перебивал даже грохот оружия. Обернувшись, мы увидели бегущих по территории людей, а за ними следом бежали зомби.

– Какого хрена? – закричал я.

– Походу, прорыв! – ответил Пашка и начал вызывать начальника на связь, но тот молчал.

В этот момент обвалилась первая секция бетонного забора, она плавно отошла в сторону, натягивая колючую проволоку, что витками шла по верху, до состояния струны, а затем она оборвалась, и большой бетонный квадрат плавно лег на землю, открывая проход для зомби. Поток зомби сразу хлынул на территорию, они тут же кинулись к КАМАЗам, так как группа бойцов была к ним ближе. Мы поддерживали их огнем, чтобы парни залезли в машину и отъехали. И те успели, трое забрались в кабину, еще трое в КУНГ, почему-то вместо того, чтобы поехать вглубь аэродрома, они решили через эту самую секцию поваленной плиты выскочить за забор. Но что-то пошло не так, КАМАЗ не смог продавить всю ту, идущую на территорию, толпу и остановился на месте, шлифуя колесами по земле, а потом он начал заметно отползать назад под давлением мертвецов. Парни поняли, что их затея провалилась, и начали сдавать назад, водитель, по всей видимости, перенервничал и, включив заднюю передачу, выжал газ в пол, а еще вдобавок выкрутил руль в сторону до упора. Место там было под уклоном, и как итог машину понесло на скользкой траве, по которой еще и размазывало зомби. А КУНГ был высоким и тяжелым, машина в моменте сильно накренилась и плавно завалилась на бок.

– Вот же дебилы! – выругался я. – Пошли! Тут ловить больше нечего! – крикнул я и бросился к нашему «Уралу», пока зомби не добрались до нас.

Мы быстро залезли в машину, и я рванул с места, и словно синхронно с движением машины прямо перед нашей высокой одновременно завалились две плиты, давая новым особям ворваться к нам.

Я хотел помочь горе-беглецам, подъехав задом к перевернутой машине, но увы, от удара о землю лобовое стекло КАМАЗа разбилось и отлетело в сторону, а задние дверцы КУНГа распахнулись, как итог парней сейчас буквально рвали на части, вгрызаясь в их плоть.

– Давай к колонне! – предложил Пашка, указывая пальцем на строй машин, с которых все сейчас активно вели стрельбу.

Там же показалась и тяжелая техника, что палила по зомби из своих орудий. Ситуация была патовая, мне, да и не только, уже стало очевидно то, что наша затея полностью провалилась, и нужно покидать аэродром. Мы встали к колонне, и Димка, вручив мне свой автомат, побежал за патронами, так как они уже были на исходе. Я стоял на капоте машины и с упора стоя вел стрельбу длинными очередями.

БМП, поливая из своей башни, резко крутанулась на месте, и длинная очередь пробила цистерны топливозаправщиков, что стояли в сотне метров от нас. Керосин с напором хлынул из бочек, но, к счастью, ни взрыва, ни возгорания не произошло. Я уже было выдохнул, как вдруг кто-то ударил в толпу зомби из РПГ. Керосин, что с напором лился во все стороны, уже успел ручейком добежать до этого места и сразу же вспыхнул. Земля под ногами у зомби загорелась, керосин продолжал литься, а зомби стали пылать. Я подумал, что все это было сделано не случайно, все это продуманный план, но как бы не так.

Огонь сначала добрался до первой бочки и объял ее пламенем, а затем и до второй, вторая бочка взорвалась. Взрыв был очень громким и весьма мощным, всех нас обдало раскаленным воздухом, но огонь до нас не дошел, так как путь ему перекрыла первая цистерна, но она опрокинулась, ее верхние лючки раскрылись, и керосин рекой полился в нашу сторону, а следом по нему отправилось пламя. С этого момента все посыпалось окончательно. Машины были заведены, водители тут же заняли свои места и начали выводить машины из-под пламени. Я начал искать взглядом Димку, так как его долго не было, и увидел, как он бежал между машин, держа в руках два цинка с патронами. Но КАМАЗ, позади которого он был, резко сдал назад и буквально впечатал парня в бампер другой машины, превратив его грудную клетку в фарш, я видел, как мой, не побоюсь этого слова, боевой товарищ выплюнул изо рта часть своих легких и язык.

– Черт! Димон, сука, но как же так! – прорычал я, глядя на КАМАЗ, который вывернул в сторону и, как ни в чем не бывало, поехал дальше. А Димка плавно сполз с бампера и повалился на землю, не подавая признаков жизни.

– Убью суку! – зарычал Пашка, прыгая в салон с подножки, судя по его разъяренному лицу, он тоже видел, что произошло.

– Согласен! – кивнул я и тронулся с места.

Я понятия не имел, куда ехать, но отсюда нужно было вырываться. Зомби были повсюду, а еще огонь, от которого поднимался черный дым, закрывал обзор. Я просто ехал за остальными, так как первые машины пробивали себе путь сквозь зомби, принимая удар на себя. Мы петляли между аэродромных построек и ангаров, и заехав в относительно спокойное место, я вдруг увидел Зину, что в панике просила о помощи и, увидев нас, начала махать руками.

– Живучая же сучка! – ухмыльнувшись, сказал я и, честно говоря, хотел поехать дальше.

– Братан, ты куда? – тормознул меня Павел. – Давай заберем?

– На кой-хрен? – возмутился я. – От нее одни проблемы.

– Не будь уродом! Людям нужно помогать, их и так мало осталось! – надавил он на меня.

– Хрен с тобой! – сдался я и повернул в сторону девушки.

Едва мы к ней подъехали, как из-за ее спины появилась толпа зомби, выбежавшая из-за угла.

– Давай, бегом! – закричал я, встав на подножку и начав стрелять за ее спину, а она от такого испуганно упала на землю. – Давай сюда! Чего ты там разлеглась! – добавил я, видя, что зомби настигают ее.

– Ген, прикрой! – крикнул мне Пашок и, бросив автомат на сиденье, рванул за ней.

Я старался стрелять одиночными и очень прицельно, так как патронов почти не осталось. Пашка же подбежал к Зине, поднял ее на руки и потащил к кабине. Быстро подбежав к двери, он загрузил Зину в салон и вдруг вскрикнул, отскочив назад, вынул пистолет из кобуры и начал стрелять под машину.

– Что такое? – спросил я у товарища.

– Кажется, я все. – ответил он и продемонстрировал мне разорванную штанину с раной на ноге, из которой обильно шла кровь.

– Сука! – ударил я со всей силы кулаком по рулю, от чего с него слетела