– Сука! – ору я.

В ответ по комнате проносится заливистый смех.

– Забираю слова, сказанные на Новый год, обратно! Ты и Виса – идеальная пара, два конченых ублюдка!

– Знаешь, мне всегда было любопытно, – шепчет ведьма, отбирая у меня гримуар, – как долго человек будет умирать от потери крови после кастрации?

Я поднимаю на Эмилию взгляд. Она улыбается. Произносит такие вещи – и улыбается!

– Попробуем? – подмигивает девушка, откидывая свою белую косу за спину.

Она достает раскладной нож из кармана и проводит им по кукле. Я пытаюсь схватить Эмилию за лодыжку, но боль в теле настолько сильная, что я готов умолять о пощаде…

По счастью, не приходится.

Ведьма падает на пол, теряя сознание.

Позади нее стоит Алиса с бильярдным шаром в руке. Она огрела Эмилию по макушке.

– Рекс! – Алиса в панике кидается ко мне и осматривает переломы. – Что она сделала с тобой? Я ее убью!

– Не надо, – выдыхаю я. – Лучше свяжи ее и запри, а потом, – киваю на гримуар, – принеси книгу в гостиную.

Я тянусь к раскладному ножу, который выпал из рук Эмилии, однако Алиса подбирает нож первой и не отдает.

Тогда я запрокидываю шею со словами «Целься в артерию».

– Я видела тебя и Сару этой ночью, – бормочет Алиса. – Рекс, скажи… ты… правда ее любишь?

Отлично, только сцены ревности мне не хватает. Детка, у меня кости выкручены в обратную сторону! Какая любовь?!

– Не отвлекайся. – Я указываю на артерию. – Сюда. Давай. Бей.

– Рекс, пожалуйста, ответь, – ее карие глаза слезятся.

– Зачем?!

Я приподнимаюсь на локте, но вмиг хлопаюсь обратно на спину. Ноги взрываются болью.

– Чтобы… – Она запинается, заправляя русые волосы за ухо, – чтобы во мне не осталось надежды. – Алиса обреченно закрывает глаза. – Чтобы мое сердце навсегда разбилось. Скажи, что ты меня презираешь, что я тебе не нравлюсь.

Стиснув зубы, я вытираю слезы на ее щеках.

– Я даже произнести это не смогу. – Я беру ладонь девушки в свою. – Прости, что разочаровал тебя, прости, что не ответил взаимностью. Я уверен, что ты потрясающая девушка. Честно. Но мое сердце занято.

Алиса сокрушенно кивает, склоняется, гладит мою щеку, хлопая влажными ресницами, и припадает к моим губам. Я не отталкиваю. Ощущаю ее слезы на коже. Тепло губ. Она и плачет, и целует меня.

Спустя минуту я подношу ее руку с ножом к своей шее и шепчу:

– Пожалуйста, не медли. Ты убиваешь нас обоих…

Алиса всхлипывает.

– Я люблю тебя, Рекс, – говорит она и вонзает острие мне в шею.

Глава 47

Добро пожаловать в кошмар

– Ты произносишь заклинание, будто тебе яйца прищемили, – ворчит Виса.

Я хмурюсь и снова выставляю правую руку перед собой, бурчу остаток заклинания, пытаясь создать пламя, но из моих пальцев летят лишь малюсенькие искорки. В другой руке я держу гримуар. Я пришел с ним к Висе сразу, как материализовался в гостиной после издевательств Эмилии. Мы с Алисой связали ее и заперли. Попросив Алису вернуть Илария, чтобы он приготовил Саре нормальный завтрак (ибо Алиса такой же шеф-повар, как я, то есть ужасающий), я отправился обучаться магии.

Иларий заботливо принес и мне кофе с малиновыми блинчиками, за что Виса, наверное, злится на меня еще сильнее, ведь ему я ничего пожрать не даю, пусть мучается.

– Громче, кретин! – кричит на меня Виса.

– Я тебе сейчас сам что-нибудь защемлю, – рычу я, захлопывая книгу.

– Второго шанса не будет, дебила кусок. Вытащи язык из задницы и произнеси слова нормально, иначе демон раскроит тебе череп. Ты позорище, а не колдун! Че за блеяние вылезает из твоего рта?

– Ну так научи меня правильно произносить заклинание изгнания, а не эту херню!

От злости я едва не запускаю в голову вампира гримуар. Хорошо, что спохватился. Жалко было бы, если б книга пострадала о вонючую тыкву этой полудохлой мрази: из-за недостатка крови Виса превратился в белую поганку, он буквально живой труп со впалыми скулами, бледный, почти прозрачный, но все еще надоедливо пищит у всех под ухом, как комар, который летает где-то в темноте и никак не сдохнет, а ты от него отмахиваешься и не можешь прикончить.

– Мне нужно увидеть уровень твоих магических сил, – презрительно шипит Виса. – Хотя что там видеть… он нулевой! Ты, бездарный кусок дерьма, завалишь весь план! Заткни пасть и наколдуй мне пламя!

Я хочу было отпустить саркастический комментарий, кто из нас кусок дерьма, но замолкаю, потому что за весь день практики я никакого пламени так и не создал. Нервы мои расшатаны до предела, ведь той самой бездарностью я себя и ощущаю.

– Завались, другое что-нибудь наколдую. – Я поспешно листаю гримуар, в надежде осилить иное заклинание, попроще.

– Ага, щас! – нагнетает Виса, не понимая, что я вот-вот засуну книгу ему в глотку. – Огонь – одно из трудных заклинаний, оно забирает тонну сил. Если ты не способен вызвать пламя, то и демона не изгонишь, а вот я щелчком пальцев подожгу весь дом. Либо создай огонь, либо освободи меня!

– Размечтался. К тебе нет доверия. Учи меня!

Виса скалится, показывая клыки, вздыхает и закрывает глаза. Через секунд пять на его губах сияет игривая улыбка.

– Знаешь, интимные дела отлично повышают энергетический запас… позови Алису. Пусть порадует тебя. И меня заодно.

– Демон скоро вернется, – раздраженно напоминаю я. – Ты можешь сосредоточиться?

– У вас вообще есть план? – спрашивает Рон. – Вы собираетесь идти на демона со старой книжкой и какой-то тыкалкой?

Он задает вопрос безмятежно, словно спрашивает не о неминуемой смерти, а сумеем ли мы выпить бочку пива.

– А чем не план? – заискивает Виса. – Отличный план. Надежный, как швейцарские часы! И все-таки… где малышка Алиса? Зови ее, Рексик. Орудие надо смазывать, а то заржавеет. Алисонька, где ты, милая? Порадуй красивого мужчину. Нет, это я про себя, Рексик, а то подумаешь бог знает что. Я сдохнуть не встать какой красавчик и…

– Да заткнись!

Вампир хохочет точно сумасшедший, а я затыкаю его рот тряпкой и закатываю глаза, слушая злое мычание. Я должен учиться у вампира, хотя мечтаю содрать с него шкуру. Больше обучаться не у кого. Ричард куда-то пропал. Сара слепа и слаба. Приходится терпеть этого идиота.

Сначала Виса учил меня телекинезу. Первое время я удерживал предмет в воздухе недолго – секунд пятнадцать, потом чуть дольше, и даже за жалкие попытки я расплачиваюсь опустошением и мигренью, однако навыки понемногу ограняются, и сил на заклинания я трачу меньше, пусть огонь