class="p1">И что мне делать? Тащить памятник с собой? Но тогда я оборву заклинание, это уж точно.

— Я пока ветки уберу, — сказал смотритель, видя, что я уже пару минут кряду сижу почти без движения.

Я так задумался, что не сразу сообразил, что именно он сказал. Обернулся, когда он уже занес сучкорез над памятником.

— Неут! Стоуй! — зарычала Жу, но было уже поздно.

Острые лезвия сомкнулись на тонкой ветке, а следующую секунду над кладбищем раздался тонкий звон, который тянулся и все не кончался.

Старик застыл с сучкорезом, то ли удивленный тем, что с ним говорит кошка, то ли из-за звука. А он был похож на перезвон хрустальных бокалов. Но почему-то сердце мое сбилось с ритма.

Плохо дело, очень плохо.

Шерсть Жу встала дыбом, появились рога, и кошка дернула хвостом, мигом потерявшим всю шерсть. Даже ее мордочка слегка вытянулась.

— Ухоудим! Быустрее! — продолжала рычать она.

— Что это такое⁈ — крикнул смотритель, выронив сучкорез. — Она разговаривает⁈ Да, небо с этим, что она такое⁈

— Заткнись, — рыкнул я, лихорадочно соображая, что делать.

Ветви за много лет стали частью заклинания вокруг источника, а старик просто взял и уничтожил то, что я хотел сохранить. По локоть в земле измазался, а тут такая подстава.

Но раз такое дело, то, думаю, еще немного магии не повредит.

В один миг я разорвал сетчатый шар, вытащил артефакт, потом подхватил воздушной петлей старика с кошкой. И совершил тактическое отступление, в простонародье называемое «дать деру».

Едва перемахнул через ограду и выдохнул, как полыхнуло.

Это было похоже на дикую смесь полярного сияния, удара молнии и рокота землетрясения в одном флаконе. Все это сопровождалось вспышками силы, больно бьющими по нервам.

— Это… это… что? — старик с бледным, как полотно лицом, смотрел на бушующую магию за оградой, открывая и закрывая рот. — Что вы наделали?..

— Я? — моя бровь изогнулась. — Я наделал? Какого хрена вам понадобилось резать эти чертовы ветки⁈

— Да я-то что⁈ Это всего лишь ветки! Ох!

Моему терпению пришел конец. И, несмотря на то что передо мной представитель императорской службы, я дал ему в челюсть. Достал.

Жу проследила, как смотритель оседает на траву, и подняла на меня глаза.

— Ауртефакт. Его нужноу актиувировать.

— Если ты не заметила, то у нас массовый выброс магии на отдельно взятом кладбище!

Воздух гудел даже здесь, за оградой. И если еще минуту назад я рассчитывал на защитные заклинания, то уже сейчас понимал, они вот-вот лопнут.

— Таук реши этоут вопроус.

У меня не было времени на эмоции, иначе бы задал ей хорошую трепку. Я глянул на краснеющие прутья в ограде, потом перевел взгляд на кладбище.

Там творился форменный… как бы это сказать-то без ругани? А никак не сказать! Хренотень!

На могилах уже начала крошится земля, надгробия падали, а вся зелень, словно от дыхания невидимого монстра, желтела.

«Вот кто-то и дунул, сейчас мертвые проснуться», — мелькнуло в голове.

Защита еще держала, временами ударяя молнией в случайный участок земли, возвращая его в былой вид, но как бы она ни старалась, могил было больше.

— Если сейчас уже не стоит вопрос использования силы на кладбище, — проговорил я вслух, — то почему бы и не добавить еще немного магии?

Для этого нужно было всего лишь переступить через границу ограды и попасть в самое пекло. Подумаешь! Архимаг я или кто⁈

— Жу, беги за Васей, если мы были правы и ее кровь — активатор, то она мне сейчас очень нужна. Пусть летит на заклинании.

— Поняула.

Для верности я дал кошке ускорение в виде легкого плетения к лапам, так она будет дальше прыгать. Хотя, конечно, хотелось дать пинка. Но я же не злодей!

Теперь пришло время разобраться с кладбищем. Защитные плетения трещали по узлам, и порывы магии уже смели все бытовые заклинания. В переливах силы я вдруг различил перекошенные лица с пустыми глазницами.

Духи пробудились.

Еще несколько минут и, возможно, из-под земли покажутся первые скелеты, но я искренне надеялся, что все же будет что-то одно: либо призраки, либо восстание мертвецов. Надеюсь, что гробы для них делали из свинца, а не из дерева. Так был хоть какой-то шанс, что костлявые конечности не смогут выбраться на свободу.

Внезапно творящийся у самых ворот бедлам отхлынул и даже затих. Я хотел было обрадоваться, но прекрасно знал, что это лишь временное явление. Сила не просто отступила, она куда-то уползала.

К Вотке.

Твою ж!

Штиль позволил мне без вреда для здоровья перепрыгнуть через ограду и даже пролететь метров двести. И только потом я увидел здоровенную волну, что поднялась выше макушек сосен, и была готова в любой момент обрушиться на меня.

Ни один силовой щит с таким не справится. Даже тройной.

Зажав в одной руке плетение рассеивания, я другой тянусь к ближайшим нитям защиты кладбища. Мне нужно напитать их, отдать все, что возможно, чтобы не дать призракам окончательно прийти в мир.

Магическое цунами из душ, всполохов и мелкого мусора все приближалась. Разум отказывался верить глазам, сердце отказывалось биться, но пальцы уверенно держали заклинания.

Я должен успеть все сделать!

Очередная вспышка больно ударила по нервам, по телу прошлась судорога, едва не выворачивая руки из суставов.

Выпустив одновременно призрачную и стихийную силу, я постарался укрепить ветхие плетения защиты. Молнии засверкали чаще, били рядом со мной, припечатывая души к их последнему пристанищу.

Но волна никуда не делась. Кладбищенские заклинания ее просто не видели!

Мерзко запахло озоном и появился металлический привкус во рту.

С каждой секундой она становилась выше, собирая со всех щелей все, что не прибито. Даже потянулась и к моей силе, но у меня получилось дать отпор этой жадине.

Мне уже не хватало сил на восстановление всех плетений, резерв быстро пустел, отзываясь сосущей болью где-то под желудком. Резко выдохнув, я бросил и остатки небесной силы. Она закружила вокруг меня золотистыми хлопьями, укрывая землю точно снегом.

Какого хрена⁈ Почему так получилось⁈

Вдруг налетел крепкий порыв ветра, бросив мне в лицо горсть листьев, а заодно подняв в воздух то, во что превратилась небесная сила.

Десятки, сотни десятков золотых снежинок в одно мгновение закружилось вокруг меня, чтобы потом прилипнуть к могилам, в которые еще не ударила молния.

Вот значит как.

Пока защитные плетения восстанавливались, я, не отрываясь, смотрел на нависшую надо мной волну. Она не торопилась нападать, но уже достигла наивысшей точки. Чего же она ждала?

Магистра.

Едва я о нем подумал, как всполохи магии сложились в огромную черепушку