— Ага, и стану местной знаменитостью! Я уже представляю заголовки в газетах: призрак выбрался с кладбища и бродит по городу.

— Не смешно. Не все будут рады такому соседству. Могут и обратиться за помощью к магам, которые как раз с призраками и борются.

— Пусть они все свои силы отправят на исправление ситуации на кладбище, — резко ответил я.

Но она была права, мне и в голову не приходило, что меня могут попробовать убить окончательно. Здесь мне бы помогла хорошая легенда, да такая, чтобы не возникло ни вопросов, ни желания разобраться со мной.

Об этом стоит хорошо подумать.

— Пусть Григорий возьмет клятву молчания с Козински, а там разберемся. Сейчас нужно вернуться на кладбище.

— Я с тобой! — Вася подскочила. — Я теперь твои руки!

Слезы уже окончательно высохли, и на губах появилась легкая улыбка. Совсем другое дело!

Спустившись, мы обнаружили Григория, дежурившего рядом с лекарем. Тот, помимо обморока, еще и головой ударился. Но с его весом это даже не удивительно, а вполне закономерное происшествие.

Я смотрел на Козински, тщательно избегая вида собственного тела на каталке. Потому что это зрелище больно било по самолюбию и растягивало нервы, играя на них модную мелодию. Бесило неимоверно.

— Вызвать лекарю… лекаря? — спросил Антипкин, отвлекая меня от мыслей.

— Это лишнее, — я глянул на Васю, — а давай-ка ты сплетешь лечебное заклинание.

— Леша! Ты чего⁈ Я же не умею! — она спряталась за спину Григория.

— Все ты умеешь, просто боишься, — уверенно сказал я. — Следи за руками.

И начал делать вид, что у меня появляются в руках нити. Дрожащими руками Вася начала повторять за мной, но использовала призрачную силу. Я не стал делать ей замечания, мне стало интересно, что из этого получится.

Так или иначе, вскоре у нее получилось вполне приличное плетение. Честно сказать, я до последнего не верил, у она сможет. Получается, зря.

— Молодец, — кивнул я. — А теперь осторожно напитай его силой. Очень осторожно!

Вася нахмурилась до морщинок на лбу и закусила губу. Несколько секунд ничего не происходило, я даже хотел поторопить ее, но было уже не нужно.

Буквально в следующее мгновение с рук Василисы хлынул настоящий поток магии. Плетение почти сразу рассыпалось в труху под таким напором, однако цели заклинание все равно достигло, и лекарь распахнул глаза.

— Ой, — только и сказала Вася.

— Мама… что это было… — пробормотал Козински.

— Вы очень сильно испугались и упали, — заботливо ответила она. — Но я вас вылечила.

— Вылечили⁈ — он вытаращил на нее глаза.

А потом заметил меня. Лицо его побледнело, губы затряслись, на лбу выступила испарина. И лекарь заорал:

— Призрак!

Думаю, пройдет еще немало времени, пока у меня перестанет звенеть в голове от этого вопля.

— Ну и что с того? — спросил я скучающим тоном. — Подумаешь. Поднимайтесь уже.

— Так, у меня все же получилось вас вылечить? — теперь голос Васи расцвел беспокойством.

Козински машинально себя ощупал, я заметил, что при этом его пальцы едва заметно светились: с помощью магии он проверял свое тело на возможные повреждения.

— Не понял, — пробормотал он.

— Что? Что не так⁈ — Вася обхватила себя руками, топталась на месте и бросала на него испуганные взгляды.

— Подождите… — он еще минуту водил заклинанием, а потом ошалело посмотрел на нас. — Вылечили! Охренеть! Ох, прошу прощения. Мне срочно нужно в больницу! Срочно! Святое небо! Это же охре… невероятно!

Он засуетился, пытаясь понять, где его вещи и приносил ли он их сюда.

— Стоять! — рявкнул я.

Лекарь ошалело на меня посмотрел и замахал руками.

— Вы не понимаете! — козлиная борода затряслась. — Это же невероятно! Такого не бывает! Сенсация!

Козински шагнул вперед, но я сдвинулся, заслоняя дверь. Конечно, в состоянии призрака он мог просто пройти сквозь меня, если бы додумался. Однако подсказывать я ему не стал и просто замер на пороге. Григорий тенью встал рядом.

— Объяснитесь! — велел я. — Что за сенсация?

— Меня вылечили!

— И?

— Вы не поняли, — он понял, что мы его не выпустим и шумно выдохнул, опустившись на единственный стул в комнате. — У меня болезнь магов.

Твою ж дивизию! Вот это новость!

Болезнь магов — это редкая дрянь, которая практически полностью блокирует доступ в резерв и не дает силе нормально циркулировать по организму. Тонкий ручеек, а иногда и редкие капли остаются для работы с заклинаниями. При этом маг знает и чувствует, что все остальное словно законсервировано в нем. Это как сидеть рядом с озером, а пить из пипетки.

— Но вы же лекарь! — удивленно спросил Григорий.

— Узкоспециализированный, — кивнул Козински. — За всю жизнь я научился минимизировать затраты на магию. Все плетения были созданы под меня. Для всего остального у меня есть накопитель.

Он запустил в ворот руку и достал плоский кристалл. Если бы у меня была магия, то я бы увидел, как он светится глубоким синим цветом.

— Получается, я вылечила вас? — затаив дыхание, спросила Вася.

Вместо ответа Козински сложил ладони вместе, а потом резко развел, и… Черт! Да я не видел даже, что он сделал!

— Как красиво! — выдохнула Василиса. — Леша! Ты видишь! Это же роза!

— Допустим, — мрачно ответил я. — Рад, что ваша проблема невероятным образом решилась.

— Спасибо! Да! Спасибо!

Лекарь подскочил, пожимая руки то Григорию, то Васе, мне тоже протянул. Я из чистого хулиганства, сделал вид, что пожал ее. И подмигнул.

Козински отпрыгнул от меня молодым козлом.

— Поэтому мне срочно нужно поехать в больницу, доложить об этом случае. Мы должны собрать рабочую группу, чтобы подробно обсудить, что привело…

— А вот этого не нужно, — твердо сказал я. — Больше того, вы должны мне дать клятву, что ничего из произошедшего здесь, не покинет эту комнату.

— Но как⁈ Вы не понимаете!

— Прекрасно понимаем, — отрезал я. — Вы скажете им, они скажут другим. И через день у дверей нашего дома стоит уже триста человек, жаждущих излечения, задающих вопросы и требующих сделать нашу помощь общественным достоянием.

Козински вытаращил глаза, завис на мгновение, а потом выдохнул, сдувшись, как воздушный шар.

— Простите, вы правы. Но расскажите хоть мне, как и что вы со мной сделали! Я должен знать!

— Боюсь, у меня нет для вас ответа. Это чистой воды случайность.

— Как⁈

— Вот так, — припечатал я. — Плели заклинание, чтобы помочь вам прийти в себя, и что-то пошло не так. Так бывает.

— И часто у вас такое… бывает? — он внимательно посмотрел на мою призрачную фигуру.

— Вы даете клятву и уходите. Больше мне сказать вам нечего. Григорий, будь добр.

Козински еще пытался отпираться, задавал вопросы, тянул время,