С одной стороны, Алисия прекрасно понимает, что рано или поздно Фредерик все равно узнает, что произошло между Ракель и Терренсом, как бы усердно она это ни скрывала. Но с другой – женщина хочет пожалеть пожилого мужчину, который буквально пару дней назад вышел из больницы. Она понимает, что Фредерику может стать еще хуже, если он узнает всю правду. А Алисия никак не может этого допустить и не собирается своими же руками губить близкого человека своей племянницы.

— Мистер Кэмерон, пожалуйста, пожалейте себя, — с жалостью во взгляде умоляет Алисия. — А если и не себя, то хоть подумайте о Ракель. Ради бога, не причиняйте ей боль.

— Я хочу видеть свою внучку счастливой, Алисия, — с грустью во взгляде говорит Фредерик. — И я готов сделать для этого что угодно. Я должен знать причину, чтобы понять, как мне защитить ее или помочь ей наладить отношения с Терренсом. Вдруг оказалось, что он опасен для нее? Вдруг мы должны спасать ее от него, а не толкать в его объятия?

— Нет-нет, не беспокойтесь, Терренс не опасен для Ракель, и она может спокойно с ним находиться. А был бы он не тем, за кого себя выдает, я бы сама и на пушечный выстрел близко не подпустила его к своей девочке. Уж вы меня хорошо знайте: за свою кровиночку я готова разорвать любого. Даже ее собственного парня. Если он провинится, конечно.

— Вы и правда думайте, что я могу не переживать из-за того, что ей еще предстоит еще как минимум раз встретиться с Терренсом для того, чтобы сообщить о расставании?

— Конечно, дорогой мой, вы можете не переживать, — хлопнув Фредерика по руке, мягко говорит Алисия. — А пока что перестаньте об этом думать и сосредоточитесь на своем здоровье. Ваша внучка не переживет второго вашего сердечного приступа.

— Ах, я всегда думаю о Ракель… — тихо вздыхает Фредерик и опускает взгляд на свои руки. — В последние несколько лет я не могу думать о ком-то еще, кроме моей внучки… Она ведь единственная, кто остался у меня на этом свете. К сожалению, сына и жену я потерял много лет назад… А когда я вспоминаю о том, что нужен ей, это заставляет меня искать в себе силы жить дальше. Я знаю, что должен жить ради своей маленькой девочки, которая всегда будет нуждаться в моей помощи и любви.

— У меня тоже осталась только одна Ракель, — с грустью во взгляде отвечает Алисия, в глубине души начав радоваться, что тема разговора начинает постепенно уходить в другое русло. — Моя сестра погибла в той ужасной катастрофе, в которой погиб и ваш сын. А моих родителей уже давным-давно нет в живых…

Алисия тяжело вздыхает и выпивает почти весь свой кофе.

— Да и мужа я потеряла, когда была намного моложе, — с грустью во взгляде добавляет Алисия. — Прошло уже много лет, а я до сих не могу с этим смириться. Не верю, что он умер так рано. От такой ужасной болезни, как рак.

— Знайте, если бы у меня не было Ракель, я бы вряд ли так стремился к жизни, — задумчиво признается Фредерик. — Не будет моей внучки – не будет смысла жить! Я живу только ради своей внучки и моих будущих правнуков, которых, я надеюсь, моя девочка однажды мне подарит.

— Ах, мистер Кэмерон, я и сама живу только лишь ради одной Ракель… — устало вздыхает Алисия. — Хоть очень скоро у меня появится новый смысл жить… Ведь я хочу удочерить девочку и почувствовать себя матерью…

— Думайте, вы справитесь?

— Думаю, да. Практически вырастив свою племянницу, я получила достаточно опыта. Его будет достаточно, чтобы вырастить приемного ребенка. Хотя моего опыта хватит еще и на будущих детишек моей любимой Ракель.

— Ракель всегда будет нашей любимой девочкой, — с легкой улыбкой говорит Фредерик. — Мы будем с ней до тех пор, пока живем на этом свете. Уж я точно ни за что не оставлю ее! Кто бы что ни говорил! Я никому не поверю, потому что знаю свою внучку лучше, чем какие-то проходимцы или журналисты.

— Я тоже, — скромно улыбается Алисия. — Пока я жива и здорова, Ракель не останется без поддержки своей тети Алисии. Моя девочка всегда была для меня как родная дочка, которую я люблю всем сердцем. Которую не могу бросить в трудный для нее момент…

— Дедушка Фредерик тоже всегда будет рядом. И она прекрасно это знает.

Алисия ничего не говорит и просто скромно улыбается, радуясь, что, по крайней мере, сейчас ей удалось избежать разговора относительно ситуации Ракель и Терренса. Правда это в следующий раз удача вполне может оказаться не на ее стороне. Женщина знает, что рано или поздно ей придется все рассказать. Но она решает, что лучше во всем признаться не сейчас, а намного позже. Хотя Алисия все же надеется, что ей удастся сохранить произошедшее в секрете и не дать Фредерику узнать, что произошло в паре, которая, скорее всего, уже прекратила свое существование.

***

Тем временем Эдвард без дела прогуливается по городу, никуда не торопясь и с интересом рассматривая все, что его окружает. За эти две недели мужчина сумел найти общий язык с Терренсом и его друзьями Питером и Даниэлем и сблизиться с ними. Он несказанно счастлив, что был достаточно тепло принят этими людьми, даже несмотря на то, что к нему все еще продолжают относиться к нему настороженно из-за его слишком ярого желания навязать МакКлайфу свою дружбу.

«Здорово, что мне удалось найти общий язык с Терренсом, и он не стал меня отвергать, — медленно шагая по улицам с засунутыми в карманы куртки руками, с легкой улыбкой думает Эдвард. — И что удалось поладить с его друзьями. Даниэль с Питером относятся довольно дружелюбно и показались мне классными ребятами… Да, ребята пока что относятся ко мне с подозрением. Но я уверен, что в скором времени все наладится.»

Эдвард мысленно вздыхает.

«Точнее… Что мне удастся завоевать доверие Терренса… Стать ему настолько близким человеком, насколько это возможно. Чтобы в один прекрасный день рассказать то, что он должен знать. Что от него скрывают уже