— Этого! — отрезала она. — Я и перепродавала. Что я здесь? Всего лишь средняя вокалистка, которая получает гроши. Всё. А там я гораздо больше, чем… Меня даже не столько деньги волнуют… Там я больше значу. Я там интересна. Мне там интересно. Мои силы там востребованы. Я хочу в Рейндагар! — чуть не слёзно воскликнула она. — Ты не представляешь, как я хочу туда!

— Можешь не верить, но представляю, — спокойно сказал он.

И поднял руку обнять её. Она подвинулась к нему — и внезапно поняла, что на нём меховой плащ вольного охотника. Осторожно перегнулась через парня. Походный мешок стоял на скамейке, сразу за ним.

— Ты тоже собрался? — поразилась она.

— Собрался-то собрался… Нет, Ритка. Мы сделаем так. Я переночую у тебя. Завтра отнесём заявление в загс, а потом, вечером, уходим в Рейндагар.

— Ты… уверен? А почему у меня?

— А-а… — Он вдруг запнулся, и она услышала, как он смешливо фыркнул. — Отец сказал, что зря тратил на меня свои силы и надеялся на мою будущую великую карьеру.

— Это так выспренно ты мне сообщаешь, что тебя выгнали из дома? — поразилась Рита. — Но… Что ты натворил дома? Опять с матерью из-за меня поссорился?

— Уволился.

После недолгого молчания Рита сказала:

— Иногда я очень хорошо понимаю твою мать.

— Понимай сколько угодно, — милостиво разрешил он. — Как тебе моя программа?

— Но ты не знаешь, куда я хотела… — начала она.

— Перевал Чёрных Духов, — небрежно сказал он, еле заметно усмехаясь.

— Откуда ты знаешь? — удивилась она.

— Слушай, я же не глухой. И не слепой. Когда Текер тебе начал заливать про этот перевал, я же видел, как ты встрепенулась. А уж как глаза у Текера разгорелись, когда он понял, что ты заинтересовалась! Он же тебя уговаривать начал так, что через весь стол, за которым мы тогда сидели, было слышно, как он расписывает все преимущества наёмников, охраняющих торговый караван! Уж кто — кто, а он прекрасно понимает, что мы с тобой — сила!

— Но времени осталось… — начала она и замолчала. Пусть договорит, если знает.

— Два дня, — отмахнулся он. — Если завтра придём, успеем наняться. А если не успеем — нас подождут. Насколько я понял, никто больно-то не хочет сопровождать караван, идущий через этот жуткий перевал. И Текер тоже сомневался, поэтому обрадовался, когда заметил твой интерес.

— Он сомневался не из-за этого, — возразила Рита. — Он боялся, что хозяин наберёт всякой швали для сопровождения, а хочется, чтобы рядом был человек, на которого можно надеяться.

— Ну, если хозяин и впрямь решился сократить своё путешествие вдвое, имея в виду именно тот перевал, дураком же он будет, если ту самую шваль возьмёт.

— Артём, а почему ты хочешь сначала заявление, а потом — в Рейндагар?

— А чтобы не ждать. Заявление пусть лежит, пока мы с караваном. Время-то идёт.

— И всё из-за силы? — задумчиво спросила она, глядя, как на её кисти, между манжетой перчатки и оттянувшимся под куртку рукавом, впервые в её мире засияли собственным светом сиреневые глаза змейки-браслета. — Но ведь мы уже собрались. А если наоборот? Если сначала в путешествие к перевалу, а потом подадим заявление?

— Рита… — начал он и осёкся, когда она подняла свою кисть к его глазам.

— Ты сам сказал: вместе мы — сила. Соблазнительно стать ещё сильней, будучи мужем и женой. Но пора ученичества тоже хороша.

— Умеешь уговаривать, — пробормотал Артём и вынул из-под ворота джемпера свою подвеску. Та еле заметно светилась тёплым желтоватым сиянием. — И мы уже собрались, — безнадёжно закончил он. — Ладно, шантажистка. С тебя пароль, а потом шагаем в Рейндагар.

Некоторое время она смотрела на него, пытаясь сообразить, о каком пароле он говорит. А потом вдруг подумалось, каково ему было переломить себя, привыкшему к определённому течению жизни, переломить своё подчинение устоявшимся привычкам и традициям, мнениям и чаяниям своей семьи.

— Артём, ты даже не представляешь, как я тебя люблю, — тихо сказала она и сама поцеловала его.

Из-за этого поцелуя им пришлось немного подзадержаться. Но, успокоившись, они уже уверенно встали со скамьи и, прихватив дорожные мешки, двинулись по снежным улицам своего города в тёмные переулки Рейндагара.

Джиллиан

Пропаданцы 2

Первая глава

Рита оглянулась.

Ну нет!.. В эту драку она встревать не будет.

Как Текер сказал, так и получилось: хозяин набрал для сопровождения самую настоящую шваль. Наверное, подешевле обойтись решил. Даже в звуках внутреннего двора караван-сарая: в густом шуме, в неоднородном гуле из конского ржания и нервного топота, собачьего лая и человеческих перекликов, — рычание и визг явно по пьяни сцепившихся оборванцев привлекали к себе неодобрительное внимание. И девушка, выведшая лошадь обойти немаленький такой здешний двор, старательно, хоть и с досадой делала вид, что эти буйные психи, которых с руганью и проклятиями обходили караванщики, к ней самой никакого отношения не имеют.

Она поправила анкэп (узнала, наконец, как называется кожаная бандана, защищающая от постоянного ветра), добирая под неё выбившиеся было с висков пряди, чуть потянула уздечку, и Гнедка послушно пошла за нею. Надо найти Артёма. Лучше сидеть рядом с ним, набравшись терпения, чем стыдиться этих…

— Ана Маргарита? — услышала сбоку негромкое и удивлённое.

Какое-то время она сама с недоумением смотрела на мужчину, не очень высокого, в потрёпанном длинном плаще, чей широкий капюшон, надвинутый на такой же потрёпанный от старости анкэп, до неузнаваемости изменил его некрасивое, чуть квадратное лицо с пронзительными серыми глазами. Но внезапно опустила глаза на знакомое хеканье и радостно улыбнулась. Маленькая лохматая псинка завиляла хвостом, умильно припадая на передние лапы и напрашиваясь на ласку.

— Вы узнали Шороха, ана Маргарита, — усмехнулся незнакомец, стягивая с анкэпа капюшон, а потом и сам головной убор, — но не меня.

— У нас говорят — богатым будете! — засмеялась Рита, шагнув ему навстречу. — Светлого вам дня, анакс Тэрон! Что вы делаете здесь? Я думала — вы давно в своём храме, в той пустоши, о которой рассказывали.

— Храма больше нет, — тяжело сказал Тэрон, присев на цоколь стены и невидяще глядя на драку, вокруг которой уже вздымались клубы пыли. — Когда отцовские бастарды поняли, что я и правда готов принести себя в жертву и стать одним из правителей царства мёртвых, они немедленно послали в пустыню своих приспешников. Сначала убили набранных служителей, сожгли храм, а потом порушили его до невосстановимых руин. Больше всего жаль людей и библиотеки… Когда я смирился с потерей, подумал, что мало видел мир. Решил путешествовать. Хотя ещё не