Да к тому же далеко не бесприданницей — без добычи мы ещё никогда не оставались, а долю своим соратникам я всегда выделял щедрую.

Аня Нестерова поднялась со своего места и, подняв бокал, предложила тост:

— Друзья, предлагаю поднять бокалы на за нашего великого Главу — Аристарха Николаевича Николаева-Шуйского! За человека, давшего нам свою фамилию, сделавшего нас частью своей семьи, человека, который сделал из нас, кучки неудачников, высших магов! Тому, кто, вживляя нам сердца тварей, сделал нас в разы живучей, намного